Риза, Айшат, Акпан, Сауле – я взял с собой только четырех человек. Тех, кто дольше всех держатся в седле, не жалуясь и плача украдкой. Асан-ата увязался самостоятельно, правда периодически сильно отставал. Когда мы замедлили шаг, то он махнул рукой, показывая, что догонит нас позже. Увидев жуткое зрелище, мои юные спутники замолчали. Риза нахмурился, схватившись за лук, Акпан придвинулся к нему, оставляя девчонок за спиной. Айшат потеснила Акпана, ей, кажется, не понравилось, что он хочет заслонить ее от неизвестной опасности. Сауле же осталась стоять на месте, лишь крепко зажмурила глаза.
Акбокен задрожал, учуяв запах, и я поднял его на дыбы, успокаивая и давая понять, что контролирую ситуацию. Акбокен громко заржал и, чтобы не потерять равновесие, я поднял свое копье с бунчуком, как можно выше. Молодые решили, что я воздаю честь памяти погибшим в битве и вслед за мной подняли своих коней. От избытка чувств Риза закричал.
Мы вчетвером спускались с холма медленно, Акпан отъехал в сторону, на вершину другого холма, на расстояние трех окриков, чтобы держать перед глазами обстановку целиком. До девчонок дошло, что их ждет весьма неприятное зрелище, поэтому они держались позади. Айшат периодически шептала что-то ободрительное побледневшей Сауле. Гончие Ризы скулили, сбились в группу и держались прямо рядом с ним. Риза попытался несколько раз их отослать или оставить на месте, но собаки упрямо шли за ним.
С каждым шагом, Риза замедлялся, и теперь я оказался во главе нашего отряда. Среди молодой свежей травы белели кости, где-то на них оставались черные лохмотья бывших мышц, истлевающая ткань и кожа одежд. Судя по количеству хрупких древок стрел, рассыпающихся в пыль, стоит их коснуться копытам коней, эта часть войска подверглась сильному обстрелу лучниками. Деревянные дубинки, короткие мечи, так и оставшиеся в ножках, неширокие грудные клетки скелетированных останков. Скорее всего, молодняк. Были и девичьи косы, украшенные позеленевшими бляшками украшений. Получается, что погибшие воины народное ополчение? На их родину пришел враг и вот их не стало. Я оглянулся назад, Акпан, увидев мой разворот, поднял руку, показывая, что все тихо.
Айшат, не спускаясь с коня, наклонилась и подобрала с земли небольшую пластинку. Когда-то сверкавшая своими узорами начищенная медь покрылась патиной.
-Не наши узоры, - сказала Айшат, не обращаясь ни к кому конкретно, и вздохнув, бросила пластинку на место, и та тотчас исчезла среди невысоких стеблей травы. Риза едва слышно хмыкнул и показал рукоятью камчи, посмотревшей на него Айшат, вниз, на доспехи некоторых воинов, украшенных изречениями. Наверное, что-то религиозное. На руны, которыми мы пользуемся, эти плавные длинные начертания не похожи. Айшат молча кивнула и стала разглядывать окрестности, вниз смотреть она категорически не желала.
Акбокен выбирал дорогу, но стал чаще петлять. Буквально через несколько шагов пришлось поворачивать коня. Иначе, чтобы заехать в глубь поля битвы пришлось бы идти по трупам, а это может быть опасным. Кто знает, какие болезни или ядовитые животные могут оказаться среди них. Мы повернули назад и стали объезжать наиболее плотные места по широкой дуге. Тела перестали попадаться, но стало больше странных следов, которые быстро растущая трава пыталась скрыть от нас. Ямы со спекшимися стенками, заполненные черным пеплом, расплавленные куски железа и стали, бывшие раньше оружие, полусгоревшие трупы, необычные скелеты длинных людей с узкой грудью, или наоборот коротышек с непомерно широкими костями и густыми бородами. Больше всего встревожила находка скелета высотой в три человеческих роста.
-Деу-великан, - благоговейно прошептал Риза, и я представил, что сейчас творится в его голове. Наверняка, думает где бы найти и завалить такое чудовище. На костях скелета остались следы зарубок, и рядом с ним изломанными ветками сушняка для костра лежали кости крупного воина. Под его останками виднелось острие странно светящегося меча, который излучал неяркий голубой свет, несмотря на слой песчинок и мелкой пыли. Точно, великий воин, раз сумел завалить перед смертью великана. Я долго думал, подбирать меч или нет. В конце концов, решил поднять. Негоже доброму оружию погибать так, просто засыпаясь мусором и землей. Если найдется потомок или родич этого воина, отдам. Я слез с коня, положил в сторону останки воина, сложив кости в предназначенный ему природой вид. Некоторые из них были сломаны.
Подобрал меч, обтер его маленьким куском кошмы и приторочил к седлу. Ножен к мечу нигде не было видно. Прежде чем обратно сесть в седло, поклонился воину. Я не знаю похоронных обычаев твоей земли, воин. Но пусть земля под тобой будет мягкой и обильной, а небо и тучи твоим саваном. Дальше я ехал, задумавшись. Что будет если на нашу стоянку нападет такой великан? Как отбиться от него?