— Это за то, что такая вредная! — хмыкнул я, не спеша помогать ей подняться, но девушка тоже никуда особо не торопилась. Лежала, смотрела на меня снизу вверх и широко-широко улыбалась.
— Я тебя люблю! — она потянула ко мне ручки, как маленькая, и теперь уже я, подражая ей, закатил глаза. Подошёл ближе, хватая её за руки, и рывком поставил на ноги. Лёгкая ведь, как пушинка. Она прижалась холодными губами к моей щеке, а затем чмокнула в нос, хитро-хитро щуря глаза и улыбаясь.
— Не подлизывайся! — фыркнул я, сжимая её руку, и отворачиваясь в сторону подъезда, чтобы не видела, как мои губы тоже расстягивает предательская счастливая улыбка.
***
На сноуборде девушка стояла уверенно и давала мне двести очков форы на любом из склонов, а я даже не с первого раза смог спуститься с горки для начинающих без падения. Какой удар по самолюбию!
— Соревноваться на желание будем? — с довольной мордашкой подъехала София ко мне, валявшемуся на снегу. Мы катались уже больше часа, поэтому я решил взять паузу и отдохнуть прямо на том месте, где упал. Блондинка, которая выросла на горнолыжном курорте, чуть ли не светилась от счастья, снова получив доступ к любимому развлечению, и буквально наматывала круги вокруг меня. А когда она радовалась, то начинала ехидничать. И как оказалось, ещё не забыла про глупую “планку” на время.
— Только после того, как поможешь мне встать! — я протянул ей руку, и девушка охотно её схватила, не ожидая подвоха. Елецкая думала, что поможет мне, но в итоге я утянул её за собой. Девушка рухнула вниз, распластавшись у меня на груди, и с укором взглянула в глаза.
— Обижать меня вздумал? — фыркнула она, надув губки, как маленькая девочка. — Так не пойдёт! — я едва успел закрыть глаза перед тем, как мне прямо в лицо высыпали горсть снега. Холодный, колючий, быстро тающий от соприкосновения с кожей, он вызывал отчаянное желание мстить. И я не сдерживался! Подмял девушку под себя, давая понять, что со мной такие игры не прокатят, но она вдруг посмотрела на меня таким жалобным взглядом и заскулила, что я даже испугался.
— Что такое?! — мой встревоженный тон, даже мне самому показался слишком.
— С-судорога… — заныла София, и я скатился с неё, ложась на снег рядом. Поднялся, помог ей отстегнуть сноуборд от ботинка, и начал разминать икроножную мышцу сквозь плотную ткань штанов, пытаясь хоть немного облегчить её мучения. — Уже проходит, — призналась она. — Спасибо!
Елецкая приподнялась со снега, села, опираясь о меня, и положила голову на плечо. Никому из нас не нужны были слова, любые разговоры казались лишним шумом. Мы замерли, застыли на месте и просто наслаждались, ловили момент, который больше никогда не повторится. Я не знаю, сколько времени прошло, но София сдалась первая.
— Всё! — она поднялась на ноги. — Здесь, конечно, замечательно, но у меня уже попа мокрая и мёрзнет… Идём, я видела, что возле проката есть кафе. Безумно хочу горячий шоколад!
Домой мы добрались под вечер, измотанные, я едва переставлял ноги, но счастливые до безумия, как маленькие дети. В голове промелькнула трусливая мысль отменить утреннюю тренировку, но я сдержался. Поваляюсь в горячей ванной, и силы вернутся, а ещё лучше включить джакузи. Квартира сама по себе была небольшой, и казалось, что ванная здесь занимает как минимум половину пространства, но меня это наоборот радовало.
— Завтра встречаюсь с твоей сестрой, — сообщила София, намазывая на лицо какой-то очередной крем, пока я отлёживался в бурлящей воде. В отличие от меня, ей хватило только горячего душа. — Мы поедем к Костровой после моих пар, а потом может быть пройдёмся по магазинам, так что буду поздно! А ты до скольких будешь занят? Кстати, может посидим все вместе как-нибудь, мне немного неловко, что я с ней общаюсь, как будто у тебя за спиной…
— Глупости… — фыркнул я. Ничего из ряда вон выходящего моя сестра про меня не расскажет, так что я совершенно не волновался. Даже был рад, что Аня под присмотром, с ней мы общались довольно редко, хоть и жили в соседних зданиях. Всё потому, что муж моей младшей сестры был единственным человеком, при виде которого мои негативные эмоции зашкаливали, срывая планку. Я волновался о ней с самого начала этих отношений, но Аня была непреклонна и любые мои доводы против отвергала. Так, влюбленность наивной девочки переросла в замужество. Я от их семейной жизни старался держаться подальше, чтобы окончательно не поссориться с сестрой — для меня её муж, будто бы не существовал. Когда мы общались, никто о нём не упоминал — только полоска золота на безымянном пальце стала молчаливым упрёком, что не смог позаботиться о ней, как следует. — Гуляйте! Зачем вам я? Я тоже буду поздно, так что давай после работы заеду, возьму что-нибудь в ресторане на ужин…
— Я только за! — она села на край джакузи, и запустила пальцы в мои волосы, делая легкий массаж. Я прикрыл глаза, наслаждаясь этими движениями, а затем решил, что вечер не должен заканчиваться вот так. Слишком скучно!
— Не смей! — завизжала София, когда я сгрёб её в охапку, и затащил в джакузи прямо в шелковой пижаме. Она ещё брыкалась по инерции, расплескивала воду вокруг, и даже пыталась царапаться, но уже через пару мгновений утихла, наслаждаясь теплом. — Чтоб ты долго жил… — пробурчала девушка недовольно, сидя на мне сверху, но я больше не мог сдерживаться.
— Просто грею твою замерзшую попу! — едва выговорил я сквозь смех, сжал её упругие ягодицы, и заткнул поцелуем, проникая в её ротик языком. Какая же она вкусная!
Глава 14
— Тимур, кажется, я убила человека, мне страшно…
Я отступила на несколько шагов, пока не упёрлась спиной в стену, и сползла вниз. Страх будто парализовал каждую мышцу, я уселась на полу малознакомой кухни, не в силах пошевелиться. Меня трясло, по щекам катились слёзы, в одной руке я держала за горлышко осколок бутылки в виде печально известной "розочки", а в другой до онемения пальцев сжимала телефон, из которого доносился размеренный голос мужчины. В нескольких метрах от меня, распластавшись в неестественной позе, лежало тело Игоря. Красное пятно на его рубашке увеличивалось в диаметре, впитываясь в ткань и захватывая всё большую площадь, а осколки бутылочного стекла, ставшего моим оружием, разлетелись по всей кухне. Грёбанный понедельник! Теперь у меня появилась ещё одна объективная причина ненавидеть этот день — я стала убийцей.
В шаге от мужчины резко осела на пол Аня, ноги девушки будто подкосились после случившегося. Её глаза были полны непролитых слёз, а на лице красовалась свежая царапина, оставленная этим уродом, но она не плакала. Сдерживалась до последнего, но кому оно, к чёрту, надо.
— Он терпеть не мог, когда я плачу, — тихо произнесла девушка дрожащим голосом, а я уставилась на неё, забыв, что на том конце переживает Тимур, которого я бросила в неизвестности. — Ответь брату! Он поможет во всём разобраться, он всегда меня спасает…
Я послушно сосредоточилась на словах Штиллера, который настойчиво повторял моё имя, пытаясь привлечь внимание. Если вначале он старался реагировать спокойно, чтобы не пугать меня, то сейчас прорезалось его волнение.
— Я в квартире у Ани… — ответила я и сбросила звонок. Тимур будет через несколько минут, в этом не было никаких сомнений — девушка жила в том же комплексе, что и мы, в том же, где находится его офис. — Почему ты осталась с ним? — я пыталась абстрагироваться от бездыханного тела, лежащего между нами, но то и дело натыкалась на него взглядом. — Сколько это продолжалось?
Раньше я бы не посмела задавать такие вопросы, но её муж поднял на Аню руку, даже не стесняясь моего присутствия. Нанёс несколько лёгких ударов, издеваясь, посмеиваясь над её бессилием, а затем приложился кулаком, раздирая нежную кожу металлом перстня. Я не могла продолжать смотреть на это. Схватила первое, что попалось под руку — этим предметом оказалась недопитая мужчиной бутылка вина, и огрела его по голове.