И, положив меню, вежливо поинтересовалась:
– Может, вам что-то принести, пока вы определяетесь с выбором?
По правде говоря, я даже не собиралась открывать меню. Я не знаю, работает ли здесь система «всё включено» или придется за свои заказы платить отдельно.
Я практически уверена, что второе.
А значит, у меня в теории может хватить разве что на стакан воды в этом зале.
Я мило улыбаюсь, чтобы сказать многозначительно: «Чуть позже, я всё же хочу определиться», как слова застревают в горле.
Сквозь прозрачную дверь я вижу, как рядом с залом останавливается Герман Эдуардович с какими-то очередными своими знакомыми. И, судя по его взгляду, направленному к VIP-залу, сюда он наверняка собирается войти.
Вот же ж….
Влипла так влипла. Надо что-то решать, причем срочно. Я поднимаю взгляд на всё еще стоящую рядом официантку.
– Маску.
– Что, простите? – Уточняет она.
– Девушка, мне срочно нужна маска. – Лихорадочно шепчу я. – Понимаете, я здесь случайно увидела бывшего, который…который мне изменил, а теперь преследует с извинениями. Я просто не хочу с ним общаться. И так сердце в клочья.
Беспорядочная ложь делает своё дело, и официантка быстро кивает.
– Сейчас принесу.
– С меня чаевые, – ляпаю я, забыв, какие тут чаевые считаются приличными.
Но девушка решительно мотает головой.
– Не нужно. Поверьте, я не понаслышке знаю, что такое бывший-козёл. Пять секунд, – она разворачивается и скрывается в кухне или подсобном помещении. Сказать точно не могу. Да и мне это совершенно неважно.
Весь мой мир сейчас собрался в одной точке. Там, где Герман что-то продолжал рассказывать тучному мужчине и длинноногой красотке рядом с ним.
Не удивлюсь, если это была внеочередная консультация на тему пластических операций.
Но вот мужчины обмениваются рукопожатиями. А после Герман галантно, с поистине аристократической грацией целует руку спутнице, и та кокетливо хихикает, а я медленно сползаю с диванчика на пол, под стол. Понимая, что бежать просто некуда.
Знакомые отходят, Герман смотрит на наручные часы и делает шаг к двери.
Я панически оглядываю зал. Вариант выпрыгнуть в окно кажется вполне неплохим.
Но вот его останавливают, очевидно, тоже спрашивая про пропуск, и в этот момент ко мне подходит официант, протягивает маскарадную маску в стиле венецианских, прикрывающих верхнюю половину лица. Маска, на удивление, даже в тон платью, но с золотистыми узорами и такого же цвета красивым пером, прикреплённым слева.
Официантку тут же подзывают к другому столику.
– Я ваша должница, – почти выкрикиваю я вслед своей спасительнице и дрожащими руками надеваю маску.
В этот момент в зал входит Герман Эдуардович и оглядывает столики, а я лишь могу в мыслях возносить хвалебные песни во славу женской солидарности.
Теперь мне уже ничего не страшно, тем более, все места заняты, и он сейчас уйдет.
Уверенная в этом, я позволяю себе расслабиться и, глядя в зеркальное отражение поверхности стола, сосредотачиваюсь на том, чтобы как можно красивее поправить маску.
Когда же я вскидываю глаза, то дыхание перехватывает.
Герман Эдуардович стоит у моего столика и, улыбаясь своей, пусть холодной, но потрясающе притягательной улыбкой, спрашивает.
– К сожалению, все столики заняты. Могу я на время присоединиться к вам?
Сердце замирает, отказываясь делать даже один удар, и я растерянно отвечаю:
– Д…да, конечно.
Глава 3 - Плохая шпионка
– Благодарю, – обаятельно улыбается Герман Эдуардович и, легко отодвинув стул, грациозно располагается напротив меня.
Я слежу за его движениями с лихорадочно бьющимся сердцем, в голове пульсирует мысль:
Почему я согласилась? Блин-блин-блин! Молодец, Лиза. Сама себя загнала в капкан.
Могла же сказать, что ухожу, или не знаю…что жду кого-то. Блин, да куча вариантов.
А сейчас всё.
– Вы наверняка кого-то ждёте, – Герман вскользь оглянулся на входную дверь. – Не переживайте, я сразу уйду. И в случае, если это будет ваша вторая половинка, просто скажите, что к вам подходил мужчина, покорённый вашей красотой.
Я, честно, искренне собираюсь сказать, что да. Сейчас кто-то придет из знакомых.
Но после слов о моей красоте из уст самого потрясающего мужчины не только нашей клиники, но и города, я малость теряюсь.
Герман Зимин назвал меня красивой? Тот самый Герман Зимин, по которому пускает слюни весь наш персонал вместе с клиентками?
Ого…Его комплимент заставляет меня врасплох, и я выдаю крайне интеллектуальное и еще более «уместное» в моей ситуации: