— Ты всерьез запала на нашего дикаря? — наклонившись ко мне с ряда выше, полюбопытствовал Алекс. — То и дело на него смотришь.
Ладно, признаю, полностью от такого не абстрагируешься.
Сидя на ряд выше, Даргнаут, разумеется, заметил, как я оборачивалась, ища Анха. И не сумел удержаться от вопроса, хотя ему-то, спрашивается, чего?
— Алекс, — я вздохнула, поворачиваясь уже к нему, — Ты в прошлый раз так и не ответил, кого именно из нас ты ревнуешь?
— Даже если дикаря к тебе, то, боюсь, у тебя нет шансов, — нагло хмыкнул он.
— Переживаешь за меня?
— Предлагаю сменить объект симпатии, — он так резко подался вперед, что я с трудом не отшатнулась.
— По тебе видно, что ни одной юбки не пропускаешь, — поморщилась я и отвернулась, не желая продолжать странный разговор.
К тому же остальные одногруппники на нас уже косились.
Но Алекс так просто отставать не собирался. Пользуясь ростом, он перегнулся через парту ко мне.
— Джейн, советую тебе по старой дружбе: держись от Анха подальше. Ты совсем ничего о нем не знаешь, — неожиданно тихо и веско прошептал он.
— Ну, знаешь! — я резко обернулась, чтобы высказать этому мерзкому типу все, что думаю о распускании сплетен.
Но тут пришла преподавательница, молодая привлекательная женщина, мгновенно захватившая внимание аудитории. Эффектная брюнетка с алыми губами улыбнулась всем и сразу, быстро поздоровавшись и начав занятие.
— Меня зовут Милара Накторн, — представилась она приятным мелодичным голосом. — На первом году обучения я буду вести у вас целительство. Сам предмет изучается все четыре года, поскольку является обязательным. Каждый маг должен уметь оказать помощь пострадавшему.
— А вы ведете занятия только у первых курсов? — поднял руку парень из другой группы.
— Нет, еще преподаю алхимическое целительство непосредственно на факультете, — с улыбкой ответила преподаватель.
И, кажется, только что рейтинг факультета целительства у мужской части потока вырос на несколько пунктов, а ведь при поступлении большинство парней было решительно настроено на боевку. Но сначала артефакторика сбила прицел, теперь целительство…
Только алхимия никому не понравилась.
На вводном занятии нам рассказали про основные направления целительства, про организацию процесса обучения и, конечно, про практическую часть.
— На первом курсе проходят исключительно простые заклинания, которые в принципе не способны нанести вред человеку. Это простейшее обезболивание и заживление. Разумеется, они не рассчитаны на серьезные повреждения, например, сегодня мы будем лечить синяки, — объявила магистр.
— Даже здесь практика с первого занятия, — себе под нос пробормотала Лия.
— После обеда вы разобьетесь на пары и будете по очереди пробовать выполнять заклинание, — предупредила преподавательница. — А пока я коротко расскажу технику безопасности, коротко! — быстро добавила она, заметив наши вытянувшиеся лица. — И покажу схему заклинания.
В целом вся техника безопасности сводилась к одному главному правилу: «Не навреди!» Не знаешь — не пытайся. Не умеешь — не берись. И контролируй силу воздействия.
— Единственное исключение — смертельная опасность для жизни, — назидательно произнесла магистр Накторн. — Если человек истекает кровью и у него серьезные раны, а профессиональный целитель подоспеет нескоро — делайте все возможное. Иногда желание мага само по себе, без заклинаний и навыков, творит чудеса.
А дальше магистр показала схему заклинания, и если до этого на нее даже многие девушки смотрели влюбленными глазами — такая она была красивая и приятная, то заклинание ощутимо поумерило общий пыл. Оно оказалось очень сложным.
На фоне базовых, которые проходятся на первой ступени в школе, это выглядело по-настоящему зубодробительным. Сложное переплетение линий, векторов, еще и поток магии не однородный, как мы привыкли, а с разной интенсивностью в разные моменты…
— И это самое простое⁈ — высказал общую мысль Сантьяго.
— Увы, да, — развела руками преподавательница. — Воздействие на человека всегда очень сложное. И чем сложнее воздействие — тем сложнее заклинание.
— Значит, целительство — самое сложное направление? — спросила студентка другой группы.
— А вот и нет, — хитро улыбнулась магистр. — Самое сложное — магия разума и прорицание. Поэтому их факультет самый малочисленный. Там нужны особые способности и особый склад ума, как бы странно это ни звучало.
— Туда никто нормальный и не собирался, — усмехнулся Сантьяго.
И я не стала его разубеждать, поскольку и сама не была уверена. К тому же вдруг у меня ни способностей, ни склада?