Ник выпустил её руку и погладил её волосы. Всклокоченные пряди, слипшиеся и тусклые. Её глаза были прикрыты веками. Ник мягко положил руку ей на шею, кончиками пальцев надеясь нащупать пульс, но так ничего и не обнаружил.
— Но из этого следует и кое-что ещё, — снова сказал он. — Приказ той ведьмы можно считать выполненным. Клара мертва, а ты можешь вернуться.
Ник закрыл глаза. С его ресниц сорвались две слезинки и покатились по щекам. Какое-то время он сидел неподвижно рядом с Кларой. Он разделял боль архангела. Он испытал такой же удар от её потери, как если бы она была его. Память Ника смешалась с памятью Люцифера, делая их одним целым, и уже не было разницы. Они оба лишились той, кого любили.
— Да, тут ты прав, — нарушил тишину голос Ника, и когда он открыл глаза они горели алым светом.
Люцифер ещё раз посмотрел на Клару.
— Я скоро вернусь, — сказал он ей и исчез.
***
Кроули наблюдал за Лидией. Она ходила взад-вперёд, судорожно что-то обдумывая. Ей явно было не комфортно.
— Разве так выглядит новоиспеченная верховная ведьма шабаша? — поинтересовался Кроули, сделав глоток своего любимого виски. Лидия застыла на месте.
— Где Аллен?
— Пошёл разобраться с одной из заноз в нашей с ним общей заднице. Ты могла бы и помочь ему.
— Во что вы меня впутали? Я хотела привязать Ника только ради того…
— Чтобы Кошмара Хьюз осталась с тем единственным, что заслуживает по-настоящему? Ни с чем? — закончил за неё Король Ада. — Милая, Аллен не сказал тебе, да?
— Не сказал что?
— Видишь ли, ангел твоей подружки — не просто какая-нибудь рядовая, ничего не значащая на небесах массовка. Это архангел. Тот самый, которого Великий Папаша низверг с небес.
Лидия таращилась на Кроули в поисках малейших признаков того, что он лжет. Однако ему не было смысла. Это была всего лишь информация, которую ей следовало получить до проведения ритуала.
— Боже мой, — выдохнула она. — Это Люцифер? Ник — Люцифер?
— Умница, девочка.
— Нет… Аллен не говорил… я… я не знала…
— Придумай причину получше. Эта вряд ли спасёт тебя, когда он явится за твоей премилой головкой. Я бы помог, но для таких безрассудных поступков нужен особый талант, которым я не располагаю.
— Мне конец, — рыдала Лидия. Она без сил рухнула на каменный пол, а когда дверь в зал открылась, она и вовсе потеряла сознание.
— Тоже мне верховная ведьма, — тихо пробурчал Кроули, затем перевёл взгляд на гостя. — Эй, Габриэль, пришёл поздравить короля с возвращением?
Всегда добродушный и терпеливый Гейб на этот раз источал угрозу всему, что стояло на его пути. Он, не реагируя на слова Кроули, взмахнул рукой в сторону Лидии. Её ещё живое тело охватило пламя.
— Ведьме место на костре. Как в старые добрые средние века, — заметил Кроули, глядя на корчившуюся на полу Лидию. Однако вместо обгоревшего трупа, на её месте вскоре не осталось ничего, кроме горстки пепла.
— Думаешь, твоя участь будет лучше? — наконец заговорил Габриэль.
— Гейб, ты такой милый, когда угрожаешь. Странно, что Клара этого не заметила, — сказал Кроули, наслаждаясь произведённым эффектом. Габриэль мог сколько угодно изображать из себя мстительного архангела, но больная тема всё так же цепляла его. — За что ты сражаешься? За брата, который приказал своему миньону проткнуть тебе крылья? За девушку, которая считает тебя слабой пародией на её могущественного архангела? Или за мир во всём мире, который не зависит от того, чья задница греет мебель в этом зале?
— Допустим, ты мне просто не нравишься, — прищурившись, сказал Гейб. И это была чистая правда. Однако этим всё не заканчивалось.
— Возможно, но кого же ты посадишь на трон взамен? Мы могли бы заключить взаимовыгодное соглашение, раз уж кроме меня никого не осталось.
— А что ты предложишь мне? — вдруг прозвучал голос. Гейб и Кроули посмотрели на новоприбывшего.
— Люцифер, — без особой радости заключил Кроули.
— Люцифер? — удивился Гейб. Но архангелу было не до того, чтобы объяснять присутствующим как и зачем он вернулся. Кроули вскочил с трона и собрался бежать, но Люцифер предвидел его решение.
— Не так быстро, Кроули.
Короля Ада будто парализовало. Только его глаза с опаской наблюдали за приближавшимся Люцифером. Подойдя вплотную, архангел недобро усмехнулся.
— Знаешь, ты просто впечатляюще приставучая мерзость. У меня было время подумать, и я понял, что убить тебя — значит дать шанс вернуться. Клетка — не вариант, ты найдёшь выход. Сделать тебя человеком? Разрубить тебя на части и спрятать в разных концах света? О нет, Кроули, все эти варианты ты давно просчитал. У тебя всегда найдётся, что противопоставить. Но, это было не признание моего бессилия. Это была прелюдия к по-настоящему хорошему решению. Я с тебя теперь глаз не спущу, — Люцифер наклонился прямо к уху Кроули. — Добро пожаловать в Ад.
Не дав ему ответить, Люцифер приложил два пальца к виску Кроули. Глаза демона закатились. Его начало трясти будто от судороги. Габриэль наблюдал за действиями брата, пытаясь понять, что же тот задумал. И тут всё прекратилось. Кроули посмотрел на Гейба, затем на Люцифера так, будто впервые их видел. Его растерянный вид — единственное видимое изменение, произошедшее после манипуляций Люцифера, и Габриэль решил было, что что-то пошло не так. Но Сатана, кажется, был вполне доволен.
— Идём, Гейб, у нас есть ещё дело, — сказал он.
— Но… ты оставишь Кроули здесь?
— Да. Не волнуйся, он никуда не денется.
Оба архангела оказались в бункере. Люцифер, сразу отправился уверенным шагом в комнату Клары. Но вдруг остановился.
— Габриэль, ты сделал для меня больше, чем должен был, но есть кое-что ещё, — начал он. Гейб внимательно его слушал. — Что бы ты ни услышал, не входи и никого не впускай в её комнату. Пожалуйста.
Габриэль молча кивнул. Ему это не нравилось, но, похоже, брат знал, что делает. Клара лежала на том же месте. Люцифер закрыл дверь на замок и подошёл к ней. Он сел рядом, но не решался к ней прикоснуться.
— Если бы ты видела меня сейчас, то рассмеялась бы, — невесело улыбнулся он. — Я — одно из первых творений Господа, сижу рядом с мёртвым телом своей девушки и… боюсь её воскресить. На самом деле, Клара, я должен был бы сказать это тебе, когда ты будешь слышать меня, но так мне будет легче. Никогда не думал, что смогу полюбить кого-то, особенно лысую обезьяну, созданную моим Отцом с таким количеством дефектов!
Люцифер устроился поудобнее рядом с Кларой. Он облокотился на спинку кровати и иногда смотрел на свою немую собеседницу. Его голос не был надломлен. Он был спокоен и никуда не торопился.
— Люди никогда мне не нравились. Они будто надоедливая стайка мелких мошек. Но ты… ты превзошла их всех. Конечно, Он позаботился о твоей целости и сохранности, но остальное проделала ты сама. Помнишь, как ты встревала в разные неприятности, а у меня раскалывалась голова? Я хотел убить тебя, но ты будто не замечала этого. Что ты во мне нашла? Ты сказала, что я не убийца. Сказала с такой уверенность, что я сам поверил в это. Ты заботилась обо мне, ты боялась, что со мной что-то случится. Я никогда не узнаю, делала бы ты то же самое, если бы сразу узнала, кто перед тобой? Но даже узнав правду, ты не отвернулась. Ты — против всего мира, моя королева.
Люцифер закрыл глаза, будто предаваясь воспоминаниям. На его лице появилась улыбка.
— Ник, ты неправильно распознал замысел Отца. Он не планировал причинять мне боль равносильную своей. Он просто не хотел, чтобы я был одинок.