- Будто вы не мечтаете? – обернулся Лиис. В темноте его глаза блеснули жёлтым, напоминая, что и в нём живёт зверь, не такой агрессивный и сильный, как дракон, скорее хитрый и изворотливый, готовый в любой момент дать отпор любому, не важно, победит в схватке он или нет.
- Каждый дракон мечтает о паре, - задумчиво протянул принц. – Но встретить свою пару это счастье и наказание. Счастье – знать, что холод одиночества навсегда отступит, а наказание – быть навечно привязанным к другому живому существу.
- А как же любовь? – опешил Лиис.
- А что с ней? – явно не понял его вопрос Валерион.
- Ну, мы лишары, например, при встрече с парой чувствуем, как сердце переполняет нежность, как в душе…
- У тебя есть пара? – удивлённо прохрипел принц.
- Ещё пока нет, - загадочно протянул лишар.
«Но скоро будет, - подумал про себя. – Если Провидица не ошиблась, - не таясь улыбнулся. – А Провидица никогда не ошибается…»
- Вот и не умничай тогда, - фыркнул Валерион. – Лишары то, лишары сё. А если твоя пара будет толстой, низенькой, да ещё и страшненькой на лицо?
- И что? Любить надо душу, а не телесную оболочку, так велит одна из заповедей…
- Тоже мне праведник выискался, - недовольно прошипел Валерион. – И что? – голосом спародировал Лииса. – Да, над тобой все будут смеяться. Нет. Не в лицо, за глаза. Только представь: красавец и уродина. Хотя, кому это я говорю. Ты слуга, а я принц, хоть и ненаследный. Моя жена должна быть… идеальной красавицей.
«Что ж вы тогда жениться-то оказываетесь, - тихо хмыкнул Лиис. – Ваша нынешняя невеста – идеальная красавица».
- Эх, Ваше Высочество, - покачал головой лишар и остановился, чтобы обернуться на дракона. – Плохо вы всё-таки историю учили. Никто смеяться над вами не будет, а вот завидовать ещё как. И будут пытаться выкрасть пару, чтобы, через тоску по единственной, влиять на ваши поступки и решения, ведь вы всё-таки принц, хоть и ненаследный.
- Да неужели! – как-то озадаченно и несколько затравленно произнёс Валерион.
- Именно так извели одного из Императорских отпрысков. Украли его пару и он, под влиянием парности и тоски по жене, напал на своего отца в облике дракона. Его зверь просто обезумел от горя. Слава Небесному Лису никто не пострадал, но принца в облике дракона пришлось усыпить, ведь выяснилось, что его пара в неволе погибла.
- Да? – замялся принц. – Уверен?
- Абсолютно. Это же история вашего рода, Ваше Высочество. Как вы можете не знать о подобном?
Валерион скрипнул зубами, не рассказывать же слуге, что он умело шантажировал преподавателя, связью с замужней дамой, которая находилась в свите его матери-императрицы, а потому все уроки по истории прогуливал с чистой совестью и в нежных объятиях любовниц, которых старался менять, как можно чаще, чтобы не дать повод девушкам надеяться на что-то большее.
- Что-то ты слишком болтлив, - осадил он лишара. – Долго ещё нам в этой темноте плутать?
- Да нет, - ехидство прозвучало в голосе слуги. – Уже пришли.
- Пришли? – растеряно спросил принц. – Куда? Я ничего не вижу?
- Ваше Высочество, Ваше Высочество, - как маленького пожурил его лишар. – Конечно, вы ничего не чувствуете, ведь здесь на входе, стоит печать вашего рода. А меня, знаете ли, знатно приложило. Как только пройдём невидимый барьер и тьма рассеется, вы сможете увидеть мой нелицеприятный вид. А сейчас, Ваше Высочество, - прохрипел он, - пройдите вперёд. Чтобы печать рода признала вас.
Валерион молча отодвинул Лииса и сделал несколько шагов вперёд. Вначале он наткнулся на невидимую упругую стену-плёнку. Но стоило ему вытянуть руку и дотронуться до преграды, как от его ладони стали расползаться серебристые нити. Они переплетались между собой, образуя паутину и не понятно было: Валерион – паук, который сплёл появившееся серебристое великолепие или он - жертва, увязшая в опасной и возможно смертельной сети.
Мужчина попытался отдёрнуть руку, но его ладонь будто приклеилась к невидимой субстанции. А затем появилась боль. Резкая. Она множеством острых игл вонзилась в ладонь принца. В его глазах потемнело. Из горла вырвался глухой хрип. В голове зашумело. Он не мог пошевелиться. Его сковало по рукам и ногам.
- Ваше Высочество! – воскликнул Лиис, придя в смятение. В книгах, которые он читал и изучал, ничего не говорилось о том, что печать рода может как-то навредить потомку великих Императоров прошлого. Но Валериону определённо было больно. На открытых участках тела принца то и дело появлялись, светясь в темноте лунным светом, серебристые чешуйки. А когда Его Высочество начал гореть голубовато-оранжевым магическим пламенем, Лиис струхнул и начал сбивать огонь хвостом и руками. Но стоило ему прикоснуться к принцу, как его будто молнией прострелило. Вспышка света была такая сильная, что на мгновение ослепила и Лииса, и Валериона. А когда зрение вернулось, тьма отступила. Вокруг возвышались деревянные стеллажи с книгами, словно стены самого глубокого каньона.