Он не выглядел противно, он был красив, но для девушки всё было неправильно. Отдаваться без любви, продавать себя, предавать себя…
— Что же вы не действуете?
Арабелла вспылила, отчего-то бездейственность мужчины настораживала.
— А должен? — Ухмыляясь, спросил Чарльз, он подошёл ближе, утыкаясь носом в макушку Ары. — Лаванда, у Вас чудесный талант в выборе духов.
— В-вы…
— Я? Вы же ждали от меня действий.
— Я имела в виду другое…
— О как. Прошу не переживать на этот счёт. Я бесстрастен сегодня к ночи любви. Беззаботно, с полуулыбкой, он подошёл к письменному столу и сел на стул, закинув ногу на ногу.
— А зачем Вы выбрали меня? Вы могли просто уйти. Арабелла осталась стоять на своём месте, переменяясь с ноги на ногу. Азарт ушёл, а боль от мозолей вернулась.
— Это место не отпускает просто так. Я должен был сделать выбор и сделал.
— Ха, Вы, мистер, испугались, что о Вас подумают другие? Герцог Чарльз сбежал из публичного дома, боясь показать своё мужское начало!
— А Вы, миссис, везде ищете подводные камни, да?
— Вы для меня глубокий колодец, что-то далёкое. Смотрю и вижу лишь черноту.
— Вы бы прыгнули в него, чтобы узнать, насколько он глубок?
— Не в моих интересах. Достаточно скинуть несколько камней и прислушаться, когда булькнет, тогда булькнет.
Чарльз рассмеялся, наполняя уши собеседницы густым мёдом. Со стороны их разговор мог показаться грубым, простая проститутка вредничает с самим герцогом. Но для обоих это был глоток свежего лесного воздуха.
— У Вас мозоли? Блондин указал рукой на ноги, скрытые под юбками.
— Как Вы догадались?
— Вы пошатываетесь, как осиновый лист на ветру! Как такое не заметить? Вы можете прилечь, избавьте себя и меня от тяжкого груза. Себя от тесных туфель, меня от лицезрения Ваших страданий.
Второй раз Арабелле предлагать не нужно. С его разрешения или без, она бы не упустила шанса отдохнуть на белых простынях. Она неуклюже стала стягивать туфли, не расстёгивая их, от чего вызвала ещё одну волну смешков от Чарльза.
— Вы как аристократка. В тайне вас переодевают? Так уж и быть, помогу. — Блондин встал на одно колено перед Арабеллой. — Можно? — Без обратного ответа он поднял её ногу и поставил себе на колено. Через подошву Арабелла чувствовала тепло мужчины. Его широкая ладонь могла обхватить её щиколотку подобно кандалам. Нежные руки, не знающие тяжёлой работы, бледная кожа с виднеющимися синими венками, длинные пальцы творца.
Она забыла, как дышать, к ней долгое время не прикасались с таким трепетом. Расстегнув замочек, он проделал то же самое с другой туфлей, обувка слетели вниз. Заботливо поднял их и ровно поставил возле кровати.
— Ваши брюки… — Сглотнув комок, Арабелла указала на серое пятнышко.
— Прекрасно, пускай все думают, что мы испортили ткань, поддавшись страсти. Немного бутафории не повредит.
— Другого ответа от ангела я и не ждала.
— Ангела? Вы видите за моей спиной крылья?
— В комнате полумрак, могла и не заметить.
— Мисс, я могу снять рубашку, показать Вам свою спину, поверьте, Вы там ничего не найдёте, ни пёрышка!
— Бросьте, Вы просто нашли ещё одну причину, чтобы раздеться передо мной. — Рассмеялась Арабелла, закидывая ноги на кровать, поверх одеяла.
Чарльз ничего не ответил, улыбнулся и сел на стул. — Вам лучше?
— Ноги ещё ноют…
— Я не думаю, что Вам стало душно. Вы кого-то увидели?
От вопроса в лоб Ара вздрогнула.
— С чего решили?
— Вы смотрели сквозь меня, глаза бегали как у безумца, не думаю, что это ваша реакция на простую духоту.
Арабелла прикусила губу: «Какой догадливый, любит читать детективы?»
— Нет, — еле слышно ответила она. — Никого не видела.
Чарльзу было достаточно такого простого ответа, чтобы выявить лукавство, но решил смолчать.
— Вы в безопасности, поспите.
— А как же вы?
— Я постерегу ваш сон, мисс.
«Всё-таки ангел».
Глава 3 – Волк в овечьей шкуре.
Арабелла бежала по лесу, она чувствовала взгляд алых глаз, он обжигал спину. Земля влажная и мягкая, местами покрыта слоем опавших листьев и мха. Ноги тонут в этой вязкой массе, и каждый шаг сопровождается хлюпаньем и чавканьем. Воздух тяжёлый и влажный, наполненный запахами прелой листвы, сырости и гнили.
Кроны деревьев переплетаются высоко над головой, образуя плотный купол. С каждым метром становится труднее дышать. Она путается в юбках и падает на землю.
— Арабелла… — Голос, искажённый до скрежета, звучал в голове. Арабелла закрыла уши руками.
— Нет, замолчи! Замолкни, лукавый, уйди, уйди!