— Достаточно часто, но только если требовали обстоятельства и по прошествии определенного времени.
— Определенного?
— В смысле необходимого с политической точки зрения.
— Порой вы поступали так же, как сейчас поступил Мюрат.
— Совершенно верно, моя прелестная Каролина.
— Иоахим Мюрат — король Испании, — тихо проговорила я.
— Ну, там посмотрим.
Но Наполеона можно было подзуживать до известного предела и не дальше, независимо от того, что подсказывал здравый смысл. Ах уж этот здравый смысл! Часто ли охваченный навязчивой идеей выскочка руководствовался здравым смыслом? Если бы Наполеон довольствовался только Францией, если бы чрезмерное честолюбие не занесло его слишком высоко, он никогда бы не умер в изгнании на острове Святой Елены.
Когда мы пребывали еще в Байонне, Мюрата вызвали к императору отчитаться о содеянном. В момент его пребывания поступило известие о восстании в Португалии и о высадке там английского экспедиционного корпуса. Вопреки моим ожиданиям, Наполеон вовсе не ругал Мюрата, а встретил его как родного брата: поцеловал в обе щеки и объявил, что за оказанные империи услуги он достоин соответствующего вознаграждения. Однако, на мой взгляд, поведение Наполеона было несколько циничным.
— Вы хотите заполучить королевский трон, Мюрат, — сказал он, взглянув на меня. — Ради вашей супруги вы получите трон. Как вам нравится Неаполь?
— Неаполь, Ваше Величество? — проговорил Мюрат, захваченный, как и я, врасплох. — Но ведь королем Неаполитанским является ваш брат Жозеф.
— Теперь уже недолго. Я собираюсь посадить его на испанский престол. Неаполитанское королевство уже хорошо обжито. Или вы предпочитаете отвоевать для себя какое-нибудь королевство с помощью оружия?
— Ваше Величество?
— А я также собирался назначить вас вместо Жюно командующим нашими войсками в Португалии.
— Жюно сможет не хуже меня сбросить англичан в море, — быстро отреагировал Мюрат.
— Решайте. Неаполь или Португалия, — с легким раздражением проговорил Наполеон.
— Ваше Величество, — ответил Мюрат смиренно, хотя его вид свидетельствовал совсем о другом, — я выбираю Неаполь с радостью и от чистого сердца.
Часто мы с Мюратом думали одинаково. В тот момент я точно знала, как работала его мысль. Испания, которую мы оба жаждали, располагалась слишком близко от Франции, чтобы даже когда-нибудь в будущем иметь возможность обрести полную независимость. Португалия немногим отличалась от Испании и переживала вторжение с моря, которое легко могло распространиться и на Испанию, несмотря на невысокое мнение Наполеона о воинском мастерстве англичан, этой нации торгашей, как их презрительно называл он. В то же время далекий Неаполь мог оказаться совершенно независимым нашим королевством, которое мы бы лелеяли и оберегали. Оглядываясь назад, я не могу отделаться от мысли, что подсознательно я уже тогда ощущала возможность падения императора Наполеона. Итак, в конце концов мы выехали в Неаполь, чтобы сменить моего брата Жозефа, которому с радостью уступили, учитывая все обстоятельства, шаткий испанский трон. Каким нереальным все это кажется сегодня! Каким нереальным представляется возвышение и падение Наполеона, который, подобно лавочнику, сперва успешно справился со своими конкурентами, но потом зарвался и… потерял все. Будто далекая от реальности игра воображения, сказка, окончившаяся несчастливо для Бонапартов.
— Вам хорошо известно, Каролина, что я не вполне доверяю Мюрату, — заявил Наполеон.
— А вы доверяете хоть кому-нибудь полностью? — парировала я.
— Даже себе не совсем, — усмехнулся он.
— В этом вы еще никогда не признавались.
— Верно. Пожалуйста, забудьте мою глупую реплику.
Мюрат и я все еще находились при дворе в Байонне. Наполеону еще предстояло решить относительно точной даты нашего отъезда в Неаполь. Я ежедневно встречалась с Наполеоном: наши отношения стали гармоничнее, чем когда-либо прежде. Я часто беседовала с ним наедине спокойно и серьезно.
— Почему вы сказали, что не вполне доверяете Мюрату? — спросила я.
— Простой вопрос требует простого ответа. Я полагаюсь на вас, чтобы держать Мюрата в узде.
Ответом это назвать было нельзя, ни простым, ни каким угодно.
— Другими словами, вы рассчитываете, что я позабочусь о том, чтобы он выполнял ваши приказы.
— И одновременно будете сами их выполнять.
— Король и королева только по названию, — усмехнулась я сухо.
— Пара администраторов, и не более. — Наполеон взглянул на меня с легким изумлением. — Разумеется. А как же иначе?