— Я не видел тебя всю неделю, и ты так здорово выглядела сегодня, — зашептал он. — Самая красивая девушка на вечеринке.
— Дэвид, — Саманта хотела возразить, но он запечатал ей рот поцелуем и, передвинувшись, опустился сверху.
Его руки гладили и ласкали ее тело так же привычно, как это было всегда, но Саманта не чувствовала ничего, кроме жгучей горечи и стыда. Дэвид абсолютно не чувствовал и не прислушивался к ней. Он был настолько погружен с себя, что не замечал, что она так и не притронулась к нему. Не замечал, что ее губы не отвечали на его поцелуи. Не замечал, что она была совершенно не готова принять его. Тяжело дыша, он двигался на ней, а Саманта закрыв глаза, пыталась не думать о том, во что она превратила свою жизнь. Когда его тело напряглось, а потом устало опустилось на нее, из глаз полились слезы. Она больше не могла сдерживать их и, отвернувшись, пыталась подавить всхлипы.
— Черт, Сэм, — он испуганно отодвинулся. — Я сделал тебе больно? Прости, милая. Я не хотел, — в его голосе появилась паника, и он попытался обнять ее. — Прости.
— Это не ты, — сквозь рыдания проговорила Саманта.
— Прости меня, — повторял он.
— Дело во мне, — Саманта с усилием оторвала от себя его руки и присела. — Это я должна просить у тебя прощения, — пробормотала она, вытирая слезы, которые все равно продолжали литься и капали на ее ночную сорочку. — Я изменила тебе. Я должна была сказать тебе сразу, но не знала как. Прости меня, Дэвид, мне очень жаль.
— Что ты сделала? — непонимающе переспросил он.
— Я тебе изменила, — уже тверже повторила Саманта.
В комнате повисла звенящая тишина и их глаза вцепились друг в друга ища ответы на пока что не заданные вопросы. Саманта сжала край одеяла, и ее сердце колотилось как сумасшедшее.
— Когда это было? — его голос оказался чрезвычайно спокойным.
— Во вторник. Когда я уезжала в Нью-Йорк.
— Ты серьезно? — лицо Дэвида начинало краснеть.
Саманта промолчала, не зная, что ответить на этот вопрос.
— И кто он? — сквозь зубы спросил он.
— Это она, — теперь его глаза расширились от изумления.
— И для чего ты говоришь мне это, Сэм? — вдруг вскричал он. — Что ты хочешь? Ждешь моего прощения?
— Между нами все уже не так, как было раньше, — Саманта смотрела в его горящие глаза и чувствовала его боль.
— Не так? Что не так? Не так как с кем-то еще?
— Прости меня, — чуть слышно отозвалась она.
— По-твоему можно развлечься с кем-то и достаточно сказать мне прости? — взревел он. — Ты что не понимаешь, что ты сделала?
— Я понимаю. И поэтому говорю с тобой сейчас. Я не хочу врать тебе.
— Правда? И поэтому ты вываливаешь это на меня? Какая ирония, Сэм, — он вдруг вскочил с кровати и повернулся к ней. — Все мои друзья уже давно завели любовниц, а я даже не смотрел на других женщин. Я продолжал любить тебя. И теперь ты говоришь мне прости? Ты говоришь, что переспала с кем-то, и даже не с кем-то, а другой женщиной, — его руки сжались в кулаки, когда он посмотрел на нее. — Говоришь, что тебе захотелось развлечений.
— Я этого не сказала, — прервала она его.
— Тогда что? Что это было, Сэм? Тебе захотелось экспериментов? Чего-то нового?
— Не важно, что это было, — Саманта продолжала смотреть на него сквозь застилающие глаза слезы. — Важно то, что между нами все изменилось.
— Вот в этом я с тобой согласен, — прорычал он, хватая свою одежду и начиная одеваться. — Теперь между нами действительно все изменилось.
— Может быть, ты не будешь сбегать, и мы поговорим? — предложила она.
— Если я сейчас не уйду из этой комнаты то, клянусь, я убью тебя, Сэм. И мне все равно, что еще ты хочешь мне сказать. Меня это больше не интересует. Достаточно того, что моя жена развлекается с женщинами как какая-то… — он бросил на нее яростный взгляд и выскочил из комнаты.
Через несколько секунд входная дверь хлопнула и Саманта рухнула на подушку и заплакала.
*****
На утренней планерке Метью появился один. Сэм решила не спрашивать, почему отсутствовала Брай. На самом деле она чувствовала себя так паршиво, что если бы они встретились сегодня, ей было бы сложно контролировать свои эмоции. Все время до обеда она провела на совещании у начальника, а после вместе с Россом изучала телефонные переговоры Фернандеса с главарем бостонской группировки. У них было уже достаточно улик, чтобы обвинить его в незаконной продаже оружия, но пока дело оставалось открытым новые доказательства не были лишними. Вырвавшись к вечеру из душного офиса, Саманта уселась в машину и поехала к Энни. Она утешала себя мыслью об этом весь день и, когда Энни открыла дверь, едва не расплакалась от облегчения.