Выбрать главу

Ноги смыкаются, против моей воли.

Пальцы впиваются в прохладный атлас простыней, цепляясь за последние крупицы моей гордости.

На нём только кожаные штаны, подчёркивающие каждую напряженную мышцу, и та самая маска. Чёрный кокон, из которого на меня смотрят два горящих угля. Одним рывком, я вновь распахиваю для него бедра.

Немой вызов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Призыв.

Его широкая ладонь скользит по внутренней поверхности моего бедра.

Впиваюсь зубами в губы, чтобы не застонать…

В прорезях маски его глаза загораются лихорадочным, безумным блеском.

Время ломается.

Останавливается.

Застывает в этом миге навечно.

И я разрываюсь.

На части.

От желанием исчезнут, быть полностью уничтоженной.

Его ладонь скользит дальше, к груди, грубо сжимая соски…

Из горла вырывается сдавленный стон.

Его губы вонзаются в мои.

Резкий толчок его бёдер в мои…

Рычит в губы, сжимая волосы на затылке…

—Скорпи-и-и-оннн…—мой голос срывается на хрип, а глаза закатываются от удовольствия.

Еще один плавный, дразнящий толчок и он отступает, дразня пустотой.

И это мучительнее любого удара.

Шероховатые пальцы сдвигают бельё,и ложатся на влажные складочки, пару движений и я начинаю скулить, моля не останавливаться…

Но он не спешит…дразнит меня, доводя до исступления. Превращая игру в настоящую пытку.

Вспышка.

Я замечаю в углу комнаты… холодную, красную точку.

Камера.

Всё это время она была там.

Габриэль поворачивает к себе, мягко очерчивая овал моего лица, надавливает на нижнюю губу…

Я беру в рот два его пальца, и всасываю их в себя, разрываясь на мелкие осколки возбуждения.

Он, как яростный зверь, которого спровоцировали на нападение.

Резкий толчок-наказание.

И из меня вырывается крик.

Красный огонёк камеры превращается в бессмысленную точку.

Я лишь плотнее сжимаю губы, ускоряя этот странный, извращённый танец, пытаясь перехватить контроль.

Габ с яростью врезается в мои губы своими. Его язык начинает грубо трахать мой рот, заявляя права.

Я стону ему прямо в рот, закрывая глаза.

Его черные, кожаные штаны становятся невыносимой преградой.

Тянусь к его возбужденной плоти, к источнику его власти…

Но он ловит моё запястье, и убирает обратно.

Только он решает, когда и как.

Один толчок…и я снова обездвижена.

Мои запястья в плену его ладони, пригвожденные к простыням.

Распахиваю глаза и замираю от его бугрящихся мышц под влажной кожей.

По упругому торсу стекали капельки влаги.

Он был на грани.

За той чертой, где боль переплавляется в наслаждение, а унижение в освобождение.

Резкое движение бедер и жар его паха снова врезается в мой…тупым, безжалостным обещанием.

—Прошу тебя…— мольба, выцарапанная из горла.

Я не отвожу глаз, пытаясь хоть что-то прочесть в узких прорезях маски.

Его ответом становится молчание.

Немая пытка. Ласка без проникновения.

Круговые движения его пальцев…по чувствительной плоти…

Вспышка оргазма ударяет по нервам .

Я вскрикиваю, не в силах сдержаться.

Резкий, звонкий шлепок по бедру.

Боль обжигает кожу.

А затем его пальцы снова вонзаются в плоть, и начинают свой дьявольский, сумасшедший танец, сводящий с ума.

Мои крики тонут в жадной ловушке его рта.

Я снова кончаю…

От его грубых ласк. От сумасшедшего ритма…

Рывок…

И я уже на животе.

Прохладная, гладкая кожа плети скользит по телу, как змея, выбирая место укуса.

Обманчиво нежное прикосновение.

Удар.

И жгучая боль вспыхивает вспышкой жара, в самом низу живота.

Шлепок.

Из моего горла вырывается долгий, сдавленный выдох, полный нетерпения.

Спина сама выгибается ему навстречу, ища нового прикосновения, новой боли, которая вновь окунет в этот омут боли .

Удар.

Слезы срываются с ресниц и текут по губам.

Инстинктивно хочу повернуться, но Габ не дает. Вжимает в кровать.

А потом он накрывает меня собой.

Его дыхание теперь становится моим единственным звуком.

Его пылающая и налитая кровью плоть,скользит между моих ягодиц.