– Куда ты собралась? – поинтересовался он, даже не открывая глаз. – Еще слишком рано, спи.
Я поджала губы и попыталась вырвать у него руку, но ничего не вышло.
– Пусти, я в туалет хочу! – недовольно проворчала я. – Хочешь – спи сам. Кто тебе не дает? И руку отпусти!
Пальцы тотчас разжались, и я сумела выбраться наружу, тихонько обозвав мужчину неадекватом.
Добравшись до берега, я умылась в холодной воде, а потом уселась прямо на песок, наблюдая за тем, как поверх водной глади летают из стороны в сторону стрекозы.
Именно этот прекрасный момент мне захотелось поставить на паузу. Сидеть бы вот так вечность босиком на песке и никуда не спешить, ни от кого не прятаться и не бежать. Наслаждаться рассветным солнцем, щуриться, слушать щебет птиц и просто жить без страха, что меня когда-нибудь отыщут и бог знает что сделают.
Не знаю, сколько я вот так сидела и думала о своей нелегкой судьбе, но неожиданно для себя прилегла и уснула, пригревшись на солнышке.
Проснулась от того, что Гордей теребил меня за плечо и ворчал себе что-то под нос, загородив своими немалыми габаритами солнечный свет.
– Чего ты тут развалилась? – спросил он, когда я сфокусировала на нем взгляд. – Спать больше негде?
Я зевнула и отмахнулась от него, а потом села, прогоняя остатки сна и отряхивая щеку от песка. Чувствовала я себя, кстати говоря, отдохнувшей.
– Тебя пиявки в реку утащили бы и сосали твою дурную кровь, – продолжал ворчать мужчина.
– Отстань! – сказала я, поднимаясь на ноги. – Ну, уснула я и что с того? В машине неудобно было спать, и я замерзла!
Бородатый хмыкнул, смерив меня недовольным взглядом, а затем развернулся и пошел к воде умываться.
– Сейчас же выезжаем, – скомандовал он, как только выпрямился. – Мы и так потеряли много времени.
Молча вытряхнув из головы мелкие песчинки, я побрела в сторону машины желая перекусить чем-нибудь, потому что живот уже сводило от голода, но перекусывать пришлось уже в дороге, так как Гордей не желал больше оставаться на месте.
Минут тридцать мы ехали молча: Бородатый следил за дорогой, а я дожевывала зачерствевшую за ночь булочку и смотрела в окно на проносящиеся поля.
– Знаешь, а ведь я так и не успел спросить тебя о том, как ты сумела пробраться в поезд. Где взяла билет? – мужчина бросил на меня быстрый взгляд и снова уставился на дорогу.
Я пожала плечами.
– Украла кошелек с деньгами, – ответила таким тоном, будто ничего криминального не совершила. Тем не менее, эта информация явно не понравилась Гордею, потому что выражение его лица стало недовольным, собственно, как всегда.
– То есть по возвращения в город меня может поджидать сюрприз? – негромко спросил он, дернув бровью. – Тебя не смущает тот факт, что там могут быть камеры видеонаблюдения и тебя уже начали искать? Ты представляешь, что начнется?
Мне сразу стало как-то стыдно, но тогда я другого варианта не видела, да и возвращаться обратно вовсе не собиралась, в мои планы это не входило. Я хотела забрать алмаз и затеряться где-нибудь подальше от посторонних глаз, а вышло все совсем не так.
– Молись, чтобы камера на вокзале оказалась сломана, и никто тебя не запомнил, – недовольно продолжил мужчина. – Иначе проблем не оберемся. Мне же тебя от полиции только не хватало отмазывать!
– А ты можешь? – зачем-то уточнила.
Наверняка мог, иначе бы не убивал того типа на заправке. Бородатый почему-то уверен, что ничего ему за это не будет. Может думает, что его отмажет отец?
– Я многое могу, но не стоит злоупотреблять моей добротой и властью, – сказал он таким ледяным тоном, что по моей спине побежали мурашки.
Я нахмурилась еще больше и отвернулась к окну, решив промолчать.
Вчера мне на мгновение показалось, что мы с Гордеем подружились, но сегодня я готова была забрать свои слова обратно, так как чувствовала между нами какой-то непреодолимый барьер. Гордей был задумчивым, недовольным и причина была явно не в том, что я украла кошелек у незнакомой женщины.
Вероятно из-за усилившейся на улице жары, у меня стала кружиться голова и я потянулась за бутылкой с водой, надеясь, что мне станет чуточку легче. Отпив немного, вернула ее обратно и откинулась на спинку сиденья, провожая взглядом проехавший мимо грузовик.