-Для радужных перспектив не радужное начало. Не находишь? -в очередной раз не уследила за бегущим впереди мыслей языком и перебила Никифорова.
Суровые черты лица и без того ужесточились, но ничего не сказал, слегка склонил голову в сторону. Дал зеленый свет...
-Продолжай раз есть, что сказать...
-И скажу раз у тебя планы в отношении меня! Во-первых: не подавляй меня. Я терпеть не стану! Запомни это! -ответ был в тон ему.
Мне до чертиков надоело бояться и пресмыкаться перед одним, теперь еще второй нарисовался и похоже не сотрешь...
-А, то, что? - корпусом поддался вперед, готовый в любую секунду вцепиться мне в глотку.
-Узнаешь! Говори что хотел. - за внешней решительностью и напускным спокойствием, таились уязвлённое самолюбие и отчаянье.
-Ну раз есть во-первых..., тогда огласи сразу весь список твоих подпунктов?
Перепалку нарушила официантка, которая принесла заказ и теперь торопливо переставляла блюда на стол.
-Ничего лишнего из того, что ты себе уже смогла придумать. Мой интерес: бизнес, деньги и только.-продолжил он, когда девушка отошла от нашего стола.
Как я ранее говорил- готов жениться, но...
- Но? -не сдержавшись все-таки перебила его.
Никифоров был поглощён своими мыслями. Он говорил задумчиво, расслаблено откинувшись на спинку кресла, смотрел вдаль-сквозь меня. Мужчину, что сидел напротив я не знала совсем, но казалась речь он готовил давно и текст заранее заучен.
-Наш брак фикция. Составим брачный договор, согласно которому тебе гарантирую некоторую денежную сумму и на этом все. Брак на не определенный срок с определенным условием.
-Что за условие? - напряглась в ожидании подвоха с его стороны.
-Не все сразу. Ешь.
Настанет время, и мы продолжим с момента, на котором сейчас остановились.
-Аппетит пропал мгновенно.
Неопределенность определено становилась занозой в моей заднице. Это очень напрягало.
Я без особого энтузиазма водила ложкой в супе, сама не зная, что пытаюсь на дне найти,скорее всего аппетит.
Зазвонил телефон. И я вздрогнула от внезапности, поймав взглядом секундное выражение лица Никифорова. Черты были расслабленными ровно до тех пор, пока не достал айфон из внутреннего кармана пальто. Нахмурился и пробасил в трубку:
-Слушаю! -встал, затем вышел на улицу.
Оставшись в одиночестве, вздохнула полной грудью. Его присутствие, его тяжелый взгляд и практически постоянное молчание в отношении меня-убивали.
Опасение лишнего слова, неловкого взгляда, внезапной реакции в ответ на его действия-все выматывало, причем очень сильно.
Кое-как проглотила несколько ложек остывшего супа и отложила столовый прибор в сторону. Уставивилась невидящим взглядом в окно, на проезжую часть дороги, где неподалеку маячил водитель Никифорова.
Моя жизнь скатилась в пропасть и выбраться из нее похоже случая больше не представиться,но возможно дальнейшая часть жизни не будет столь дерьмовее предыдущей.
-Почему не ешь? -голос за спиной раздался внезапно, я снова вздрогнула.
-Что дергаешься, разве повод тебе давал?
Проигнорировав последнее, негромко так, чтобы слышал только он, процедила сквозь зубы:
-Не хочу! Или что теперь мне, как собаке выполнять все твои команды???
-Собака говоришь...? -не добро ухмыльнулся, жестко фиксируя натруженными пальцами мой подбородок.-Захочу и собаке уподобишься, и шлюхе, и.. - смолк.
Он словно задумался,выпал из реальности на несколько долгих для меня минут. Опасаясь его многообещающего «И...». Напряглась, стараясь не провоцировать Никифорова.
Когда с едой было покончено, а десерт еще не подали он снова заговорил:
-Твой паспорт где? С собой?
-Да, в сумке. В вещах.
- Я понял. Если без происшествий доберемся до Москвы, в этот же день зарегистрируем брак.
-Что значит «если»? -спросила, делая глоток остывшего чая, пить не хотелось совсем. Спокойствие и уверенность растаяли также внезапно, как и зародились некоторое время назад. Сейчас же охватило беспокойство и с силой сжало сердце в своих тисках.
Ладони взмокли. Вцепилась в кружку сильнее двумя руками и с дрожью в голосе повторила: -Что «если»?
-Да ничего. Хазов однажды пытался со мной поквитаться, но отсосал! Ему ничто не помешает при желании повторить покушение.-Никифоров вкладывал в голос максимум спокойствия, но невербальные признаки выдавали его волнение и ярость. Уголки губ нервно подергивались, напоминая хищный оскал.
"Хазов" хлестко стебануло по сознанию. Я внутренне поежилась. От одного упоминания фамилии сперло дыхание в груди и сердце в волнении пропустило удары. Сколько? Не знаю! Но в грудной клетке защемило и на глаза навернулись слезы. Больно, Господи, как же больно...
Слезы боли, но не физической.
Мужчина сидевший напротив не заметил моего состояния, его обуяла ярость. Он не говорил. Сейчас он рычал как раненый зверь, угодивший в капкан. Жаждал мести и расправы...
-Артурчик до сих пор считает себя победителем в схватке. Уверен, что я инвалид-колясочник, -собеседник противно смеялся: надрывно с натугой. Истерично.
Новая реакция. Неприятная. Сколько их в запасе у него? Думаю не мало...
Продолжение следует...