Сирена! Выждав с минуту, я осторожно потянула ручку двери, стараясь не издавать лишнего шума, что было не так уж актуально под звуки оглушающего визга сигнализации. В коридоре было пусто. Оперативная работа! Вряд ли контрольный пункт находился бы на первом этаже – слишком близко ко входу, а, соответственно, больший риск захвата. Я натянула самую убедительную маску растерянности, на какую только была способна (как ни как, а меня снимают: камерами был нашпигован не только внутренний двор), и побрела в поисках «помощи». «Лишь бы ты оказался не в подвале!» - мысленно молила я, поднимаясь на второй этаж. Довольно быстро преодолев значительное пространство коридора второго этажа в поисках нужной комнаты, я наткнулась на свою первую преграду. Двухметровый перенакаченный амбал стоял у стены, скрестив руки на груди, и, кажется, ждал именно меня.
- Здравствуйте, - взяла на себя инициативу я, как только между нами осталось пару метров, - Извините, а что это так орёт? Случился пожар? А почему меня тогда никуда не эвакуируют?
Амбал просканировал меня оценивающим взглядом и, многозначительно хмыкнув, произнёс:
- Всё в порядке! Пожара нет. Вам сюда нельзя! Вернитесь в комнату, из которой вы вышли!
Джек-пот! Значит, всё-таки не подвал. Принимаю испуганный вид и делаю ещё один шаг вперёд со словами:
- Но, сэр, я боюсь, что…
Амбал издаёт какой-то нечленораздельный звук, больше похожий на рык, и совершает самую главную ошибку – осторожно хватает меня за плечо, намереваясь развернуть в обратном направлении. Разве его не учили не прикасаться первым к подозрительным личностям? Я не раздумывая бью его ногой в колено и перекидываю его тушку через плечо. Всё-таки в вампирской силе есть свои плюсы. Пока дитя тестостерона не осознало, что сейчас произошло, я резко ударила его ребром ладони по сонной артерии, заставляя потерять сознание. За многие годы практики я довела этот приём до идеала, так что в полной уверенности, что поверженный охотник будет жить, оставляю его лежать посреди коридора, не намереваясь терять больше драгоценное время.
Я уже сбилась со счёта – сколько комнат успела проверить за такой маленький промежуток времени, как глаза зацепились за тонкую линию света, пересекающую деревянный пол. Подхожу ближе к двери и… Бинго! Не заперто. Видимо амбал вышел именно отсюда. Комната была усеяна многочисленными мониторами. Бегло просмотрев изображения на всех экранах, понимаю, что на первом и втором этажах, похоже, никого. Двое караулят на улице у центрального входа в здание, ещё один стоит у двери одного из подвальных помещений. Ставлю сто баксов, что это комната для допросов, в которой, кстати сказать, помимо закованного железными обручами вампира, никого нет. Маловато людей. Однако в данной ситуации мне это лишь на руку. Включаю предупреждающий сигнал в одной из комнат, отдалённых от допросной. Мужчина, который её охраняет, дёрнулся. Курок на взводе, оборачивается к двери, секунда сомнений и… есть! Он покидает свой пост, направляясь к комнате, откуда доносятся звуки сигнала. Хоть я и готова на многое ради осуществления своего плана, всё же следует минимизировать количество возможных жертв. Только когда постовой оказался на значительном расстоянии от допросной, я позволила себе нажать красную кнопку, позволяющую удалённо управлять оковами, сдерживающими вампира. Да простят меня охотники! Да прибудет со мной сила!
Глава 2. Воспоминания
«Мы рождаемся, чтобы умереть, и умираем, чтобы возродиться снова в обличье наших детей» - это были последние слова моего отца, произнесённые на смертном одре. Я полностью осознала их смысл только через два месяца, когда убила своего первого вампира. Волей-неволей, но судьба неизменно заставляет нас идти по стопам своих родителей. Причины бывают разные, результат – один. Моей причиной… скорее даже предпосылкой стал жестокий и несправедливый закон.
Наш мир никогда не допускал смешения рас вампиров и людей. Мою мать должны были сразу же казнить за то, что она «соблазнила» одного из вампиров. Лишь беременность стала помехой её немедленной казни: люди активно истребляли нас, поэтому каждый вампир, особенно высокородный, был (да и есть) на вес золота, пусть даже и полукровка. Они убили её на следующий день после родов, мой отец не смог этому помешать. Зато ему удалось увезти меня и вырастить вдали от наших сородичей.