-Хорошо, Ваше Величество, - Сигюн не хотелось обижать заботливую Фриггу, и она была вынуждена дать свое согласие. На самом деле ей ужасно не хотелось туда идти, не хотелось видеть все эти лица, но и оставаться в комнате, откровенно говоря, тоже не было больше сил. Почти все два месяца девушка не выходила из неё, а если и выходила, то за пределы дворцовых садов идти не смела, точно зная, что там её ожидают сплошные оскорбления, летящие в неё, словно метко выпущенные стрелы.
Ближе к вечеру, когда время пира уже почти взяло начало, Сигюн решила, что немного опоздает, придет уже в разгар, когда народ немного разойдется, устроится в шумных компаниях, займется разговорами, танцами, так на неё будет падать меньше внимания, а некоторые, возможно, и вовсе не заметят её.
Девушка, не спеша, пошла в гардеробную, чтобы выбрать себе платье. Открыв шкаф с нарядами, она начала выискивать такой, который бы не сильно выделял её живот. Девушка долго выбирала, что ей одеть, на глаза попадались разные платья, которые она носила, будучи с идеальной талией, вдруг среди нарядов она встретила желтое платье, которое давным-давно Локи преподнес ей в подарок и которое она надела на коронацию. Снова воспоминания, нахлынувшие внезапно, и девушка попыталась скрыться от них, уйти подальше, вновь ударяясь в выбор наряда. После нескольких примерок выбор Сигюн сошелся на кремовом платье, которое ей сшили на заказ совсем недавно, специально подобрав по нынешней фигуре.
Она оделась, волосы заплела в длинную косу, а мешающиеся пряди убрала назад с помощью золотистого ободка, надвинула на ножки любимые сандалии. Сделала глубокий вдох перед выходом. Когда девушка вышла, у дверей её уже ожидали два охранника, которые кратко ей поклонились, а затем повели в зал.
Давно она не видела этих полу-мрачных коридоров, давно не чувствовала запах забытых стен, куда приходят только Фригга и Бирта. Покои Локи находились отдаленно от всех других комнат, и Сигюн помнит, как муж вел тайными путями, как они от балюстрады сразу же выходили в свой коридор, словно переместились во времени, а на самом деле от центральной дворцовой балюстрады идти очень далеко, нужно пройти несколько этажей и коридоров, чтобы дойти до нужного места. Раньше Сигюн бы непременно испугалась этих тусклых дворцовых переходов, где еле дорогу освещают настенные огни, сейчас ей это кажется детским страхом по сравнению с тем, что она пережила уже и что ей предстоит пережить в дальнейшем.
Наконец где-то послышалась музыка. Значит, пировальный зал уже близок. Сигюн спустилась на первый этаж, перед ней тут же выросли огромные двери, которые стража почтенно распахнула перед ней. Сигюн увидела огромный зал с высокими потолками, здесь было очень много народа, и девушка хотела было уже повернуть назад, но вдруг заметила, что праздник ни на секунду не остановился, музыка по-прежнему громко лилась, а люди будто не замечали её. Сигюн чуть успокоилась, прошла вглубь залы. Те, кто танцевал, лишь краем глаза видели её, но свое внимание старались на ней не заострять, те, кто сидел за столом, прожигали её взглядами, и она чувствовала их на себе. Теперь её заметили. Девушка старалась идти как можно быстрее, насколько это позволяло её положение, старалась на опускать головы и уж тем более не встречаться глазами со своими ненавистниками. Она шла прямиком к царице, зная точно, что в её глазах она не увидит презрения и насмешки.
Внезапно девушку кто-то тронул за плечо, Сигюн резко обернулась - перед ней стоял Тор. Весь сияющий серебристыми доспехами, с отросшей светлой шевелюрой, одна из прядей которой была заплетена в косичку, на его щетинистом лице играла радостная улыбка с нотками какой-то необъяснимой грусти.
-Здравствуй, Сигюн, - сказал он вежливо.
-Добрый вечер, Тор, - она поклонилась головой, стараясь выдавить из себя хоть какую-то улыбку. На самом деле она даже была рада видеть громовержца.
-Я давно тебя не видел. Сразу после возвращения из Мидгарда мы отправились на войну, и… - Бог грома заметил выпуклый живот ванки, который едва скрывало кремовое платье. Он вопросительно покосился на девушку, которая положила на свой живот ладонь.
-Ты беременна? - спросил Тор, удивленно приподнимая брови.
-Как видишь, - с легкой улыбкой сказала ванка.
-Локи об этом знает?
-Да, знает. Я не могла не сообщить ему, что вскоре на свет появится его дитя. Я нашла способ сказать ему об этом, несмотря на то, что его запихнули в тюрьму, - с какой-то грубостью говорила Сигюн. -А что за взгляд? - спросила она, замечая задумчивые и печальные глаза громовержца. -А, ну да. Ты, как и все здесь присутствующие, не рад, что вот-вот родится потомок опасного преступника, разрушителя, сына Ётунхейма…
-Нет, это не так, - остановил Тор горячую речь девушки. -Я просто думаю, каково бы мне было на месте моего брата, если бы я сидел в тюрьме, зная, что у меня скоро родится первенец, а меня не будет рядом ни с ним, ни с женой. Я бы не выдержал этого, - рассудил Тор, покачивая головой.
-Тебе никогда не быть на месте Локи, так же, как и ему никогда не быть на твоем месте. Вы с детства как белое и черное, у вас разные пути, разные жизни, и я надеюсь, что твоей земной избраннице никогда не предстоит рожать в одиночестве, вдалеке от тебя, - ответила Сигюн, заглядывая в глаза громовержца.
-Я очень рад, Сигюн. Правда, очень рад своему будущему племяннику или племяннице, - улыбка украсила губы Тора, и он легонько приобнял девушку за плечо могучей рукой.
-Спасибо за добрые слова, - ответила она, мягко улыбаясь.
Когда Тор ушел, Сигюн задумалась над его речью, над его поведением. Она не ожидала, что Тор так искренне отреагирует на её беременность, обрадуется. У неё не поворачивался язык назвать его восторг фальшей, все было написано в его добродушных глазах. Да уж, не зря Локи однажды сказал, что на лице Тора всегда все написано, и не стоит залезать к нему в голову, чтобы что-то прочесть.
А в это время не далеко от Сигюн сидели двое подвыпивших аса, которые были уже немолоды. Они были обычными рабочими строителями, которые помогали в возведении Бифроста. Оба они приняли довольно много хмельного эля, и оба не могли отвести от супруги Локи ненавистных пьяных глаз.
-Видел? Она точно ведьма, что наш славный Тор так по-доброму на неё косился. Точно магии от своего лжеца нахваталась, заколдовала будущего царя, - хриплым голосом заговорил один, толкая под бок своего друга.
-Да. Вот пока не видна была глазу, я и думать про неё забыл, а сейчас увидел и понял, что в ней кроется великая опасность. Живот огромный, точно ётуна родит, - отвечал пьяный товарищ, закусывая очередной кубок вина куском мягкого хлеба.
-А кого ты ещё ожидаешь, если она - ётунская жена? Кого она ещё родить может, как не врожденное, холодное чудовище? Не знаю, как ты, а я думаю, что Асгарду нужно срочно избавляться от неё и от её выродка, иначе он такую войну устроит, точно Рагнарек наведет, - заплетающимся языком ас ещё мог говорить.
-А я вот не думаю. Я хочу сам избавить Асгард от этого зла. Если Всеотец ничего сделать не сможет, тогда я возьмусь. Вот что, - он обнял друга за шею, нагнул его лицо к столу и начал шептать: -Локи все равно в тюрьму навсегда загремел, и нет у этой девки защиты. Не будем ждать рождения чудовища, а лучше сделаем так, чтобы оно вообще не появилось на свет.
-Правильно-правильно, - поддакивал друг, и оба, сойдясь в общих мнениях, не спеша, покинули залу и вышли в коридор.
Сигюн немного перекусила фруктами, хотя есть совсем не хотелось. Она сидела почти в самом начале стола, рядом с ней всегда находилась Фригга, которую изредка донимали разговорами придворные дамы, что в упор не замечали бывшую принцессу. Внезапно девушка встретилась взглядом с валькирией Сиф, которая обвела её горделивыми глазами, а потом и вовсе повернулась спиной.