– Ясно, – выдохнула я с сипением и замолчала, робея перед мужчиной, но не смея отвести взгляда.
– Никогда больше не смей идти в логово врага. Даже если от этого будет зависеть моя жизнь.
– Но…
– Никаких но. Я взрослый крупный опытный самец и способен себя защитить, а ты хрупкая самочка, моя, заметь, и должна подчиняться и не высовываться, ждать, когда я за тобой приду.
– Вижу, – буркнула я и опустила глаза, фиксируя взгляд на его груди.
– Что видишь? – тон его неожиданно стал ласковым и заинтригованным.
– Что крупный, – не смогла не ответить, хотя было стыдно аж до вспыхнувших огнем щек.
Сверху раздался гортанный довольный смех, а затем Айвен наклонился и прикусил кончик моего уха. Я застонала, неожиданно чувствуя разряды тока и тепло, которое споро распространилось по телу, а затем замерла, услышав его непреклонный голос.
– Ты доставила мне удовольствие своей реакцией, чувственная моя, но не думай, что этим тебе удастся избежать наказания. Я всё еще помню, как ты пробралась в амбар и чуть не стала жертвой этого ублюдка Кирана. Он еще ответит за то, что посмел распускать руки, но и тебе придется подчиниться и принять наказание, которое я тебе назначу. В качестве поощрения оно нам обоим доставит приятные моменты.
Я не знала подробностей этого наказания, но что-то подсказывало мне, что с ударами плетью, которыми меня часто подвергали в стае по наказу отца, оно имело мало общего. Даже, скорее, кардинально отличалось методикой воспитания.
– А теперь будь хорошей девочкой и ответь, что с твоим видом? Бежала через лес и разодрала одежду ветвями? – спросил он следом насмешливо, но в глазах горел огонь жесткости и циничности. Утихнувшей на время агрессии.
Сжав зубы, я окончательно похоронила в себе желание прямо сейчас признаться о том, что Киран зашел слишком далеко и чуть было не взял меня силой. Нет. Не сейчас, когда на кону стоит слишком многое. Тихо, Нереа, выдержи этот требовательный взгляд, а расскажешь всё, когда вы все окажетесь в безопасности, подальше от твоего тирана-отца и жестоких волков стаи.
– Да, я так торопилась, что напоролась на сук.
Его губа дернулась, обнажая клыки, и по суровому и ледяному взгляду я сразу поняла, что врунья из меня так себе.
В этот момент со стороны долины раздался высокотональный писк, словно призыв к действию, и Айвен моментально напрягся. Отвлекся и поднял глаза вверх, осматривая окрестности и принюхиваясь к запахам, которые нас окружали. Мы стояли с подветренной стороны, и он мог легко учуять тех, кто мог приближаться к нам по направлению от клановых земель.
– Время пришло, – мрачно произнес Айвен и посмотрел внимательно на меня. – Ничего не бойся, Нереа, и не геройствуй. Всё идет так, как задумано мной. Просто верь мне, птичка. Договорились?
Я медленно кивнула, и меня затопило облегчением. Мне было важно знать, что у меня есть защитник, и отчего-то я ему и правда верила. Он потянул меня в сторону долины, вниз по склону. Я уже слышала приближающийся вой и судорожно спросила, желая утолить любопытство до того, как здесь образуется хаос.
– Что имел в виду Свайн? Он назвал пицен моей тетей?
Айвен не ответил мне. Остановился на краю спуска и протянул мне ладонь, помогая спуститься. Первой реакцией было желание отшатнуться и пройти вперед самой, но судя по его цепкому и предостерегающему взгляду, за такое мне могли надавать по попе.
– Привыкай, птичка, – шепнул он мне вслед, когда мы оказались в долине.
Голос его отдавал хрипотцой, выдавая его собственное волнение, но мне было не до рефлексий. Я побежала вперед, завидев около алтаря Керука и Свайна. Последний вызывал у меня настороженность. Бета стаи, он всегда был заодно с альфой. Именно от него на моей спине красовались белесые шрамы от ударов плети.
Я дернула плечами, желая сбросить с себя возникшие фантомные ощущения боли, но воспоминания не стереть одним лишь желанием. Они отравляли разум, заставляли меня настороженно относиться ко всему, что сейчас происходило вокруг.
Я повернула голову вбок и увидела, что трое кицунэ стояли внутри клетки, в которой вчера днем держали Айвена. Это было странно, но я прикусила язык, ощущая, как на коже дыбом встали волоски. В силу вступала девятая лунная ночь. Слишком мало времени, чтобы сбежать, но это уже было неактуально. Те, кого я хотела вызволить из плена, сами прыгнули в пасть волкам.