И что все это значит?
Настроение укатилось до отметки нуля, все мысли теперь занимал только Максим. Я периодически бросал взгляд в сторону туалета, но так и не увидела их. К тому же, после того, как я вернулась, спустя двадцать минут, мы ушли.
Слава Богу, родные не видели, как я нервничаю. Виктория осталась у родителей, а я отправилась домой к себе, одна.
И лёжа на кровати, прокручивала в голове наш с Максом поцелуй. Впервые он целовался так. Но мне понравилось. Не прочь, повторить это снова.
Лежала в темноте, держа пальцы на губе, трогаю их и представляю, как к ним прикасаются губы Макса, и гипнотизировала потолок. В темноте это делать трудно, везде лишь темнота, но не скучно.
Веки потяжелели, глаза начали слипаться, как вдруг в дверь позвонили, а после пару раз ударили кулаком. Встала с места и, накинув на плечи халатик, пошла встречать ночного гостя. Решила сначала посмотреть в глазок, а после открыть. Ну, мало ли что или кто.
- Дилфина, открой!
Я замерла на пороге, не веря своим ушам. Макс?
- Я скучаю!
Плотнее укутавшись в халат, хоть он и мало спасал меня, открыла дверь. Стоило открыть все замки и отворить дверь, как пьяное тело Макса упало на мои плечи.
- Дилфина.
Максим обнял меня за талию, притягивая к себе ещё ближе. Хотя ещё ближе физически не возможно.
- Макс, - простонала я, пытаясь удержать его тело, но нога соскользнула с ковра, когда Максим сделал шаг, и оба с моим громким криком упали на пол.
Я снизу, а Макс сверху.
Захлопала ресницами, смотря в потолок и собираясь с мыслями. Что это было?
Максим приподнялся, обколотившись двумя руками в пол, по обе стороны от моей головы, таким образом, загоняя меня в ловушку. Не полностью, конечно, но теперь я могла дышать. Его тяжёлое тело было надо мной. Хотя теперь его колени оказались между моих ног, а его пьяный взгляд изучали меня.
- Почему ты лежишь ик, на полу, ик?!
Ещё спрашиваешь?! – хотелось возмущаться, но вместо этого я улыбаюсь. Пьяный Макс мне ещё больше нравится. Чаще пей, хорошо милый?
- Почему смеёшься? Ик!
Я опустила руки на его спину, подняла голову и поцеловала его в колючую щетинистую щеку.
- Давай спать? – предложила я. Но если бы я знала, чем это обернётся для нас, тогда не стала бы предлагать подобное.
- Согласен.
И он опустил голову на мою грудь, всем телом наваливаясь на меня. С губ сорвался жалобный писк, когда он начал засыпать так. Я замолчала, пытаясь уловить хоть какой-то звук, кроме стука наших сердец. Ноги начали мёрзнуть, как и попа, ведь дверь прихожей была все ещё открыта и теперь получается, мы лежим на пороге моего дома. Чёрт, Максим!
- Макс? – позвала я парня спустя несколько минут, но ответом мне была лишь тишина и сопение этого идиота.
Он что, реально уснул? Нет, он серьёзно?!
Я подняла голову, пытаясь посмотреть в глаза своего мужчины, но не могла рассмотреть его лицо, как этого хотела.
- Максим? – более громко сказала я.
Максим что-то пробубнил, крепко обнял меня за талию, повернув голову в бок. Черт, его дыхание у груди нервирует меня. Соски под лифчиком заныли и затвердели, требуя ласки, и это всего лишь от одного дыхания.
Твою ж, дивизию! – вспомнила не вовремя одну фразу из сериала «Верни мою любовь». Чёрт, и вправду, твою дивизию. Нет, в нашем случае, будет уместно слово «дыхание».
Максим, я тебе задушу, когда выберусь из-под тебя и успокою взбунтовавшееся тело и гормоны. Или сначала зацелую, а после задушу? Звучит заманчиво. Ладно, так уж и быть, сначала зацелую, а после задушу.
Пыхтя и кряхтя, кое-как отлепила от себя конечности этого идиота, после еле как отстранилась от него. Максим не удержал свой вес, упал рядом, на спину, и по-прежнему сопел. Стало холодно. Включила свет в прихожей, про который забыла и пошла закрывать дверь на все замки. Надеюсь, мы никого из соседей не разбудили своим шумом.
Обернулась к Максу и покачала головой.
Что на него нашло?
Уверена, сегодня мне не удастся разбудить его, придётся оставить его спать тут. Может следующий раз, будет думать головой и соизволит прийти ко мне с трезвой головой.
Пошла в комнату, где спала Вика и сдёрнула с её кровати одеяло, взяла подмышку подушку. Нельзя оставлять этого идиота спать не укрывшись. Хоть он и идиот, но если заболеет, кто будет давать нам наши зарплаты? Верно, никто. Поэтому нужно заботиться о нем.
Ладно, да, признаюсь, немного беспокоюсь за него. Чтобы там не случилось, у него наверняка были причины так напиться, ему нельзя болеть. Не хочу.
Медленно подняла его голову двумя руками, а после кое-как положила под неё подушку. Сняла с него верхнюю одежду, оставив лишь в одной рубашке, расстёгнутой до груди, укрыла его одеялом.