Короткий стук в дверь перебивает ее пылкую речь. В кабинет входит мой новый сотрудник, и я перевожу взгляд на Вику, которая стоит в оцепенении, даже не пытаясь скрыть удивление.
— Познакомься, мой личный ассистент — Петр.
Плечи Богдановой расслабленно опускаются, на губах медленно появляется улыбка.
— Виктория, — сдержанно кивает она и протягивает ему ладонь для рукопожатия. — Можно просто Вика. Если будут какие-то вопросы, даже по мелочам, смело обращайтесь ко мне! Я хоть и совсем недолго была ассистентом Романа Сергеевича, но что-то подсказать точно смогу.
— Рад знакомству, — Петр благодарно кивает, а затем переводит внимательный взгляд на меня.
Я коротко озвучиваю ему первые задачи, предлагаю взять распечатки и ознакомиться с рабочими материалами, и он тут же уходит в свой кабинет.
— Ну вот, сразу видно, ответственный и серьезный. Человек с головой! — Вика подходит ближе и ластится ко мне как кошка.
— Интересно, — усмехаюсь, машинально опуская ладони на ее тонкую талию, — ты это поняла по его бороде?
— Почему же. У него… умный взгляд. Теперь я могу быть спокойна за тебя и за весь твой офис, — ласково мурлычет она, мягко царапая мое плечо и прижимаясь щекой к моей груди.
Я смеюсь, уткнувшись носом в ее волосы, и вдыхаю легкий запах шампуня.
— Поистине профессиональная оценка, не поспоришь.
— Не пойму, ты сейчас издеваешься? — отстранившись, Вика забавно сводит брови, вынуждая меня поднапрячься, чтобы скрыть улыбку.
— Серьезен, как никогда. Обсудим твою новую должность? Я могу помочь тебе, введу в курс дел…
Руки инстинктивно сжимают ее соблазнительные бедра, и я притягиваю Вику ближе, а затем подталкиваю к столу.
Желание говорить о работе резко пропадает, сменяясь острой потребностью воплотить свои давние мечты и усадить ее на любую поверхность, чтобы пристроиться между разведенных ног.
— Привилегии, Роман Сергеевич? Думаю, мне не стоит пользоваться вашим расположением…
Вика протестующе упирается ладонями в мои плечи, но сбивчивый голос выдает ее истинные желания.
— Не понимаю, о чем ты, — хриплю ей на ухо, когда, наконец, усаживаю на стол.
— Людмила уже предоставила мне все необходимые документы, — она вспоминает своего нового руководителя из проектного отдела и предпринимает еще одну попытку меня остановить: — Нам обоим пора приступить к работе…
— Согласен.
Обхватываю ладонью ее затылок, скольжу губами по нежной коже на шее, срывая тихий стон с распахнутых губ.
Вика выгибается, ее колени обвивают мои бедра, и я чувствую, как дрожь переходит от нее ко мне. Она нетерпеливо ерзает, но всё еще притворяется, что сопротивляется, не позволяя мне расстегнуть ее блузку, хотя уже прекрасно понимает, что ближайшие полчаса из кабинета я ее не выпущу.
— Если нас заметят… — выдыхает она, цепляясь за лацканы моего пиджака, когда моя рука перемещается на ее колено. — Черт, Рома…
— Хочу тебя, — Мои пальцы ползут по внутренней части ее бедра и касаются промежности. — Ты, кстати, тоже…
В комнате становится так тихо, что слышно только наше прерывистое дыхание. Ее юбка собирается в районе талии, открывая охрененный вид на обнаженные бедра. Лишним сейчас только кажется один лишь элемент ее гардероба.
На этот раз она не сопротивляется и слегка приподнимается, позволяя мне стянуть с нее нижнее белье, а затем тянется к пряжке моего ремня.
В отведенные полчаса уложиться не получается, и, один черт, целый день я сижу с напряжением в штанах, раздумывая, как бы дотянуть до вечера. Но как оказывается, и там меня ждет разочарование…
26
Ближе к ночи Вика уезжает домой, гонимая каким-то непонятным для меня стремлением держать дистанцию. Она хочет ночевать дома, потому что, как она выразилась: «так будет лучше». Кому лучше, я так и не понял, но против такого категоричного суждения не попрешь — спорить с ней бесполезно.
Благо, на выходные эти правила не распространяются, что, как по мне, идет вразрез логике, но, как говорится: что имеем, тому и рады. Я лично счастлив.
Выходные я встречаю как праздник. Вика сидит напротив с бокалом вина в руке и смотрит через панорамное окно ресторана на ночной город.
— Прогуляемся потом к той арке в огнях?
На алых губах, от которых я не могу оторвать глаз весь вечер, мелькает легкая улыбка.
— Прогуляемся, — отвечаю коротко.
Не отрывая взгляда от окна, она заправляет прядь волос за ухо и обхватывает бокал двумя руками, осторожно постукивая ногтями по тонкому стеклу.
— Какой же красивый вид…
Вика задумчиво касается пальцами шеи и невесомо проводит по ключицам, отчего в горле моментально пересыхает.
— Вижу, — тяжело сглатываю.
Повернувшись, она ловит мой взгляд и закусывает губу.
— Ты смотришь на меня…
— Верно, — выговариваю глухо и прочищаю горло.
— А знаешь… — делая паузу, она ставит бокал на столик и медленно поднимает глаза, сталкиваясь с моим пристальным взглядом. — Думаю, мы и в другой раз можем погулять. Может, уже поедем?
Спустя несколько минут мы выходим из ресторана и садимся в такси. У меня снова появляется возможность прижимать ее к себе, вдыхать сладковатый запах ее духов, тела, и касаться губами нежной кожи. Поглаживая тонкое запястье большим пальцем, обнимаю ее за талию в предвкушении двух дней с ней.
— Ром… — тихо зовет Вика и поднимает взгляд. — Я не взяла пижаму, придется спать в твоей футболке, или…
— Голой, — заканчиваю я.
Она беззвучно смеется и немного отстраняется.
— Я хотела сказать в рубашке…
— Мой вариант лучше, — уверенно отрезаю.
Закрыв глаза, я, чертовски довольный, наслаждаюсь поистине знаменательным моментом — она не спорит.
Такси останавливается около моего дома, и спустя несколько минут мы, наконец, заходим в квартиру, в которой автоматически включается приглушенный мягкий свет.
Вика скидывает туфли и загадочно улыбается, обвивая мои плечи руками. Обнимаю ее за талию, притягиваю ближе к себе и ощущаю, как она замирает, прижимаясь щекой к груди, словно слушает, как бьется мое сердце. Отстранившись, она тянется к моим губам, и я перехватываю инициативу, с жадностью целую ее, а затем подхватываю на руки и несу в спальню.
— Ты слишком нетерпеливый, — «возмущается» она, хитро глядя из-под полуопущенных ресниц, пока спешно расстегивает мой ремень. — Сними с меня уже это платье… — требует убедительнее и тут же выгибается со стоном, когда мои пальцы, скользят под тонкую полоску ее трусиков.
Она обхватывает меня коленями, отзывается на каждое движение, каждый толчок. Такая открытая, податливая в моих руках, с полуоткрытыми манящими губами, она часто и сбивчиво дышит, крепче цепляясь за меня, словно я могу исчезнуть.
Провожу ладонью по изгибам ее бедер, вижу, как ее кожа покрывается мурашками, ловлю очередной стон на губах и будто тону в огне затуманенного взгляда.
— Ром… — зовет шепотом, и в этом голосе столько желания, что я сам уже едва держу себя в руках.
Быстро избавляюсь от своей одежды, стягиваю с нее платье, провожу ладонями по обнаженной коже, чувствуя, как она дрожит, и нависаю сверху, не сводя с нее взгляда.
Толкаюсь с хриплым стоном, ощущаю, как плотно она меня сжимает, и постепенно ускоряюсь. Вика впивается ногтями в мои плечи, царапая и оставляя короткие следы, извивается подо мной в удовольствии, пока не откидывает голову на подушку от захлестнувшей волны наслаждения. Меня накрывает следом, и какое-то время мы просто лежим, выравнивая дыхание.
Прижимаю Вику к себе, медленно перебираю ее длинные волосы, смотрю в одну точку перед собой, ощущая, как в солнечном сплетении скапливается тепло, когда она водит кончиками пальцев по моей груди.