— Ми, — тяжелый выдох. — Это мои загоны. Хрень… Из детства еще, не думай об этом.
Нахмурившись, роюсь в своей памяти, но ничего подобного и близко не нахожу.
— Я не помню ничего такого. Расскажешь?
Вижу, как его напрягает эта тема. Я словно ковыряюсь в открытой ране, от чего самой становится не по себе. Решаю отложить этот вопрос на потом, понимая, что сейчас не самый подходящий момент. Стоит переварить эту информацию, понять тот самый смысл и найти правильные вопросы.
— Давай в другой раз, — отмахивается он. — Лучше отдай сюда мой подарок, — деланно возмущается, улыбаясь и обнимая меня уже двумя руками.
На этот раз рассматривает подвеску с особым интересом, отмечая каждую мелкую деталь на ней.
— Крепи на мою цепь, — приподнимает подбородок, позволяя пробраться в вырез футболки.
— Теперь у тебя будет два сердца, — заключаю я немногим позже, проводя ладонью по его шее.
Артём на мгновение напрягается, а потом заваливает меня на спину, впиваясь в губы, и сразу же углубляет поцелуй.
Под напором его тела и обжигающих прикосновений я плавлюсь, внутри зарождается тянущее ощущение, пробивающее яркие вспышки по всему организму.
Горячие ладони на талии и бедрах воспламеняют каждый участок на коже. Крепкие пальцы с особым усердием сжимают ягодицы, спускаясь ниже и пробираясь под платье.
Дышим с перебоями. Насыщаемся друг другом до предела.
Отрываясь от его губ, пытаюсь восстановить дыхание чередой частых и отрывистых вздохов, но в тот же момент задыхаюсь, ощущая пальцы Артёма на внутренней стороне бедра.
Плавными движениями он добирается до полоски трусов, медленно отодвигает кружево в сторону, и скользит по влажной коже, задевая особо чувствительные точки.
Со стоном роняю веки, погружаясь и растворяясь в новых, невыносимо острых ощущениях. Внутри меня полыхает огонь неконтролируемого возбуждения. В попытке приглушить рвущиеся из нутра стоны, кусаю вмиг пересохшие губы.
— Ми, — выдыхает сипло. — Ты такая горячая.
— Это всё ты, — шепчу, словно в бреду.
«Ты меня делаешь такой» — добавляю мысленно.
Испытывая острую потребность заполнить пустоту внутри, непроизвольно выгибаюсь ему навстречу, но тут же пресекаю дальнейшие порывы с появившимся не к месту смущением.
— Так хочешь? — ощущаю легкое давление пальца между складок.
В страхе распахиваю глаза и верчу головой из стороны в сторону, чем вызываю тихий утробный смех Артёма. Только сейчас замечаю, что он смотрит на меня.
— Хочешь, зай, — утверждает, озвучивая очевидное.
Кусает мои губы, зализывая следом, и проникает языком глубоко в рот. Движение его руки внизу такое же плавное, тягуче восхитительное. Внутрь не рвется, хотя готова признать — сгораю от нетерпения. Гладит вверх-вниз, задевая пульсирующую вершину, вызывая тем самым содрогающиеся перекаты по телу.
И только когда отрывается от моих губ, замедляется на том самом месте, где давно всё пылает от потребности, и с хриплым стоном продвигается по миллиметру внутрь.
Смотрим друг на друга, зрительно обмениваемся всеми эмоциями и ощущениями, которые вызывает этот процесс проникновения.
— Не бойся, — шепчет, считывая мои реакции.
Чувствую, что он не глубоко, но это никак не облегчает мое предобморочное состояние.
Боже мой… Пребываю в абсолютном шоке от осознания того, что это лишь пальцы. А точнее, один палец… Что же будет со мной, когда это будет… другое?
Выбранный им темп настолько медленный, что я ощущаю каждый миллиметр продвижения. Лавируя на волнах наслаждения, впиваюсь руками в его плечи крепче и тяну на себя.
Живот стягивает спазмами, закручивая тугой узел, и совершенно неожиданно даже для себя я взрываюсь с протяжным стоном.
Утихомирить тарабанящее в груди сердце удается далеко не сразу, но под успокаивающими поглаживаниями его рук эта задача значительно упрощается. Я едва не проваливаюсь в сон, когда слышу голос Артёма:
— Зай, я буду скучать.
— В смысле? — растерянность и страх в глазах скрыть не удается, но я и не стремлюсь.
— Мне нужно уехать на неделю, — поясняет он, улыбаясь. — Не будешь скучать?
— Куда?
Глава 19
Спойлер:
Интересно, что она собирается делать и как далеко готова зайти? И… Стоит ли рассказать об этом ему?
Милана
Артём уехал на следующее же утро. Где он будет находиться в течении недели, я так и не поняла. Нет, он, конечно же, сказал: «Смотаемся с отцом уладить некоторые рабочие вопросы. Вводит меня понемногу в курс своих дел».