Пролог
В детстве мама всегда гладила меня по голове и говорила «Моя маленькая Катрин, ни когда не водись с плохими людьми, а особенно с мальчиками хулиганами!»
Из за этого меня в 10 лет отдали в школу при монастыре. За 9 лет моя кожа побелела на столько, что казалась прозрачной, ведь из монастыря нам было выходить запрещено. Глаза потускнели и приобрели цвет спелого снега, слепящего ранним утром. Губы приобрели сочный красный оттенок, а волосы иссиня черный. Такая аля Белоснежка, так называли меня монашки.
Общаться нам тоже запрещалось, все что оставалось учиться, читать книги о прекрасных принцах и далеких путешествиях, а так же рисовать. Для обучения было все необходимое, а в последний год обучения папа подарил мне ноутбук с интернетом. Мечта всей жизни. И я читала уже не те безобидные книжки про принцев, я читала про хулиганов и бандитов. Они забавляли меня и возбуждали во мне чувство неизвестное.
Мне всегда запрещали даже думать о плохих вещах, и теперь я не могла остановиться. Самое лучшее, что у меня получалось это рисовать. Прекрасных принцев с кровью на губах и руках, с пистолетами и татуировками, что покрывали накаченные тела.
Ни кто не знал о моих маленьких шалостях. Это было моим фетишем, рисование, истории, пока не стало реальностью.
1
В 19 лет меня наконец забрали домой. Но по очень печальной причине. Мама умерла. Оказалось она очень долго болела раком легких, о чем мне конечно же не сказали. Она оставила мне кучу писем, в которых рассказывала о своей несчастной жизни жены главного полицейского города. О том как скучает обо мне и много чего еще. И почти каждое письмо заканчивалось ее любимой фразой «не водись с плохими мальчиками».
Отец женился через пол года, а мне купил квартиру в пяти кварталах от нашего дома. К этому времени я уже сама зарабатывала, продавая свои прекрасные картины, делая выставки и порхая в мире искусства.
Конечно, жадные до женщин художники пытались ухаживать за мной, звали замуж и клялись в безумной любви. Но увидев мою холодность к мужскому полу, либо узнав, кто мой отец они всегда исчезали. Папочка пристально следил за мной и все было нормально, только в один прекрасный октябрь, его отослали в командировку на другое побережье, из за громкого дела про коррупцию в штате полиции. С этого все и началось.
В первую среду месяца я как всегда поздно возвращалась с выставки своих работ. Осень выдалась на удивление теплой и я неспешно прогуливалась по улочкам города.
Впереди в мою сторону бежал высокий мужчина в черном пальто, но я не обратила внимание, ведь он свернул в проулок. А вот потом следом за ним выбежали трое парней. В руках у них были, какие то палки, которые они тут же спрятали, увидев меня. Потом остановились на пару секунд, переговариваясь и направились ко мне. Вот тут по спине пробежал бронепоезд, а коленки задрожали.
-Девушка мы ищем опасного преступника, вы видели куда он побежал? – обратился ко мне один из парней. Я, недолго думая показала за спину в другом направлении от мужчины. Они тут же бросились в ту сторону и когда скрылись за поворотом, мои глаза опустились на снег. Кровь. Тонкая струйка крови тянулась к тому переулку. Моя душа монашки не могла оставить бедного человека без помощи и я побежала туда. Мужчина спрятался за мусорными баками и держал в руке пистолет.
-Тихо,- я приложила палец к губам и наклонилась. Мужчина оказался парнем, примерно моего возраста. Он придерживал рукой окровавленное пальто, его трясло, а глаза бегали. Нужно было что то делась. Достаю телефон и звоню в скорую. Он выхватил у меня аппарат, как только услышал мед сестру.
-Не звони, меня найдут, не звони,- он повторял это и был кажется уже почти без сознания.
-Идем,- я обхватила парня за талию и аккуратно подняла, по стеночке мы дошли до конца дома. Никого. Хорошо, что до моей квартиры оставалось пару домов. И хорошо что придумали лифт.
Я еще ни когда не находилась так близко к парню, не прикасалась к его рукам, лицу, а тем более открытому телу. И когда он начал снимать рубашку в моей большой ванной я покрылась гусиной кожей и покраснела. Отвернулась и собралась выйти, нет, вылететь пулей оттуда, но была остановлена тихим: останься, мне нужна твоя помощь.
Пришлось собрать всю силу в кулак, что я действительно как маленькая, мне уже 20 лет! Я повернулась и очутилась в сказке. На меня смотрел парень с портрета, с моих многочисленных картин.
Высокий, с русыми волосами, цвета янтаря, глаза печальные ярко зеленого оттенка с маленькими вкраплениями в радужку. Накаченное тело с татуировками, что покоятся на спине, груди и руках. И кровь, много крови ,которую он потерял, и если я не перестану пялиться и не перевяжу раны, то он умрет.