- Замёрзла?
- Немного. А тут красиво, если не считать, что здание старое.
- Тут не было ремонта уже ровно десять лет. Забросили, государство наплевало на строительство, когда здесь случилось землетрясение.
- Жаль.
- Да, жаль.
Максим поглаживал мой живот, спускаясь вниз, другой рукой водил по моей груди. Я откинула голову назад, наслаждаясь этими ласками.
- Я знаю один из способов, как согреться. Очень полезный, между прочим, - проговорил он, спускаясь ещё ниже, к моим бёдрам и захватив пальцем край платья, оголяя бедра.
- Да? И какой же? – я приняла его игру.
- Сейчас увидишь.
Максим нашёл застёжку на платье, и, недолго повозившись с молнией, избавил меня от него. Платье упало к моим ногам, оставив меня в одном нижнем белье и в его пиджаке. Опустив бретельки лифчика, Максим поцеловал оголённое плечо, спускаясь ниже, покрывая мою спину поцелуями. Мурашки бежали по телу, то ли от холода, то ли от возбуждения. Грудь налилась тяжестью, соски затвердили, требуя ласки, а между ног начался настоящий пожар. Рука Максима накрыла мою плоть, скользя верх-вниз, возбуждая меня. А потом, отодвинув край трусиков, вошёл двумя пальцами, вырвав из моих губ полу стон полу вскрик. Запустила руки в его волосы, чуть сжимая их, и потянув на себя. Между ног саднит, Максим трахает меня пальцами, доводя меня до пика наслаждения. И когда до оргазма осталась всего ничего, вышел из меня. Я даже расстроилась, захныкала, прося его продолжить.
- Скажи это, - хрипло сказал он, а я не сразу сообразила, что именно.
- Ч-что?
- Ты знаешь, что…
Мне понадобилось ещё полминуты, чтобы собраться с мыслями. А после, когда до меня дошло, что именно, покраснела. Но теперь не было смысла стесняться его, я уже принадлежу ему, как и он мне. Так почему мне должно быть стыдно?
- Максим, - прошептала я, на большее я просто не была способна. – Прошу… я хочу тебя…
После этого Максим будто сорвался с цепи, будто у него отказали тормоза. Развернув меня к себе, впился в мои губы, подталкивая меня назад, на ходу снял с себя рубашку. Нет, не так, а просто разорвал, когда не смог справится с пуговицами. Снял брюки вместе с боксерами. Поднял меня на руки и опустил на холодный матрас. Избавил меня от лифчика, а трусы просто разорвал. И не дав мне подготовиться, вошёл одним толчком. Я застонала, когда он начал двигаться во мне. Припал к моим грудям, пока лизал одну, вбирая в рот, вторую сжимал, вырывая с моих губ стоны наслаждения. Оргазм быстро накрыл меня, я выгнулась дугой, и меня затрясло в конвульсиях. Вот это экстаз. Но Максим был слишком ненасытным. Он брал меня ещё несколько раз, при этом повторяя только одну фразу: «Моя!», как заезженная пластинка. А в конце ещё больше удивил меня.
- Я люблю тебя. Веришь? – спросил он, нависая надо мной, а я замерла. Хоть и не первый раз он признается, но каждый раз, как первый. Не знаю, почему, но каждый раз после его признания в душе я ликую.
- Верю, - я обняла его за шею, притягивая к себе, и проговорив в его губы: - Я тоже тебя люблю.
Максим накрыл нас обоих одеялом, одной рукой обнимая меня. Я поместила голову ему на плечо, ощущая, головой как бьётся его сердце. Было так хорошо и легко, я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Счастливой, здесь и сейчас. С ним.
Максим перебирал мои волосы, положив одну руку за голову, вместо подушки, и его горячее дыхание опаляло мой затылок. Моё сердце гулко билось, а в голове стояла только звенящая тишина. В помещение было тихо, и немного светло. Свечи все ещё были зажжёнными. Мы с Максимом просто лежали, слушая эту тишину, и это никак не напрягало нас.
К утру я заснула, крепко обнимая Макса за торс, и не ощущая холода, ведь я обнимала голого Макса, от которого исходило тепло, как от солнышка. Ну, как и сказал он сам, это был отличный способ, не замёрзнуть в такой холод.
Проснулась уже от того, что меня настойчиво целовали. Открыв глаза, наткнулась на Макса, который улыбался, смотря на меня. В голове промелькнула мысль, а видел ли он меня обнажённой? Хотя он не раз видел меня голой, тогда в темноте я не стыдилась, а сейчас день на дворе. То есть в помещении.
Я крепко схватила одеяло, подтянув к груди, а Максим лишь изогнул бровь, и между бровей появилась морщинка.
- Доброе утро, любимая, - ласково сказал он, целуя меня в шею. Я застыла, не веря услышанному. Любимая?
- Доброе утро… любимый, - Макс засмеялся, но не выпустил меня из своих тёплых объятий. – Сколько времени?
- Ещё рано.
- Думаю, мы с тобой опоздали на работу. Во второй раз, - сказала я, хихикнув.
- А у нас с тобой сегодня деловая встреча. Так что не волнуйся, я не урежу твою зарплату, - хмыкнул он.