И надо бы подумать чего это меня на Вике переклинило вдруг. А рядом с ней я сейчас нихрена не соображаю.
— Короче. Догуливай свою неделю. Жду тебя в Питере. — кажется лица коснулся порыв воздуха, который она раздражённо выпустила из себя, так и не сказав мне ничего.
Быстро скинул сообщение охране — выезжаем.
— Извинись перед мамой за меня. — ощущая острый взгляд в спину пока шёл в прихожую обуваться, тихо добавил я.
В груди кольнуло лёгкое сожаление, что семейного завтрка не случится.
Тряхнул головой вытесняя эти глупости. Но ощущение утраты охватывало всё сильнее, чем ближе двигался к выходу из квартиры.
Она не сказала ни слова пока я обувался, лишь стояла в дверях скрестив тонкие руки под грудью и буравила холодным взглядом.
Заставляя опасаться и предвкушать что она скажет, когда вернётся в Питер.
И отчего то даже эти опасения, получить справедливых пиздюлей, не вызывали раздражения. Будто она имеет право. Будто она близкая.
Улыбнулся на прощание и под закатившиеся глаза покинул её родной дом, сбегая по лестнице под явно раздражённо хлопнувшую дверь, всё ещё улыбался.
— Юр с Дэном, вы остаётесь, возьмите тачку понеприметней. Следите чтоб с Викой всё норм было. Буду периодически звонить, из поля зрения не выпускать. — решил оставить особо доверенных присмотреть за мышкой.
Чет напрягла мысль что она тут останется без пригляда ещё на неделю.
Глава 23
Серьёзно что ли?
— Ну, Викусик, не жалко тебе меня? Куда я пойду вообще щас? — пьяный в дым Рафаил ввалился в мою студию совершенно инородным элементом.
Запустила я его сама от греха подальше, чтобы мои бдительные соседки в лице Эльвиры Петровны и Нины Геннадьевны, не сдали моего дорогого громогласно требующего ночлега босса в кутузку. Милые женщины совершенно точно взяли меня под негласную опеку как «приличную, домашнюю девочку».
Взмахнул рукой, то ли пытаясь устыдить, то ли устрашить, а может и просто найти опору в пространстве. Однако в этой неравной борьбе вешалка сдалась с первого удара. Обрушив пару полок, Рафаил с удивлением огляделся и встряхнувшись снова сосредоточил красивый, но абсолютно бессмысленный взгляд на мне.
Тяжко вздохнула и смирилась с тем что этого… Нехорошего человека проще оставить сегодня у себя, а вот завтра с утра оторваться по полной и прочитать лекцию на тему исключительно деловых отношений, харасмента и личных границ разом. И желательно по раньше так с утра. Часиков в семь, пожалуй.
Посторонилась, демонстративно-приглашающим жестом указав на вход в комнату.
— Спасибо, красивая. Ты не пожале… — шустро скинув свои баснословно дорогие туфли, он протиснулся в комнату, бормоча что-то себе под нос и не очень ровной, но очень целеустремленной походкой двинулся к кровати.
Единственной кровати. Да в целом, единственному спальному месту в маленькой моей студии.
Боже мой, как так получилось, что за семь лет я избегала вот этого всего, а за последние пару недель уже второй раз оказываюсь с Рафаилом в одной кровати?
Что он…?
У меня пропал дар речи, да и дыхание впрочем тоже. Словно кто то разом выбил из груди весь воздух.
Рафаил раздевался, по мужски скупыми движениями, необъяснимо властно он буквально срывал с себя одежду. Всю.
Когда он одним резким движением, поддев большими пальцами, стянул с себя угольно чёрные боксеры, мне по позвоночнику словно кипятком плеснуло.
За все эти годы я видела Рафаила обнажённым, но не в приглушенном свете своей спальни же.
Поджарое смуглое тело, мощным диссонансом застыло возле моей окутанной в бело розовое бельё широкой кровати.
От каждого движения жгуты мышц проступали под гладкой, матово блестящей в приглушенном свете кожей, рождая в теле одновременно тяжесть и лёгкость.
Полуприкрытые глаза, которые не отрываясь следили за мной хищно блестя. А может мне так только показалось. Как и шевеление у него пониже кубиков пресса и этих жутко сексуальных впадин над тазовыми косточками. Показалось сказала!
И нечего смотреть туда вообще. Вот все годы усиленно избегала этих ситуаций, чтобы не чувствовать себя словно ведьма на пылающем костре без возможности помилования. Без малейшего шанса.
— Викуся, пойдём спать. Поздно уже. — он протянул мне руку, и в следующую секунду буквально рухнул в мою постель с блаженным стоном зарывшись лицом в подушку, сразу заняв две третьих огромного четырёх спального ложа.