Конечно, Мария, язва Леонидовна, на фиалку не тянет, максимум на ромашку пожёванную, но у неё штамп стоит в паспорте. Тоже приметил, когда изучал сей документ.
Замужем она. И видимо, скоро и муж прикатит.
И это опустить тот факт, что она выкашивает меня жутко. Про наезд я вообще молчу. Терпеть не могу, когда баба соревнуется со мной в зубоскальстве, а эта прямо на первое место претендует, да и не в моём вкусе…
Но, блядь, эти сиськи. Думаю, о них, и все доводы послать хочется. Надо сегодня до Нинки, что ли, прогуляться…
- Но что ваш танк делает на моём участке? – шипит гадюкой моя неожиданная секс-фантазия. Хотя, если с такого ракурса на неё посмотреть, сразу и желание всё пропадает. А ещё и голосок надменный послушать, так и вовсе, никакие сиськи…Нет, сиськи побеждают.
- Стоит мой танк, - угрюмо смотрю на неё, и она вдруг смущается, то ли от взгляда моего прямого, то ли от двусмысленности произнесённой фразы, скорее всего, от последнего, потому что мельком, и, стараясь не определяться, мечет взгляд на мой пах.
- Я про машину, - намеренно смущаю её ещё больше, спокойно наблюдая её метания, когда она понимает, что я всё заметил.
- Дурак, - отворачивается, совсем растерявшись, и теперь я пялюсь на её зад. Под тонкими брюками отчётливо обрисовывается рельеф кружева на ягодицах, особенно когда она удаляется, желая проверить свои новые владения.
Да что за хрень! Японский городовой!
Заурядная же блондинистая баба! Скандальная и надменная фифа.
С какого перепугу, весь мой организм на неё стойку делает. То сиськи мне её заходят, то жопа…
Я даже голову склонил, так залип на этих половинках круглых, ну и, само собой, всё самое пошленькое представил, что можно с такой жопой делать. Залип и пропустил момент, когда Язва Леонидовна обернулась.
- А вы не охренели, медведь Женя? – ехидно осведомилась она, возвращая моё внимание её лицу.
Интересно, а она в курсе, что на панду похожа, с этими потёками туши под глазами. И что её хвост уже давно мочалку напоминает.
- Забор убрали, - продолжает тем временем кривить свои губищи, - машину свою в моём дворе разместили. Про частное право не слышали, нет?
И демонстративно на мою территорию заглядывает, где вольготно расположилась и подъездная дорожка, и стоянка с тентом, и огородом, аккуратненько вокруг дома.
Просто в планах было крышу переложить, и чтобы тачка не мешалась, перегнал на соседский участок, а тут жара все планы посбивала. Вечером хотел обратно вернуть.
На кой мне это бурелом? Да и машина греется.
А забора у нас с тётей Нюрой давно уже не было, и хоть она не самый простой человек была, уживались как-то без него, а теперь, сдаётся мне, надо будет бетонный городить.
- А вы, я смотрю, только о нём и думаете, - спокойно отбиваю её атаку, вальяжно так облокотившись на бок своего «танка». – Чёт, сколько живу, ни разу не видел, чтобы вы к родственнице-то заглянули. Помогли бы чем. Ей так-то девяносто было.
Вспыхивает, видно, по неровному румянцу, что я в точку попал. Мучается совестью, курица ощипанная.
- Не ваше дело, - дрожит голосом.
- Да понятно, что не моё, - сплёвываю ей под ноги, отчего она опять вся идёт возмущение, шипит, того гляди, скоро кусаться начнёт, или клеваться, курица же. – Куда уж мне до вашей высокой морали.
-Наслаждайтесь владениями, - запрыгиваю в машину, и чуть ли зад не обжигаю об нагретую сидушку, еле сдерживая маты, завожу мотор и сдаю назад, лихо и чётко вставая под тент на своём участке.
И только дыхание перевожу, как слышу вопль и низкий лай.
Блядь, совсем забыл, что не только я на соседский участок покусился.
- Туман, ко мне! – гаркаю, выйдя из машины, видя, как мой сенбернар делает стойку на незваную гостью.
Замер у входа в домик, не даёт гадюке этой ни пройти, ни отойти, держит вниманием, и, если дёргается, рычанием сигнализирует, что она может и отхватить.
Даже на команду не реагирует, так, озадачен появлением чужого.