Я вспомнил всех сотрудников, у кого есть доступ к тем документы, которые есть только у считанных людей. Константин отпадает само собой, он мой партнёр, лучший друг, брат. А его секретарша – Елена слишком наивна и дура для таких вещей. К тому же, в таких
делах сразу подозрения падает на неё и… Дилфина.
Правильно! В случаи утечки информации, я не стану её подозревать. Но не стоит исключить такой исход. Нужно дать Павловичу указания поставить на неё слежку. Обиженная женщина готова на все.
- Брат, ты согласен со мной?
- Да, да. Что? О чем ты?
- Ясно, ты не слушаешь меня. Я лучше пойду, проконтролирую работу.
- Хорошо.
Тимур тоже уходит, и в комнате остаюсь лишь я. И только теперь замечаю, что жалюзи закрыты, и наверно, по этой причине Дилфина не увидела нас с Ольгой ещё в приёмной.
Встаю с места, чтобы убрать их, и теперь между мной и Дилфиной стоит просто стена-окно. Она сидит на своём месте, и работает, стискивает зубы, и не обращает на меня ни какого внимания. Ведь знает, что я смотрю на неё. Жалею ли я о том, что сделал сейчас с Ольгой? Сам не знаю. Двоякое чувство. Ольга пришла и перевернула все привычное, хотя до этого это сделала Дилфина.
- Богдан Павлович, зайдите ко мне в кабинет, - бросаю в трубке.
Наверно, я ошибаюсь, собираясь поставить слежку за ней, но лучше так, чем терзать себя сомнениями.
Павлович не застал себе долго ждать, через три минуты он уже был передо мной.
- Да, Максим Афанасьевич?
- Павлович, когда мы узнали о личности крота в тот раз, он не сказал, что он не единственный, кто сливает информации?
- Нет, он все признался, и мотивы и действия. Вы думаете, он действовал не один?
- У меня был гость. По её словам в компании работает человек Воронцова.
- А она не сказала, кто именно? Ну, или его описания?
- По её словам, когда мы узнаем о краже информации, подозрения на него не падает. Мы даже не станем подозревать его, - я задумался. Видно, Павлович тоже.
- Тогда придётся рыть на всех сотрудников.
- Этого не стоит делать. Нужно, чтобы твои люди вели слежку за одним человеком. То есть проследить.
- И кем же?
- За Владимировной.
- Думаете, ваша секретарша и есть тот крот?
- Может быть. Я не уверен.
- Хорошо, будет сделано. Я свободен?
- Свободен.
Вопрос со слежкой решён. Теперь нужно поговорить с Дилфиной, объясниться. Но что я скажу? Что мы мужики, и в Африке мужики? Что не устоял перед бывшей, хотя не планировал затаскивать её к себе на колени? Нет, каким бы не был мой ответ, это не удовлетворит её. Походу, я ранил её чувства. Вот сукин сын. Забыл, что она отличается от других? Она ведь верила мне, а я что сделал? Да, взял и уничтожил это доверие.
- Дилфина войди, пожалуйста, ко мне.
- Хорошо, Максим… Афанасьевич.
- Садись. Дилфина, я хотел поговорить о том, что случилось недавно здесь с Ольгой. Я ведь ничего не обещал тебе, помнишь?
Ну почему начал с этого? Я ведь не это хотел сказать. Идиот!
На секунду я увидел в её глазах боль, но она быстро взяла себя в руки, надевая маску равнодушия.
- Да, помню. Вы вовсе не обязаны оправдаться передо мной. А то, что случилось вчера.… Это не было ошибкой, я не жалею, и не жду ничего от вас.
- Дилфина это не то, что ты думаешь. Я был…
- Если вы жалеете, что изменили ей, то все в порядке. Я буду молчать, и никто не узнает о нас. Надеюсь, это никак не повлияет на работу.
- Да нет, работа… она… Боже, я запутался.
Схватился за голову, не зная, как донести ей свои мысли и попросить прощения. Боюсь попросить дать мне шанс и поверить мне. Она ведь не даст. Видимо, все уже решила для себя. Не слушает меня, и несёт бред.
- Если это все, я пойду.
Даже не попытался остановить её. Вернуть или выбежать за ней. Обнять и попросить прощения.
И кто я после всего этого? Конечно, сукин сын, и не иначе!
Пытался больше не думать о ней. Нужно сосредоточиться на работе. Привести мысли в порядок, а потом поговорю с ней. Попытаться донести ей свои мысли. Но сначала нужно разрулить дело с Виктором, чтобы Ольга больше не сунулась ко мне. Хотя после сегодняшнего, не думаю, что захочу увидеться с ней.
Моё тело реагирует не так, как раньше, но все же я позволил себе лишнего. И что хотел доказать этим? Но самое главное, кому? Ей или себе? И как далеко зашёл бы, если нам не помешали?
Несмотря на то, что я знал, какая она сука, но частичка меня хотела её, но нет. Я не люблю Ольгу. Просто нельзя изменить привычки за короткое время. А Ольга и есть моя привычка, и да, прошёл уже год, с тех пор, как мы с ней расстались. И слава всевышним, что отправил меня в тот день домой пораньше с работы, иначе я не застукал бы свою любимую с другом.