— Ладно. Выясним, — сказала Хейлель, и потащила своего спутника в сторону ближайшего кафе.
Горди терпеливо ждал, когда дочь Люцифера соберёт всё, что ей нужно. Он, как верный сторожевой пёс, следил за окружающими, готовый в любую секунду отреагировать на угрозу принцессе. А она тем временем нагрузилась целой башней коробочек с чем-то и поспешила наружу.
— Знаешь, что это, Горди? — спросила она, указывая на стопку коробочек, когда они оба сели на лавочку. Горди отрицательно покачал головой. — Сейчас мы будем выяснять твои гастрономические предпочтения.
Она взяла первую же коробку и открыла её. Горди увидел симпатичное на вид пирожное с цветами из крема и долькой лимона. Хейлель взяла пластиковую вилку, ребром отрезала от края пирожного кусочек и наколола его.
— Открывай рот, — сказала она.
— Я не чувствую вкуса, — опустив взгляд, сказал Горди. Ему не хотелось расстраивать Хейлель, но и лгать — тоже. Вместо того, чтобы расстроиться, она пальцами свободной руки коснулась виска Горди. Он закрыл глаза, затем открыл, когда она убрала руку.
— Теперь чувствуешь, — тихо сказала она, и в открытый от изумления рот Горделиуса поместила кусочек пирожного. — Ну как?
Горди нахмурился. Он пережевывал пирожное с таким видом, будто решал сложное уравнение в уме. Хейлель терпеливо ждала вердикта. Когда он наконец проглотил первый кусочек, то молча отодвинул в сторону коробку и покачал головой.
— Нет.
— Тогда это, — сказала Хейлель, и наколола вилкой дольку лимона. Её Горди жевал уже смелее, но и это оказалось не в его вкусе.
— Странный вкус, — сказал он. — Зубы сводит.
Хейлель улыбнулась. Она и сама не пробовала ничего, что предлагала своему спутнику, но это могло и подождать. Его узнать получше ей хотелось значительно больше, чем саму себя.
— Есть идея, — улыбнулась она. — Закрой глаза, Горди. И не открывай.
Горди без лишних вопросов повиновался. Хейлель добавила, что рот ему придётся держать открытым, как бы глупо со стороны это не выглядело. Ей было безразлично, что подумают прохожие, но, как оказалось, её не соответствовавшее погоде платье шокировало людей больше, чем гастрономические игры двух молодых людей на лавке в парке.
После того, как все коробки были открыты, а их содержимое — опробовано, Хейлель решила подвести итоги.
— Итак, мы пришли к выводу, что Горделиусу нравится картон больше, чем его содержимое.
— А что нравится тебе? — вдруг спросил Горди, и щеки Хейлель слегка порозовели.
— Если честно, я не знаю. Мы успеем это выяснить.
Горди был удивлён её ответом. Она дала ему способность ощущать вкусы только ради того, чтобы узнать, что ему нравится, но при этом не представляла, что нравится ей самой. В этом не было смысла. Он привык, что все действия, которые совершал Люцифер, сводились к выполнению какой-то цели, но ход мыслей Хейлель ему был непонятен.
— Горди, ты знаешь, кто такой Аллен? — спросила Хейлель. По голосу её можно было понять, что эта тема тревожила её.
— Нет, — ответил Горди. Он не мог не знать Аллена, если тот был сверхъестественным существом.
— Ты больше не единственный демон с благодатью моего отца.
Горделиус нахмурился. Люцифер создал ещё одного? Зачем? Несмотря на свой невозмутимый темперамент, он не мог оставаться равнодушным, когда речь шла о конкуренции. Он не был безумцем, и прекрасно знал, что есть существа сильнее его, но это уж точно не мог быть простой демон. Пусть даже и с благодатью Создателя.
— Я встретила его на прогулке с Кроули. Он собирался забрать меня. Горди, он слишком сильный. В нём вся благодать отца, — взволнованно сказала Хейлель, и коснулась руки Горди. — Часть я смогла извлечь, но это ничего не решает.
Услышав, что в нём вся благодать, Горди понял, что его точно создал не Люцифер. Похоже, он пропустил слишком много всего, и пробелы следовало заполнить как можно быстрее. Но было и кое-что ещё, что волновало его с момента, как Хейлель заговорила об Аллене. Он не смел спросить об этом напрямую, ведь он был просто оружием, и это был его долг, но всё же: неужели принцесса всё это время держала его рядом с собой только потому, что боялась Аллена?
***
Выслушав план брата, Люцифер ещё долго молчал. Приложив палец к губам, он обдумывал услышанное, и Габриэль его не торопил.
— Почему ты думаешь, что это вообще сработает? — наконец заговорил он. Оба брата сидели в креслах друг напротив друга у камина.
— Потому что хранители знаний это уже опробовали, — заверил Гейб. — Мы могли бы обратиться к Винчестерам…
— Оооу, стой-ка! — воскликнул Люцифер. — Об этом речи не было!
— Нам нужна человеческая кровь, Люцифер. И это, хочешь ты того или нет, ритуал. А Винчестеры…
— … прекрасно владеют только одним ритуалом, Габриэль. Убийством! — Люцифер вскочил со своего кресла и подошёл к окну.
— Это что, страх? — не верил своим глазам брат. — Ты их боишься?
— Не мели чушь, — отмахнулся Люцифер. — Но и недооценивать их я бы не стал.
— Сейчас куда как большую опасность в себе несёт сама Клара!
— Пока что она никому не навредила, насколько я знаю.
Габриэль молча уставился на брата. Он понимал, насколько абсурдно звучало бы заявление: «я поцеловал твою жену, а она прокусила мне губу, но перед этим я её собирался задушить».
— В общем, я беру на себя стадии «гнев» и «отрицание» Винчестеров, а ты ищи Клару.
Люцифер кивнул. Когда брат исчез, он ещё раз осмотрел дом, затем пешком отправился через лес, сосредоточившись на демонической сущности Клары, которую, как Владыка Ада, ощущал сильнее, чем человеческую.
========== Месть ==========
Кроули выполнил свою часть сделки. Он вывел Винчестеров из Ада, и даже старался не реагировать на колкости Дина по поводу его вовсе не королевской должности няньки. Ему казалось, что несколько часов в компании Винчестеров — невысокая плата за то, чтобы никогда больше не видеть Хейлель. Однако как только все трое оказались в убежище, вместо мирно спящей в кроватке малышки, они обнаружили пустую комнату.
— И что это значит? Её забрал кто-то другой? — начинал закипать Дин.
— Это невозможно, — огрызнулся Кроули. Несмотря на то, что он собирался избавиться от Хейлель, он выбрал самых надёжных для неё нянек, а теперь он понятия не имел, что с ней и где она.
— Но не ушла же она сама, — вклинился Сэм.
— Обойдёмся без твоих острот, Лось, — отозвался Кроули. Он осматривал комнату, будто Хейлель могла просто закатиться куда-то, и они её не замечали. Винчестеры стояли на пороге, не решаясь войти. Оба заметили, что Кроули вовсе не рад такому повороту событий. Он был настолько ошарашен, что даже позабыл о братьях.
— Если это был Аллен… — вслух выразил опасение Кроули.
— Аллен? — переспросил Дин.
— Каин использовал благодать Люцифера, чтобы создать своего Горди. Вы там в Аду немного отстали от жизни.
— Зато вы тут преуспели! — парировал Дин. — Я уже давно говорил, что пора прикрывать эту лавку!
— Сейчас важнее найти Хейлель! — перебил его Кроули, чем здорово удивил Винчестеров. — Я осмотрю убежище, а вы отправляйтесь в бункер. Найдите заклинание, проверьте в Интернете, да хоть шар хрустальный используйте, но разыщите её!
С этими словами Кроули щелкнул пальцами и Винчестеры, с вытянутыми от удивления лицами, исчезли. Оставшись наедине со своими мыслями, бывший Король Ада предположил, что был излишне эмоционален, как для того, кто жаждал избавиться от дочери Сатаны. Но что сделано — то сделано. В конце концов, кого волнует мнение фланелевой братии?
Придя в себя, Кроули решил проверить остальные комнаты, но не смог сдвинуться с места. Его будто удерживала невидимая стена. Догадка осенила почти сразу, и бывший Король поднял взгляд на потолок. Дьявольская ловушка, как он и предполагал. Но кто?