— Кир, ты о чем задумалась?
Я взглянула на него, поймала на себе внимательный и вновь голодный мужской взгляд и подумала, что, возможно, те, кто был лучше, ему почему-то нравились меньше.
— Ни о чем. Так, глупости разные, — отозвалась я.
Однажды я действительно решусь произнести короткое «я тебя люблю», и, возможно, именно в сторону этого мужчины. Но пока что ни малейшего желания открываться не было. Чувства, как жемчужина, разрастались где-то в моей плотной ракушке, но раскрываться она в данный момент не планировала.
…Мы наконец-то допаковали чемоданы, благо, в полной тишине, и я задалась другими, совсем не любовного характера вопросами: ничего ли мы не забыли и не потеряли. Исаев внимательно осмотрелся, но, не обнаружив никаких лишних вещей, решительно махнул рукой.
— Можем выходить, — распорядился он.
Я подчинилась. Дурацкое чувство, будто мы что-то забыли, никак не хотело меня покидать, даже на улице, хотя зимняя прохлада обязана была прочистить мозги.
Снег под ногами скрипел. Вчера выпало немного свежего, а потом здорово приморозило, так что я почти не сомневалась: сегодня к вечеру зимняя сказка вновь может быть заблокирована, скрыта горами снега от автобусов и цивилизации. Весело будет Вите, который исключительно по собственной дурости решил остаться.
До гаража мы добрались довольно быстро. Назар отворил его, пропустил меня вперед, клацнул ключами от авто и приценился, явно думая, как бы это получше впихнуть внутрь чемоданы.
— Садись, — велел Исаев. — Сейчас закину чемоданы в багажник — и поедем.
Я подчинилась и устроилась на переднем сидении. Уже даже потянулась к ремню безопасности, собираясь пристегнуться, но внезапно что-то остановило меня, словно заставило примерзнуть к месту. Предательская мысль о том, что я все-таки что-то забыла, приобрела куда более естественные очертания.
— Назар, — выдохнула я, выскакивая из машины. — Утюг.
Исаев уставился на меня, как на сумасшедшую.
— Какой утюг? — удивленно поинтересовался он. — Кирунь, не волнуйся, мы ничего сегодня не гладили, утюг в розетку не включали. Все ок. Давай, садись в машину и поедем.
Я выглянула из гаража. Дорога к домику, знатно затянутая льдом, никаких приятных мыслей не вызывала. Я предполагала примерно, что скажет мне Назар, если я радостно сообщу ему, что нам надо вернуться. Наверняка пошлет меня куда подальше.
Но ничего. Я тоже как-то на Францию не настраивалась и никуда ехать не собиралась!
— Ты не понял, — решительно заявила я. — Там мой утюг! Который я с собой привозила! Мы забыли его упаковать. Надо вернуться!
Назар уже почти сел в машину, но, услышав мои слова, остановился. Выбравшись из салона, он подошел поближе и с интересом взглянул на меня, так, словно увидел впервые в жизни.
— Серьезно?
— Что — серьезно? — изогнула брови я. — Ты забыл, что наша драгоценная Вита Игоревна не собиралась подумать о том, что людям раз в десять дней бывает нужен утюг? И что я привезла его с собой? Надо забрать.
Исаев нахмурился. Судя по внешнему виду, он до сих пор не верил в то, что меня действительно может волновать какой-нибудь утюг. Между прочим, очень зря не верил — потому что расставаться с этим чудом техники я совершенно точно не собиралась. Может даже не надеяться!
— Кира, — поймав мой излишне серьезный и сконцентрированный взгляд, простонал он. — Может, ну его?
— Что значит «ну его»? У меня брата-миллиардера нет!
Назар на этой фразе как-то странно хмыкнул, но времени вникать в его живописные реакции у меня не было. Я не собиралась оставлять этой наглой Вите Игоревне, каким бы человеком она на самом деле ни была, собственные вещи!
— Я не стану возвращаться за такой ерундой, как утюг, — решительно заявил Назар. — Давай, пока еще светло и нормально на дорогах, просто поедем. Я потом куплю тебе новый.
— Не надо покупать мне новый, — пожала плечами я. — Мне нравится и старый. Я сама схожу его заберу. Давай ключи.
— Кира!
— Ладно, — кивнула я. — Тогда я возьму сама.
Ключи лежали в салоне. Выхватив связку и выскочив из гаража, я поймала себя на мысли, что поведение-то у меня действительно идиотское. Сдался мне этот утюг! Разумеется, новый стоит далеко не так дорого, вполне можно приобрести. Да и Исаев, скорее всего, не врал. Можно было сдаться, сказать, что у меня где-то в голове проснулась такая замечательная штука, как мозг, а потом спокойно вернуться, сесть в машину и поехать.