Антон Олегов – бывший парень Дилфины и зам директор «Парнаса». 27 лет, и черт бы его побрал, того, кто взял его на эту должность. И что же Владимировна нашла в нём?
Не помню, что двигало мной, когда я не раздумывая, шагнул к ним. И когда я почти подошёл к ним, понял, что не ошибся в своём выборе. И из их разговора я смог услышать только одно:
- Думаешь, если оделась, как элита, сможешь пробиться туда?! - ядовито спросила девушка. – Трижды ха!
- Дилфина.
Все трое обернулись на мой голос. Если парень с девушкой нахмурились, то Дилфина напряглась.
- Максим…
- Всё в порядке? – спросил, специально перебив её. Знал ведь, после моего имени проследует официальный тон. Но сейчас моё отчество было лишним. Мы не в офисе, чтобы ко мне так обращались.
- А ты кто? – небрежно спросила эта девица.
- Максим Афанасьевич – директор «Росянки».
Парень поменялся в лице. Очевидно, он не узнал меня. И как, скажите мне, не знать своих конкурентов в лице?
- Все в порядке, - сказала Дилфина.
- Правда?
- Максим Афанасьевич…
Начал парень, но я, не дослушав его, взял Дилфину под талию, и, бросив хмурый взгляд на них, пошёл к выходу.
- Ты иди на парковку, я сейчас буду.
Вручил ей ключи от машины, развернул её, а сам решил сначала попрощаться с Игнатом и его женой. Когда в спешке вышел из зала, наткнулся на странную картину. Дилфина стояла на выходе, её руку держала та девушка. Не понял. Какого черта?!
Решительно направившись к ним, я напрягся, когда девушка резко отпустила руку Дилфины. И вовремя оказался рядом. В тот момент, когда она подняла руку, что ударить её, я не на шутку взбесился. Перехватив руку девки, с неподдельным гневом оттолкнул её от себя, как от черта.
- Что вы позволяете себе?! – вскрикнула девица. Я одной рукой держал запястье Дилфины, когда второй сжимал в кулак.
- Алиса! – к нам выбежал и бывший. – Что ты делаешь?
- С тобой все хорошо?
Развернувшись к Дилфине, взял её лицо в свои ладони, всматриваясь в глаза. Испуганные, чуть влажные глаза смотрели на меня с беспокойством. Ещё чуть-чуть, и она непременно заплакала бы. Поэтому просто обнял её, притянув к груди. Кажется, за моей спиной кто-то уронил челюсть. Дилфина сжала своей ручкой мой пиджак, а сквозь слой одежды я слышал стук её сердца. Нет не так, чувствовал.
Самым хорошим решением было уйти. И я сделал так. Развернул её к себе, и направился на парковку.
- Спасибо, - прошептала она, когда я пристегнул её ремень безопасности.
До моего дома доехали в тишине. Почему именно ко мне? Дилфина не уточнила, куда именно хочет, а я и не спрашивал. Думаю, сейчас ей нужна компания поддержки, но ей и в моей компании хорошо.
Дилфина будто заснула; оживает, когда я торможу у своего подъезда и подглядывает на окно. Хмурится, явно не понимая где она. Повернулась ко мне, с тем же видом, что и раньше. На лице предельное непонимание.
- Ты у меня, - пытаюсь объяснить.
- Почему?
- Ты не сказала, куда тебя подбросить, а я и не спросил. Как-то не подумал, - беззаботно пожимаю плечами, будто это в порядке вещей.
Она ничего не говорит, тупо пялится на меня, пока я, собравшись, выхожу из машины. Мелкими каплями начинается дождь, барабанив о машину. Дует лёгкий ветер, на улице немного холоднее, чем обычно. Обхожу машину с другой стороной, чтобы открыть дверь со стороны Дилфины.
- Давай, на улице холодно.
Дилфина ошарашена или все ещё думает об испорченном вечере. Но без лишних слов выходит из машины, нарочно игнорируя мою протянутую руку, и закрывает дверь машины. Крепко уткнувшись в свой плащ, который всегда носит на работу (зачем-то надела и на вечер вместо шубы!), поджимает губы.
Закатываю глаза. Детский сад просто! Но не могу лишить себя удовольствия взять её руку в свою ладонь и крепко сжать, чтобы не сопротивлялась.
- Максим…
Предупреждающий взгляд и она затыкается. Подношу указательный палец к губам, угрожающее нависнув над ней, из-за чего она вжимает голову в плечи. Глаза сами опускаются на её приоткрытые губы, и это стало моей роковой ошибкой.
В горле встал комок, из лёгких вышибло весь воздух, руки вспотели, и, кажется, разучился дышать. И эта вредина нарочито облизнула губы. Так, стоп! Не думать о её манящих губах и не смотреть на неё.