— До смерти.
И вроде бы значит это, что навсегда, на всю жизнь, навечно. Но почему вдруг так жутко становится? Почему эти слова ощущаются грузом на сердце? Щемит необъяснимой болью.
— Еще скажи — в горе и в радости… — усмехаюсь я.
— Когда-нибудь скажу, — отвечает с ходу. — Поехали ко мне на квартиру?
Не могу. Пока не пойму, в чем дело — не могу. Я никак не успокоюсь от того, что не знаю, что его тревожит. Что за личные вопросы? Какие проблемы у него? Почему не делится со мной? Ведь знает же, что я как никто другой всегда пойму его и во всем поддержу! Неужели сомневается во мне?
— Ты ведь так и не ответил, — предпринимаю последнюю попытку.
— Зай… Я объясню все. Но не сейчас.
Не сейчас…
Ну что ж, я упертая. Даже не знаю, к его несчастью или к моей радости, но я знаю, как вытянуть из него правду. Но не сегодня. Придется подождать, а ведь так не хотелось… Это будет сложно для нас обоих.
— Отвези меня домой.
— Мила, — дробит недовольно.
— Я поеду с тобой. Но не сейчас, — отражаю его недавнее замечание.
Артём усмехается, но совсем невесело. Могу его понять, сама с трудом сдерживаю эмоции. Я бы тоже хотела все упростить.
— Приедешь утром? Часов… в десять. Проснусь, соберусь… — кто бы знал, с каким трудом мне удается сохранять невозмутимость и спокойствие. Даже улыбку кое-как выдавливаю.
Воодушевление на его лице, сменившее удивление, заставляет неприятно сжаться. Я даже на миг успеваю передумать. Но…
На следующий день, едва переваливает за указанное время, мне звонит мама.
— Артём приезжал.
Я этого ждала, но мне совсем не легче. Напротив — в груди разрастается невыносимая тоска, обостряющая все чувства до предела. Проглатываю горечь, убеждая себя, что все делаю правильно. Хотя, признаться честно — я уже ни в чем не уверена.
— Ты не сказала ему?
— Нет… Но, он не уехал, сидит под двором, — произносит с укором. — Мил, может поговорили бы с ним нормально?
— Нет, мам. Пожалуйста… Поговорю с ним позже.
— Ладно… Но если он к ночи не уедет — я за себя не ручаюсь, — грозится она и следом говорит уже мягче: — Ты бабушку предупредила?
— Да, она ждет. И… Спасибо, мам, — кладу трубку.
Неделя. Ровно столько я провела в деревне в нервном ожидании. Особенно после того, как на следующий же день снова позвонила мама и предупредила, чтобы мы встречали гостей.
Он прождал до утра, а когда получил адрес, сорвался с места. Но до меня, по неясным мне причинам, так и не доехал.
А я в тот день не находила себе места. Думала, что скажет, когда приедет, будет ли злиться, сможет ли понять, расскажет о своих таких личных вопросах, или нам придется снова ссориться?
Но даже к вечеру он не приехал…
«Никогда не сомневайся во мне»
Сложно… Так сложно мне это дается…
Всю ночь изводила себя, уснуть никак не получалось, хоть и надеяться уже было глупо. Лишь под утро провалилась в короткий тревожный сон. Казалось, что мне вспарывают грудь наживую. Столько боли я в жизни не испытывала, как в этом гребенном сне. Так ныло истерзанное сердце, что кошмары начали сниться.
За эту неделю я успела тысячу раз пожалеть о своем сумасбродстве, отчаяться и нарыдаться. О, да. Оказывается, в моем организме целые реки этой сырости, странно, что плесень не завелось…
А затем я вернулась домой и в каком-то отрешенном состоянии пошла в гимназию. Я не знала, что скажу ему, думала, что слова сами собой найдутся.
Я была готова к тому, что он будет меня игнорировать, злиться, кинется с обвинениями или напротив — с объятиями (о чем я в тайне надеялась). Да к чему угодно!
Но не к тому, что не увижу его и там…
А на следующий день я и вовсе узнала, что он перешел на домашнее обучение.
Как так?!
Неужели из-за меня? Избегает? Хочет чтобы теперь я примчалась к нему? Во мне даже злость проснулась! Но сильнее всего меня одолевал страх, что он не желает меня видеть. И никогда не захочет…
С трудом досидела до конца уроков и, не думая о последствиях, поехала к нему. Мне, естественно, никто даже дверь не открыл. Хотя я в очередной раз не была готова к такому повороту.
Ругала себя, но ездила снова и снова… А через неделю сдалась, и больше там не появлялась. Погрузилась в полную апатию. Отчаялась окончательно. Смирилась с тем, что он меня бросил.
По слухам в гимназии было много различных версий, от которых мне каждый раз становилось только хуже. Кто-то говорил, что он пострадал в аварии и прикован к постели, кто-то — что уехал в столицу, где заканчивает обучение удаленно и устраивает там свою новую жизнь, была и версия того, что у его отца очередные проблемы с бизнесом, и они всей семьей вынуждено покинули страну.