Встреча с моим братцем состоится не во дворце, а в лесу. Прекрасная дева попадет в беду, а дракон и прекрасный принц в одном лице спасет тебя. Неправильная, но очень милая сказка. При всех недостатках, мой братец женщину в беде не бросит.
А потом все зависит от тебя. Не сможешь очаровать, прельстишь магическим талантом. Братцу снятся кошмары, и ты станешь его спасением. А спать с ним или просто сидеть рядом и держать за ручку – это решай сама. Небольшую свободу выбора я тебе предоставил.
В этот момент мне захотелось вцепиться в лицо надменного младшего принца и добавить ему еще парочку шрамов. Они же, в конце концов, украшают мужчину.
Но приходилось просто молча терпеть. А его старший брат уже не казался злодеем, как расписывал его маг, скорее уже видела в нем возможного союзника. Ильярр – воплощение братской зависти и обиды. С ним тяжело и он, похоже, в большинстве случаев пойдет по головам.
Может, наследный принц немного лучше своего младшего брата? Хотя если вспомнить все мифы о драконах, вряд ли он будет отличаться в лучшую сторону.
Но рискнуть стоит. Я готова сблизиться с ним, но вовсе не ради благополучия Ильярра.
В голове стал вызревать коварный план.
С волками жить – по – волчьи выть.
А с драконами …сама драконом станешь.
Глава 3 (продолжение от 20 декабря)
Ильярр ушел, а меня оставил читать огромный фолиант, носящий пафосное название "Мироустройство Аринтара и народы его населяющие".
И хоть язык понимала, и читать удавалось, но книга была написана каким-то уж совсем архаичным языком. Очевидно Ильярр счел это достаточно подробным и понятным трудом, но мне было тяжело продираться сквозь дебри выражений, устаревших даже по меркам этого мира.
Я и сама не заметила, как задремала, выронив книгу. Очутилась в странном переливающемся пространстве со множеством зеркал. В них отражалась не я, они показывали кусочки иных реальностей.
Кажется, в одном из них увидела что-то похожее на земной мир. Рванулась к нему и тут услышала знакомый родной голос, зовущий мою маму.
- Илья!- я кинулась к одному из больших зеркал. Меня тянуло к нему с непонятой силой. Поверхность зеркала затянуло дымкой, а потом оно отразило нашу с Ильей двухкомнатную квартиру. На диване сидела мама и громко рыдала. Илья что-то успокаивающе ей говорил.
Я кричала, тянула к ним руки, но все было бесполезно. Зеркало только показывала кусочек моей реальности, но не было порталом.
Я не могла попасть домой без помощи Ильярра. Я могла только наблюдать, как Илья разговаривает с мамой, нервно меряет шагами гостиную, потом звонит по телефону. Интонации у него то гневные, то просящие.
Вот он бросает телефон и падает в кресло. Взъерошивает волосы таким привычным родным жестом.
Ну почему нельзя вернуться к ним?
Я опустилась рядом с зеркалом и тихо заплакала. Зачем мне этот непонятный дар и участие в интригах драконов? Я просто хочу вернуться домой и перестать видеть эти странные сны.
- Возвращайся, - услышала злой и одновременно тихий голос. - Я не давал разрешения гулять по снам, иномирянка.
Я ощутила сильную головную боль. Ощуение было будто невидимая рука давит на затылок. Я вскрикнула и меня вышвырнуло из сна. Надо мной навис злой Ильярр и его синие глаза теперь стали почти серебряными, а кожа на щеках покрылась чешуей. Он был зол, так зол, что мне сделалось страшно.
- Твоя магия начинает бунтовать. Я должен найти тебе наставника или наставницу. И чем скорее, тем лучше.
- Они же потеряли меня, да? - тихо спросила я, игнорируя его слова. - Время в наших мирах течет по-разному?
- Конечно! - усмехнулся Ильярр, но глаза его все еще были злыми. - Твои родные будут переживать
- И тебе плевать, что мои любимые люди будут страдать? - спросила я, внимательно глядя на дракона.
- Абсолютно. Я-дракон и мне смешна человеческая привязанность.
- Ты не дракон, Ильярр. У твоих сородичей есть душа, хотя часто они жестоки. Ты же просто бесчувственный истукан. И я не желаю иметь с тобой никаких дел.
- Клятва заставит подчиняться мне, маленькая гордячка. И помни, - дракон подошел ко мне и больно ухватил пальцами за подбородок. - Только от меня зависит, вернешься ли ты в свой мир или родные будут оплакивать тебя вечно.
Наши взгляды скрестились, но я первой отвела глаза, признавая поражение. Ильярр пугал и подавлял и наша ссора показала его истинное лицо.