— Мужчина, немедленно отойдите от стола, — раздался сзади мужской голос.
Сужая глаза, анубис обернулся. На него надвигались двое — защитные латы, дубинки. Он безошибочно определил солдатов.
— Слышите? Немедленно отойдите от стола!
— Пошли вон или погрузитесь во тьму! Все! — рявкнул анубис. Он поднялся, подкрепляя слова направленной на охрану волной ужаса.
Охранники с криками отшатнулись. Поскуливая, женщина сползла по креслу на пол. В зале заволновались. Приподнимаясь со стульев, люди с любопытством всматривались в сторону шума.
— Кто там? Что там? — послышались недоумевающие голоса.
Все шло не так, как он планировал. Анубис ожидал увидеть благоговейный страх, падение ниц, немое повиновение. Но все зашевелилось, труба тревоги завыла, истошно разрывая искусственную тишину зала. Ее пронзительный, неумолкаемый вой заполнил все пространство, оглушая, парализуя. Люди у окон вскочили, оглядываясь в панике. Сумки и документа попадали на пол.
Из служебной двери высыпали еще два охранника.
Оценив угрозу, анубис попятился. Отменить кредит оказалось не так просто. Похоже, ему предстояло сражение.
Что делать? Драться, наделать шуму, захватить всех этих людей и все-таки заставить их убрать долг со Свейты?
Однозначно, да. Ничтожные смертные!
Намереваясь показать им истинную силу владыки подземного мира, анубис прыгнул вперед, планируя сокрушить ближайшего солдата. Отпрянув, тот выставив вперед черную коробку. Анубис размахнулся и… взвыл: бедро обожгла острая боль. Нога тут же отнялась. Жжение было такой силы, что анубис упал, больно впечатавшись коленом в твердый белый пол. Таинственная черная коробочка в руках человека искрила.
Молнии?! Люди подчинили молнии? Такой дерзости анубис не ожидал.
— Охрана! Окно семь! Нападение! Блокируй вход! — раздался странный металлический голос.
— Гаси его!
Боль пылала гневом, унижение требовало крови. Приволакивая онемевшую ногу, анубис все же поднялся. Внушая ужас на ходу, побежал к выходу. Спасаясь, люди разбегались от него в разные стороны. Двери заблокировать еще не успели. Не обращая внимания на пронизывающую боль, анубис бежал с нечеловеческой легкостью, огромными прыжками увеличивая расстояние между собой и преследователями. За спиной кричали, слышался топот. За раз перепрыгнув завалы сугробов, владыка подземного мира перепрыгнул через припаркованную машину и устремился во дворы. За спиной еще долго продолжало завывать. Но его уязвленное самолюбие выло сильнее.
***
Я напрасно боялась. Нахохлившись большим замерзшим грачом, Покахонтас мрачно ждал меня у подъезда, как договаривались.
— Как ты? — беспокойно вопросила я. Про эпизод с поцарапанной машиной решила ему не рассказывать.
Мужчина неопределенно пожал плечами, избегая моего взгляда.
— Устал, — глухо произнес он.
Я так поняла, что прогулка вышла утомительной.
— Как тебе Омск? Что-то случилось?
— Нет. Город холодный. Я замерз, — буркнул мужчина.
— Что ты делал?
— Кормил птиц.
Владыка был немногословен. Я решила пока не третировать его вопросами.
Когда мы поднялись, дверь моей квартиры оказалась запенена густой, желтоватой, вонючей монтажной пеной. Она вылезла из замочной скважины, как гной из раны, запеклась пузырящимися наплывами вокруг косяка. На двери красовался приклеенный лист бумаги. На нем был напечатан черно-белый рисунок: стилизованный гроб.
Глава 16. Мумия
Следующие пару часов мы провели между Никитой и Анной Готлибовной. Первый, хмыкая, растворял пену димексидом, попутно прижигая горелкой, а вторая усадила меня за круглый стол, покрытый кружевной скатертью, поила чаем и успокаивала.
— Ирод поганый, вот он кто, — экспрессивно разорялась она на Семена, пока я подавленно грела руки, уставившись в кружку. — Гад ползучий! Трутень несчастный! Светочка, съешь конфетку, совсем отощала.
Она придвинула ко мне хрустальную конфетницу, сквозь прозрачные бока которой просвечивали канонические зеленые «Ромашки» и синие «Ласточки».
Анна Готлибовна все знала. Знала про Семена, про меня, про кредит… Выпытала, когда я сорвалась на нее прямо на лестничной клетке несколько недель назад. С тех пор она взяла меня под патронаж и активно поддерживала, участвовала в отражении атак коллекторов, даже писала на Семена заявление. Но все шло к тому, что за приобретение бывшего придется отвечать мне. Вот уже и дверь начали пенить… Хотя, последнее скорее всего из-за дикарской выходки пришельца, но от этого не легче.