— А ты не думала, что это может быть частью их плана и Брай делает это с согласия ЦРУ?
— Тогда бы не отстранили Метью. Даже если не собирались посвящать в это нас, он бы остался ее куратором. Но они свернули операцию и отозвали своих людей.
— И что, по-твоему, она собирается сделать?
— На этот вопрос у меня нет ответа. Мексиканские спецслужбы собираются арестовать Мартинеса в ближайшие часы. Может быть, она боялась, что он успеет ускользнуть и решила помешать этому. Я не знаю, Крис. Если тебе удастся получить координаты с ее телефона, то тогда мы сможем предположить что она задумала.
— А если там не будет никаких координат? Метью сказал, что телефон отключен. Возможно, она избавилась от него. Что тогда, Сэм? Будите колесить по Мексике, пока вас не схватят и не посадят в тюрьму, обвинив в незаконном пересечении границы? Боже, Дэвид свихнется, когда узнает. Его жена нарушительница закона.
По телу Саманты пробежала холодная дрожь, когда она представила это.
— Перестань пугать меня, — пробормотала она.
— Ну, если убедить тебя не делать этого у меня все равно не получится, то я попробую помочь, чем смогу, — вздохнула Кристина.
— Я знала, что могу рассчитывать на тебя. Позвони Метью сразу, как что-то узнаешь.
— Хорошо, будь осторожна.
— Буду.
*****
Под оглушающие звуки выстрелов Брай выскользнула из машины и, нырнув за стоящий рядом контейнер, стала продвигаться в сторону пикапа. Человек Мартинеса, который приехал на нем, руководил погрузкой товара. Она знала, что ключи остались в замке зажигания, но действовать надо было быстро, пока стрельба могла заглушить звук двигателя. В полной темноте она выехала на дорогу и вдавила педаль газа в пол, все еще прислушиваясь к раздающийся позади перестрелке. Пока все шло так, как она планировала. Вилла Мартинеса находилась в пригороде и Брай до мельчайших подробностей изучила дорогу к ней. Через десять минут она миновала развилку и притормозила, свернув на обочину. Вытащив из-за пояса пистолет, она прикрутила к нему глушитель и, проверив магазин, положила рядом с собой. Затем отключила телефон и сунула его под сиденье. Если удастся выбраться, у нее будет возможность позвонить Метью. Конечно, он будет очень зол, что она не посвятила его в свой план, но Брай не сомневалась, что он не откажет в помощи.
Глубоко вздохнув, она включила фары и выехала на дорогу. Миновав несколько домов, окруженных невысокими заборами, она свернула на подъездную дорожку и остановилась перед автоматическими коваными воротами. Стекла машины были слегка затонированы но чтобы ее было сложнее разглядеть Брай все равно прижалась спиной к сиденью. Она прекрасно знала, что машины, на которых приезжали его люди, пропускались без проверок. Система охраны сканировала номерной знак. Через несколько секунд ворота пришли в движение и, облегченно выдохнув, она проехала на территорию виллы. Свет горел только над входом в дом. Свернув к небольшой парковке, Брай вновь оказалась под прикрытием темноты. Прихватив пистолет, она направилась в сторону дома, войдя через главный вход. Сейчас в доме оставался только сам Мартинес и его брат Хуан. Почти два года наблюдений говорили о том, что в данный момент почти все его люди занимались отгрузкой последней партии оружия и, вероятно, были либо уже мертвы, либо арестованы мексиканскими спецслужбами. Она очень надеялась, что ей повезет застать Освальдо Мартинеса одного.
В огромном холле горел приглушенный свет. Брай бесшумно двинулась вдоль стены, пока не достигала гостиной, заглянув внутрь. Спиной к ней, на диване перед телевизором сидел мужчина. Убедившись, что это не Освальдо, она направилась к широкой лестнице, ведущей на второй этаж. Брай наизусть знала план всего дома, проведя за его изучением не один месяц. Все, что она делала сегодня, было тщательно продумано и мысленно проделано ею столько раз, что сейчас у нее даже не ускорился пульс. Медленно двигаясь по коридору, она прислушивалась, пытаясь уловить малейший звук, способный подсказать ей, где находиться цель. Дверь в кабинет Мартинеса была открыта и она почти достигла ее, когда навстречу вышел высокий седеющий мужчина в белой рубашке, расстегнутой на пару пуговиц, и дорогих черных брюках. В одной руке он держал бутылку виски, а в другой полупустой бокал. Его глаза расширились от неожиданности, когда прямо перед ним возникла темная фигура, а холодный ствол пистолета уперся прямо в грудь.