– Вниманию к истории клиента, – откликнулся Золотарев, наградив ее ленивой улыбкой. – Если только у тебя получится сконцентрироваться на ней.
– Мне страшно, Артем, – пробормотала Ирина, понимая, что день начинает бить все остальные по произведенным на нее впечатлениям. – Я пропустила что-то и, если не справлюсь меня ждет какое-то наказание?
Возмутительно, но отдельное место предназначалось для нее. Оно было отделено от другого пышными и одновременно острыми листьями пальмы.
– Заодно присмотрись к тому, как одеты другие женщины, – сказал Золотарев, не ответив на ее вопрос.
Ира не сказала ничего, не кивнула, а просто прошла к стулу, кажется, что на негнущихся ногах. Внутренности ее как будто бы объяли холодным пламенем. Прежние мысли о том, что Золотарев решил мстить и издеваться над ней показались не такими уж и нелепыми.
– Ир?.. Я не договорил.
– Разве? – Назарова раскрыла сумку, планируя вытащить для нее письменные принадлежности. – Фраза показалась мне более, чем законченной.
Ира подняла глаза от недавно приобретенного планера, чувствуя, как внутри нее еще продолжают водить льдинкой.
– Я услышала вас, – выдала она ровно, глядя в светлые очи мужчины напротив. – С первой же зарплаты постараюсь скорректировать свой гардероб, чтобы не позорить вас в таких местах, как это.
Артем переменился в лице. Он не стал выглядеть виновато, а наоборот – рассержено. Ира поставила галочку и напротив этого пункта. В следующий раз она просто кивнет и скажет «хорошо», а потом закажет штук двести вибраторов ему на дом.
– Ирина Вячеславовна…
Артема перебили и не дали договорить, что там еще «она». К ним приблизился мужчина, чем-то смахивающий на Стивена Ли и Михалкова одновременно. Преследующие его бодигарды «просканировали» ее, Артема и остальных посетителей и рассеялись по помещению ресторана, спрятавшись в тени арок, кадок и колон.
– Здравствуй дорогой мой человек, – возвестил господин Шифрин громко, а потом проговорил, повторяя, прижимая к себе ее босса и вроде как целуя его в щеки. – Одобряю! Одобряю! Одобряю!
Вячеслав Иннокентиевич Шифрин говорил, выглядел и вел себя, как барин. Пестрый платок на шее в распахнутом вороте кремовой рубашки усиливал это впечатление.
– Челядь надо воспитывать, – пояснила дворянская «кровь», не стесняясь никого и ничего. – Особенно таких аппетитных профурсеток, как твоя.
В голове Иры зашумело еще сильнее. Она и не думала, что можно испортить испортившееся, но господин Шифрин продемонстрировал ей, что нет предела человеческим возможностям, особенно если они идут в паре-тройке с самодовольством и пренебрежением.
– Она не профурсетка, а моя новая помощница, – откликнулся Золотарев благодушно, но даже не взглянув на нее. – Ирина…
– Ах оставь это все! – Шифрин отодвинул от себя Артема, всплеснул руками, а затем последовал к столу, даже не удостоив Иру взглядом. – Не надо рассказывать мне кто она!
Владелец сети столичных театров, остановился, ожидая, когда его стул отодвинут и он уместит на нем свой благородный зад.
– Профурсетки они у тебя! – продолжать квохтать этот павлин, умещаясь на своей жердочке. – Почище моих благоверных, прости господи!
Ира сделала глубокий вдох, удерживая себя от того, чтобы не повернуться и не поинтересоваться у него: как он, такой весьма из себя принц датский знает кто такие профурсетки и как давно он пользовался их услугами? Но потом вспомнила слова Артема и подумала о том, что он знал что-то такое и по-своему, готовил к этой встрече.
– Сегодня у тебя одна, завтра другая, послезавтра еще кто-нибудь. Не хочу запоминать их.
Ира приподняла бровь, взглянув в сторону Золотарева. Замечание клиента позабавило ее, заставив родиться в душе веселому удовлетворению.
– Познакомишь в следующий раз, если не сбежит.
Артем бросил в ее сторону одобрительный взгляд, кивнул в сторону планера и даже метнул взгляд в сторону зазвонившего смартфона. Звук на устройстве был выключен, но все это было не вовремя, как ни крути и не пытайся представить иначе. Ире звонил бывший. Опять.