— Посмотри, — он поднёс к моему лицу артефакт. От хрупкого на вид листа вилась тонкая еле заметная дымка, которая исчезала в моём животе. — Спасибо за ребёнка, Айша, — произнёс Сайнар, — магия моего рода не умрёт вместе со мной, а будет передаваться от потомка к потомку. Они смогут управлять артефактом защиты границ.
— Сайнар, не говори про смерть, — взмолилась я.
Он устало кивнул и протянул руку к земле. Лепесток плавно опустился и закрутился, погружаясь в землю.
— Айша, я очень люблю тебя и нашего будущего ребёнка. Прошу…
— Всё, что хочешь, любимый…
— Прошу вырасти из нашего ребёнка настоящего воина.
— Да, конечно, Сайнар, но ты сам сможешь вырастить его, — я стала подниматься, и неожиданно почувствовала слабость.
— Капитан, помогите! — послышался крик лекаря. — Держите княжну! Снадобье наконец подействовало.
Глава 9
Мне приснился сон. Мой генерал, здоровый и счастливый, подбрасывал нашего сына. Карапуз весело хохотал, а я гладила рукой выступающий животик. В этот раз я точно знала, что это будет девочка.
— Айша, — Сайнар подошёл ко мне, держа на руках черноволосого мальчика, так сильно похожего на папу, — род Табай это род воинов и защитников, все дети должны быть сильными.
— Да, любимый, — я обняла его за шею и почувствовала, что моё счастье так велико, что не помещается внутри. Оно расходится в стороны и заполняет собой весь мир. — Пусть будут сильными и счастливыми…
Я проснулась и заполошно огляделась, только во тьме ничего не смогла разглядеть. Где мой Сайнар? Что с ним? Как этот лекарь посмел опаивать меня успокоительным без моего согласия? А что если случилось страшное?
— Тш-ш, — крепкая рука по-хозяйски обняла меня. — Айша, ты чего?
— Сайнар! — моя тревога схлынула, уступая место радости и восторгу. — Сайнар! — как ненормальная, я принялась выцеловывать его лицо и ощупывать его плечи, шею, спину, руки. — Живой! Мой родной! Любимый! Как я ждала тебя! Сайнар, как же я соскучилась!
Он тихо смеялся, не сопротивляясь и не пытаясь спастись от меня. Я разглядывала его лицо в полутьме. Не знаю, избавили ли лекари его от шрамов, но для меня он навсегда будет самым красивым, самым лучшим, единственным.
Чуть ли не с поднятыми руками он дождался, когда закончится моя проверка его целости и сохранности, а после крепко обнял и поцеловал.
— Я люблю тебя, Айша.
И так это было сказано, будто и не слова это вовсе.
Всего лишь три слова, а мне показалось, что он произнёс тысячу или даже намного больше. Здесь и признание в любви, и тоска о том, как сильно он скучал в разлуке, и обещание счастья, и решимость защищать до последнего вдоха. Я смотрела на него и понимала, что всё это правда.
— Какое счастье, что ты есть. Я люблю тебя, Сайнар.
В полутьме блеснула его широкая и довольная улыбка:
— Теперь моя очередь.
— Что, я не поняла.
— Ты проверила меня, теперь я.
— Что…
Моя фраза оборвалась, когда я почувствовал его губы на своей шее, а после ниже, на груди. Я засмеялась, когда поняла, что он повторяет за мной. Только я обследовала его тело руками, а он моё — губами. Кажется, он захотел вернуть мне всю нежность, которой я была лишена эти три месяца.
Мой любимый, моё счастье! Спасибо, небеса, что вернули его!..
Орки показались на горизонте через пять дней. К этому времени все четыре лепестка уже были установлены на границах княжества.
Огромное войско разбило лагерь. Устраивались основательно: поставили палатки, разожгли костры, у которых тут же засуетились женщины.
— Проголодались что ли? — чуть ли не сплюнул капитан Багел.
Мы с Сайнаром, военачальником и капитаном расположились на смотровой площадке дозорной башни. Рядом, бренча склянками, стоял мой лекарь Кижан. После того случая, как он опоил меня, я решила держаться от него подальше и непременно, когда всё закончится, отослать его обратно во дворец, к отцу.
Застучали барабаны. Одетые кто во что горазд, зеленокожие здоровяки размахивали секирами и весело гоготали, с предвкушением посматривая на город. Несколько особенно ярко одетых орков почётно восседали на походных креслах, украшенных пёстрыми лентами.
— Это главы орочьих кланов, — напряжённо произнёс Сайнар. Он скрипнул зубами, когда под ноги оркам бросили несколько девушек, закованных в цепи.
— Даже стрелы не долетят! — досадливо произнёс военачальник.
Он говорил что-то ещё, но я не слышала, потому что Сайнар отвёл меня в край площадки, неожиданно вжал в плечо и крепко обнял. Я покосилась в сторону поля, и поняла, что меня ограждают от чего-то страшного, поэтому просто стояла и слушала, как стучит его сердце. В голове возникали возможные картинки того, что сейчас там могло происходить, но я понимала, что никто и ничего не может сделать. Это грустно и печально, но реальность бывает жестокой. Именно в этот момент почувствовала, как меня ударил мой малыш.