Я увернулся, перехватывая его руку, и прописал несколько быстрых ударов в бочину и с колена.
- Я тебе для Ани тоже пригласительный дам, - усмехнулся Руслан, выкручиваясь и отступая назад.
- Сначала от красоты своей невесты не умри, - хмыкнул я, - она, наверное, страшная!
- А ты от стояка.
Подъебщик хренов.
Я сократил дистанцию, нанося один за одним мощные удары по торсу говнюка.
- Иван Андреевич! - послышалось откуда-то сзади. Я обернулся, отвлекаясь.
Рус воспользовался заминкой, ловко увернулся и своей очередной коронной подсечкой снова отправил меня на пол.
Я клюнул носом, стукнулся лбом, но сгруппировался и откатился. Подняв голову, я увидел, как возле ринга стоит Аня и огромными от ужаса глазами смотрит на нас.
Потеряв несколько секунд, тут же был прижат сверху мощной тушей друга, который ловко заломал меня в захват.
- Рус, стой! - прохрипел я и он тут же разжал руки, откатываясь.
- Блин, ну на самом интересном, - просипел он в ответ и сел, переводя дыхание.
Я встал, тяжело дыша, и вопросительно кивнул Ане.
- Что случилось?
- Там… к вам пришли.
- Я никого не жду.
- Женщина.
Я закатил глаза, будто пол мог сильно повлиять на мое решение. Но, все же кивнул, обнял друга и спустился с ринга.
- Пошли.
- Вы голым пойдете? - покосилась Аня, шагая рядом со мной, но быстро отвела глаза.
- А что такое? Ревнуешь, солнышко?
- Я? Нет! Но там же посетитель!
- Я его не звал. Придется потерпеть мой видок.
Аня помолчала немного, потом шепнула:
- У вас кровь на лице. Почему вы дрались?
- Напугали тебя? Это у нас развлечение такое, не переживай.
- Вот это развлечение! - хмыкнула она ошарашенно.
Я прошел в приемную первым. Там сидела женщина лет сорока. Эффектная брюнетка, яркий макияж. При виде меня ее брови удивлённо взметнулись вверх и она встала.
- Иван Андреевич?
- Он самый.
- Я - Светлана Юрьевна, представитель компании, производящей спортивное питание. Мы хотели предложить вам сотрудничество. Съемка в рекламе, участие в конференциях.
Что-то мне везёт на Светлан. Может, это знак? Знак, что ее надо сводить в ресторан? Или знак, чтобы не связывался? Но, блин, не в моем вкусе. Чересчур яркая. Даже вульгарная, я бы сказал.
- Извините, но сегодня я не в состоянии ничего обсуждать. Как видите, только с ринга. А знаете что? - я улыбнулся и, приобняв женщину за талию, подвёл ее к лифту. - А приходите завтра?
Запихнув Светлану Юрьевну в лифт, нажал кнопку и убрал довольное выражение лица, облегчённо вздохнув.
Обернулся, в дверях приемной стояла Аня.
- Завтра суббота, Иван Андреевич.
- Да похуй, - отмахнулся я и ушел в свой кабинет, устало сел на диван и прикрыл глаза.
Надо бы в душ, но сил нет. Вместе с дурью вышли.
Дверь приоткрылась. Аня несмело заглянула и молча смотрела на меня.
- Ну что ты там застряла? Заходи.
Аня подошла ко мне, взволнованно присела рядом и потрясла за плечо.
- Вам плохо?
- Нет, мне очень хорошо, - лениво посмотрел я на нее. - Просто устал.
- У вас бровь разбита. Давайте обработаю?
Я бы отмахнулся, если бы это предложил кто-то другой. Но сейчас было приятно и я молча кивнул.
Аня ненадолго вышла. Когда вернулась, в руках был железный поднос, на котором лежали салфетки и пузырьки.
Она забралась на диван возле меня, поставила рядом поднос и, стоя на коленях, аккуратно протирала мое лицо. Я едва сдерживал довольную улыбку.
Затем почувствовал прохладное прикосновение к брови и поморщился, потому что начало щипать, попытался увернуться.
Аня придержала мое лицо ладонью и снова начала чем-то мазать, аккуратно дуя на рану.
Я несколько секунд кайфовал, а потом удивлённо распахнул глаза и перехватил ее руку. Сто лет ничем щипучим не обрабатывают уже.
Зелёнка!
- Аня, - зарычал я, пристально глядя ей в глаза и вырывая ватную палочку. - Ты серьезно?! Я буду с зелёной мордой неделю ходить?!
- Там немного, только где рана.
- Бляяядь, - простонал я, откидываясь на спинку. - А ну-ка, иди сюда!
Подхватив девчонку под бедра, я посадил ее к себе на колени и отвёл волосы со лба.
- Что вы делаете?! - пискнула она, пытаясь слезть, но я резко притянул ее за талию обратно.
- Делаю из тебя сочувствующую. Не дергайся, а то испачкаю.
Я приблизился и, прищурившись, нарисовал ей над бровью маленькое зелёное сердечко. Надо было бы написать какую-нибудь чушь, но ведь лечила же!
- Я больше не буду вам помогать, - обиженно выдохнула Аня, боясь пошевелиться.