— Поговорим? — отец подошёл ко мне в гостиной, оглядываясь за спину — я догадался, что разговор только между нами, поэтому повёл его на балкон, где звукоизоляцию сделали потрясающую.
Мы стояли глядя на город, укрытый белым одеялом снега. Мужчина не решался заговорить первым, а я просто не знал о чём, поэтому тоже молчал. Отец гордый, извиняться он не любил, но я уже давно понял, что мне это не нужно — я его и так простил. Главное, чтобы был рядом.
— Про свадьбу мама уже спрашивала… — не выдержал я затянувшейся, угнетающей тишины.
— Хорошо, — по-деловому кивнул отец, а затем удивил меня — не его предложением, а тем, что спросил разрешения, — тогда ты не будешь против, если я подарю вам квартиру? Или лучше дом, чтобы свежего воздуха побольше?
Я ухмыльнулся, понимая, что он намекает на мою несостоятельность в финансовом плане. Несмотря на то, что все считают еврейскую натуру скупой, наша семья всегда жила на широкую ногу, поэтому квартирку, в которой мы обитали с Софией, мужчина считал тесной. И в этом отчасти я был с ним солидарен — только он не знал, что это временные меры, а дальше я сам решу вопрос с жильём. К тому же, мы с девушкой уже обсуждали это, она в курсе планов.
— Пап, тебе тоже так сильно захотелось внуков, что ты забыл, что решил оставить меня без копейки? — моё настроение подскочило так, что я едва сдерживал колкости. О наследстве, которого меня грозились лишить, я никогда не переживал, знал, что сам могу прекрасно зарабатывать — да и технологический процесс переработки нефти меня мало интересовал.
— А что нельзя? — выдал отец, заставив меня искать свою челюсть где-то на уровне плинтуса. — Никого из наших друзей уже не волнует, кто на каком месте в списке Forbes… Ну какая к чёрту разница миллиард у меня или девятьсот девяносто девять миллионов?! Да и устал я уже от этого бизнеса, ты им заниматься не хочешь, Аньку с её свадьбами я вообще не представляю, как можно на завод заманить. Продам всё к черту, купим остров и будем нянчиться с внуками на каникулах!
— Отличный план! — поржал главный поставщик внуков в семье, то есть я. Аньку, готовящуюся к разводу, благополучно сбросили со счетов на время — хотя племянников от слизняка Игоря я тоже не хотел. — Спасибо тебе за щедрое предложение! Обеспечить Софию я и сам смогу, но рад, что ты внимательно следишь за тем, как обстоят у меня дела! Маме уже сказал по поводу свадьбы и всего остального, до мая точно отбой! Давай с личной жизнью сестры для начала разберёмся…
— Ты про этого недоумка, который денег у меня хотел вытянуть, женившись на Аньке? Я его сегодня же по стенке размажу, — хмыкнул отец, который развод проблемой не считал, и за дочку готов был порвать любого. — Поеду, поговорю, пока девочки будут с бумажками разбираться. С собой не зову, но если захочешь мастер-класс, то так уж и быть, присоединяйся! — он скользнул по мне надменным взглядом, и я понял, что оставлять его одного с бывшим зятем нельзя — недобитый Софией “труп”, после визита Марка Штиллера может больше не подняться.
Не успели мы отправить женскую часть семьи под конвоем корпоративного адвоката подавать документы на развод, как дверной звонок начал настойчиво трезвонить. Даже не открывая, я знал, что это с небывалой прытью ломится Игорь. Как только он покинул больничную палату, лечащий врач отзвонился моему ассистенту и предупредил о незваном госте — Эрик всегда оставался на несколько шагов впереди обстоятельств, будто вёл успешную шахматную партию с жизнью.
— Зятёк, дорогой, — на лице отца, который благосклонно распахнул двери, играла хитрая, издевательская улыбка, — как голова? Не болит? — он был в курсе всех деталей вчерашнего вечера из первых уст, хотя София пересказывала события дрожащим голосом и ещё не до конца отошла от случившегося. Она пыталась не показывать, но даже воспоминания доставляли ей немало беспокойств.
Игорь собирался устроить скандал, но, увидев Штиллера-старшего, растерял весь запал — его стиснутые кулаки и желваки на скулах указывали на крайнее волнение, а черные глаза яростно сверкали. Не думал, что Аня вызовет в качестве подкрепления тяжёлую артиллерию.
— Нормально, — раздосадованно прошипел в ответ муж сестры, которому не долго осталось в этой роли. Я же безмолвно радовался, что совсем скоро он исчезнет из наших жизней навсегда. — Я хочу увидеть Аню! — требовательно сказал мужчина, но голос звучал уже не так уверенно, как ему казалось.
— А я хочу остров в Тихом океане! — мечтательно произнес отец, ухмыльнувшись по привычке. Он преграждал грудью путь в квартиру, оставив гостя у порога — фигура у мужчины была массивная, да и вид он имел внушительный, но в конце коридора, облокотившись плечом о шкаф и засунув руки в карманы пижамных штанов, стоял я, как вторая линия защиты. — Сам бумаги на развод подпишешь? Или нужно будет тебя уговаривать? — сделав особый акцент на последнем слове, спросил отец.
Игорь помолчал несколько секунд, раздумывая и подсчитывая, чем ему грозит вмешательство влиятельного тестя. Штиллер-старший был не из тех, кто силой расправляется с неугодными, он действовал по-другому — использовал связи, чтобы пустить врага по миру. И насколько я знаю, ещё ни одному злодею не удавалось остаться безнаказанным.
— Хорошо, я согласен на развод и даже оставлю Ане квартиру, — трусливо кивнул Игорь, а затем гадливо улыбнулся, — но та, которая огрела меня бутылкой по голове, ответит по полной!
Руки в карманах сжались в кулаки, я сцепил зубы и неосознанно шагнул вперёд — ещё слово и этот подонок снова попадёт в больницу. И на этот раз ему не удастся выбраться оттуда так быстро.
— Повторяю первый и единственный раз, если увижу рядом со своей невесткой, ты не спрячешься от меня нигде! — иногда отец вёл себя настолько устрашающе, что его можно заподозрить в связях с мафией, но сейчас я был ему благодарен. Меньше всего я хотел, чтобы на мою девочку начали охоту, желая отомстить.
Глава 16
Проснулась от того, что кто-то настойчиво пихал меня в бок, методично двигая к краю дивана. Потёрла сонный глаз тыльной стороной ладони. Только один, потому что до второй половины лица, припечатанной к подушке, добраться была не в состоянии. Издала необъяснимый, хриплый полувздох-полустон, а затем отодвинулась от девушки, на сколько позволяло свободное место. Даже Тимур в кровати вёл себя куда более прилично, чем его младшая сестра — с ним мне хотя бы не грозило к утру найти себя на полу спальни.
Уснуть снова я уже не могла. Вопрос — а вернулся ли мужчина домой — не давал моему сознанию покоя. Пошла проверять.
Штиллер крепко спал, обняв обеими руками подушку, и мило посапывал. Несмотря на то, что он мог развалиться на всю кровать, половина, отведённая мне, пустовала, будто немой укор, что провела ночь в другом месте. И как я могла отключиться в гостинной? Хотя после всего, что мы пережили с Аней за вчерашний вечер, и пары бокалов вина в качестве успокоительного, было неудивительно, что сон сморил нас.
Я до последнего вглядывалась в бледное лицо мужчины, не решаясь его разбудить. Просидела так около минуты, слушая его мерное дыхание, а затем его телефон на прикроватной тумбочке издал первый, довольно тихий звук. Громкость будильника увеличивалась постепенно, но я не стала ждать, пока она достигнет своего пика, схватила смартфон и дрожащими от волнения руками, попыталась его отключить. Осторожно перевела взгляд на лицо мужчины, даже дыхание задержала, решив, что оно может его разбудить, но, убедившись, что он просыпаться не собирается, забрала телефон на кухню.
Каким рейсом летят его родители, я знала. Оставалось лишь найти нужный номер в контактах — и вот за четой Штиллеров в аэропорт уже собирается Эрик. Голос совести попытал что-то вякнуть о том, что не в праве я распоряжаться чужими сотрудниками, но, рассудив здраво, решила, что лучше дам парню выспаться перед семейной встречей. Насколько я знала, отношения с отцом у него и так были натянутые, а добавив сюда раздражение, вызванное усталостью обоих — адская смесь, никак не способствующая спокойным разговорам. К тому же, стрелки часов показывали начало десятого, можно считать, — разгар рабочего дня. К счастью, не моего. Из-за приезда иностранного спикера в бизнес-школу, оба моих сегодняшних занятия перенесли, поэтому я могла остаться дома и приготовить на завтрак что-нибудь особенное. Видимо, уже окончательно проснулась — с головы до кончиков пальцев охватило болезненное волнение, заставляющее сжаться все внутренние органы. Я осознала, что боюсь не понравится его родителям, и поставила на уши Аню, заставляя помочь мне с завтраком. Девушка сразу призналась, что она на кухне абсолютно бесполезна, но я сумела придумать, чем её занять.