Так вот начальник тюрьмы занимал должность капитана одного из таких штабов. Он взял меня к себе под крыло, познакомил с остальными охотниками, обучил некоторым хитростям. Я до сих пор не знаю, почему он доверился мне, несмотря на то, что во мне текла вампирская кровь. Согласитесь, что довод «за неделю пребывания в тюрьме, ты не прикончила ни одного заключённого» звучит как-то натянуто и неубедительно. Однажды, я задала ему этот вопрос, в ответ он отшутился, что во время своей проповеди я ни разу не почесала нос, что было явным подтверждением отсутствия лжи в моих словах. Больше мы к этой теме не возвращались.
Из-за моих успехов в боевом искусстве, я довольно быстро вписалась в коллектив и подружилась со многими охотниками. Естественно, мы умолчали о моей… проблеме до тех пор, пока не пробил час выбраться на мою первую охоту. В тот вечер капитан отобрал самых надёжных охотников, чтобы посвятить их в секрет моей истинной сущности. К тому времени мы уже хорошо знали друг друга и достаточно тепло общались, поэтому они почти не колеблясь согласились принять тот факт, что я – полукровка, и, более того, выйти со мной на охоту. А спустя несколько операций, в которых мы даже несколько раз спасали друг другу жизни, мы стали настоящими друзьями. Границы между нами стёрлись, они и по сей день хранят мой секрет.
Но не всем охотникам можно было доверять мою тайну. Всё чаще приходилось объяснять, почему я не могу помогать некоторым охотникам, когда дело касается контакта с вампирами. Капитан не мог постоянно прикрывать меня, у него были и другие заботы. Надо было с этим что-то делать, и мы решили рассказать обо всём Дэмиану Кольту. Видно сама судьба велела мне стать охотником, раз генерал Союза Охотников также принял мою сущность, решив, что «свой из числа чужих» - это очень разумный и выгодный ход. А узнав о моих заслугах (к тому времени я уже была одним из лучших охотников, чему способствовала моя вампирская кровь), генерал предложил мне выход из ситуации. Так я получила должность полковника. С тех пор никто из числа охотников, кроме самого Дэмиана Кольта, не мог противиться моему приказу или же упрекнуть меня в каком-либо моём решении. Я получила власть, а главное – неприкосновенность.
С тех пор прошло много времени. И вот, наступил тот момент, когда мне пришлось спрятать свой Джокер в рукав, пока не на ступит час разыгрывать всю колоду. А пока я сижу в грязи под проливным дождём над телом распластавшегося на земле вампира, доживающего свои последние минуты жизни. Выбравшись из здания штаба, он не продержался и мили, свалившись наземь. Стало бессмысленным скрываться, и я подошла к нему, стараясь что-нибудь придумать. Поздно. Слишком поздно.
- Мы рождаемся, чтобы умереть, и… - вампир был слишком слаб, чтобы продолжить фразу, поэтому я сделала это вместо него, навсегда запомнив предсмертные слова отца.
- И умираем, чтобы возродиться снова в обличье наших детей. Мне это уже говорили.
- У тебя… кхе-кхе… у тебя его глаза!
Моё сердце остановилось. Он сейчас… Он же… Он знал моего отца!
Глаза вампира закрылись, мышцы напряглись, он сжал руки в кулаки с такой силой, что и так хорошо выделяющиеся вены на бледной коже приняли иссиня-чёрный оттенок. Монотонное постанывание превратилось в душераздирающий крик. Впервые за все эти годы мне стало по-настоящему жаль вампира. Он знал моего отца! Но это был неподходящий момент для долгих размышлений. У меня не было столько времени. Не знаю, было ли это от шока, или от того, что на кону стояло слишком многое, или, может, я просто бесчувственная эгоистка… но я обратилась к изнывающему от боли вампиру, взяв его руку в свою:
- Прошу! Укусите меня! Это очень важно!
Глаза вампира распахнулись, и он опустил на меня свой затуманенный взор. Он был слишком слаб, чтобы говорить, но в его взгляде я прочла согласие. Я поднесла запястье руки к его губам, чтобы уже через секунду почувствовать лёгкое покалывание от его клыков. Его сил хватило лишь на лёгкий прикус, но этого оказалось достаточно. Мои глаза застелила пелена картин из прошлого. Его прошлого.