Что это было? А-а-а, понятно, так поступают с проститутками. Вот, значит, как он меня воспринимает!
Если бы я была пьяная, уже бы зарыдала, жалеючи себя. А сейчас сижу и понимаю: а разве я не такая? Вчера, сегодня — отработала по полной. Со всеми клиентами.
Я поднялась и неожиданно попала в объятия Марка. Не слышала, как подошёл. Он крепко прижал меня к себе.
— Прости, разозлился. Я тебя не отдам ему, — прошептал он.
Постоял так немного, отодвинул, заглядывая в глаза. Что, удивляешься, почему нет ответных объятий?
Я отпихнула его.
— С тебя сто баксов на оказанную услугу. Впрочем, пусть это будет компенсацией за обещанный ящик мороженого. Разницу дарю на следующих проституток.
Я сделала царский жест рукой и пошла на берег.
— Ты не так поняла! — крикнул Марк.
Я завела руку за спину и показала красивый средний палец.
Площадка так же пустовала, кто-то ещё нырял, кто-то сушился на камнях.
Молодцы! Их чемпионку только что изнасиловали, а они и ухом не ведут!
Катя сидела одна. Я опустилась рядом.
— Кать, не знаешь, сколько стоят услуги проститутки?
Катя задумалась, потом произнесла:
— Интересный вопрос. Решила переквалифицироваться? После пары перепихиваний с Семёном потянуло на подвиги?
— Какая ты пошлая, — скривилась я. — О двух перепихиваниях — это ты по своему опыту с Генкой?
Катя засмеялась и повалилась вместе со мной на землю.
— Кстати, — сказала она, — у тебя кровь на губе.
— Прикусила во время сексуальной оргии, — ответила я. Сказала правду!
Катя вновь расхохоталась.
Ребята стали подтягиваться, Марк тоже был здесь, но игра уже не клеилась. Расслабились, посыпались предложения пойти в кафе, кто-то собрался домой.
— Последняя подача, — объявил Игорь.
Подача, розыгрыш, и Марк отличным ударом в высоком прыжке вколотил мяч по ту сторону сетки.
— Суперская точка! — захлопали ребята, пожимая ему руку.
Сошлись руки Марка и Семёна, оба улыбались. Ладно, Семён искренне, а от того так и несло цинизмом. Только что извалял его девушку в грязи, бросив под колёса автомобиля, теперь изображает дружбу. Улыбнулся и подмигнул мне, я сымитировала его взгляд в никуда. Почему у подонков такие красивые улыбки? Сука! Это я о себе. Нечего замечать, какие улыбки у циничных красавчиков.
Семён отвёз меня домой. Распрощались в машине, намёков остаться он не делал. Уф, облегчение. Замечательный человек! Только сказал:
— Ещё рано, может, посидим вечером в кафе? Катю с Генкой пригласим.
— Позвони попозже, тогда решу. Вдруг мне захочется просто поваляться у телевизора.
Какой телевизор! Голова пухнет от раздумий. Считать ли поступок Марка изнасилованием? Как бы я повела себя, если бы это сделал другой человек? Убила бы на месте, оторвала яйца, за шкирку приволокла бы в полицию! А сейчас раздумываю, всплывают в памяти слова «не отдам». Что Марк имел в виду? Это порыв ревности или очередное запихивание ради себя любимого, лишь бы получить удовольствие? Размечталась. Пойду в душ, смою с себя разврат.
Трусы были мокрые и так обильно, словно кто-то работал без резинки. Нет, не должно быть, это же неосторожно!
Я пыталась вспомнить подробности, но они только разжигали меня. Хоть хватай телефон и звони в скорую помощь с названием Семён. Дорвалась баба до запретного! Нельзя. Вот если сам позвонит и намекнёт на приезд, можно сделать вид, что колеблюсь, а потом согласиться как бы ради него.
И я стала ждать звонка. Разбудили зверя, называется! Жила спокойно, а теперь горю, мечтаю ещё хоть раз испытать недоступное раньше наслаждение.
Семён позвонил, но всего лишь для того, чтобы узнать, не передумала ли я по-поводу кафе. Оказывается, Генка с Катей не против, ждут моего решения. Поеду, а потом затащу Семёна к себе, если, конечно, подвернётся подходящий момент. Буду бдить.
Сомнений не оставалось: Семён тоже кое на что рассчитывал. Во время танца он делал то, чего никогда раньше. Водил рукой по спине, опускал ниже и терся о мою грудь. Это легко, размер у меня приличный, не хочешь, заденешь. И ещё не знал, что я уже полностью его, только сама не тащу в постель.