—Это тебе он непонятный, а мне очень даже знаком. И, поверь, его голый вид может служить украшением постели.
—Дразнишься? Пользуешься тем, что я в данном случае обязана тебе поверить на слово?
Саша быстро оделся. Все же опасался, видимо, что я проявлю себя неадекватом и обернусь в самый неподходящий момент.
—Девушки, я вспомнил прикол. Когда свинью натирают солью, она полагает, что ей делают массаж.
Мы похихикали, представив, как это может происходить.
—Это как в давней деревенской истории про корову. Ну что, будешь молоко давать или сразу говядину?
Меня проводили домой, при этом я снова ощущала, что чуть мешаю парочке, но они сдерживали свои душевные порывы. Так и я тоже ведь сдерживала себя сегодня, понимая, что могу с бывшим опять запросто поругаться. Но требовалось явить себя истиной леди, сдержанной и обольстительной. Ох уж эти правила, ох уж эти условности. Им нельзя просто взять и заняться любовью прямо на улице, мне не рекомендовано провоцировать кудрявого на скандал, коли я решила доказать, что он зря не нашел возможности для примирения.
Возле дома я оглянулась, пытаясь обнаружить скрытых наблюдателей. Потом потопталась под окном у своего бывшего. Там виднелся свет, только шторы оказались плотно задернуты. Брать окно штурмом не входило в мои планы, поэтому я отступила. Тем более, что куски досок напоминали мне о вчерашнем ночном падении на глазах у зрителя.
Как бы узнать, кто тут мой поклонник? Я решила написать записку.
Уважаемый друг! Я очень обрадуюсь, если утром обнаружу на подоконнике вкусную булочку, желательно свежую.
С уважением, Кристина.
Вот такая подсказка. Не караулить же человека всю ночь, чтобы узнать, кто же это такой обходительный. Я, конечно, не подумала, что подношения появляются в ночи, а ночью достать свежую булочку весьма проблематично. Но ведь не звезду с неба заказала, вполне выполнимое задание для настоящего романтика.
22
Увы, записка исчезла, булочки не обнаружилось. А я ведь даже глаза толком не протерла. Зато лежал пирог, я разломила его, принюхиваясь. С капустой??? Не люблю!
На кухне позвякивала посуда. Аня или Миша?
Я, наспех натянув футболку, решив, что даже юбкой или шортами заморачиваться нет причин, немедленно выдвинулась на общественную территорию. Увы, не бывший. Тогда стоит просто проскочить в ванную и минимально привести себя в порядок. А потом я даже отыщу духи, которые с собой прихватила. Очень они Мише нравились в ту пору, когда мы ещё не разбежались.
Оказалось, что на кухне хозяйничала Аня. Ну что ж, значит пока можно просто умыться. С это мыслью я проскользнула в ванную, не сильно привлекая внимание к своей особе. Но, умывшись и приведя себя в минимальный порядок, я решила, что не стоит терять свой шанс и следует Аню вывести из себя.
Я притащила из комнаты пирог, подталкивая в сторону девушки.
—Возьми, это Мише просили передать.
—Кто просил? —поинтересовалась Аня, не отрываясь от процесса приготовления яичницы. —Уж не ты ли?
—Нет, какая—то мне незнакомая женщина. Не переживай, она раза в три хуже тебя. И раз в пять хуже меня, надо заметить. Пирог с капустой, я проверила. В нем нет никаких запрещенных веществ.
—Врешь ты все, и ничего я Мише от тебя передавать не стану, — с этими словами Аня метнула пирог прямо в мусорное ведро. —Напрасно стараешься, всё равно он на тебя внимания не обращает.
—А должен?
—И не должен.
—Вот и прекрасно, Аня. Только мне вот не понятно, почему ты продуктами разбрасываешься?
—Ты мне этот пирог дала? Значит я имею право сделать с ним что угодно. Я решила, что пироги с яичницей не сочетаются. И вообще, прекрати возле Миши отираться.
—А то что?
—А то ты пожалеешь!
Я окинула соседку презрительным взглядом, постаравшись вложить в него максимум неприязни.
—Если ты боишься, то тебе следует просто не выпускать Мишу за пределы комнаты. А на улицу выводить на поводке.
—Это тебе следует ходить в наморднике.
Я видела, что Аня злится. Вот и прекрасно, моя задача—вывести девушку из себя, с этой задачей я справлялась. Ну не хочу я их тут видеть, вернее, бывшего наблюдать поблизости. Но так вышло, что приходится теперь следовать намеченному плану. Я его заставлю пожалеть, что он со мной расстался. А потом брошу, едва он осознает, какое сокровище утратил в моем лице.