Кажется, ради этого стоит рискнуть.
Всю дорогу молчим. Я не рискую завязать разговор и признаться в том, что помог ее мужу сходить налево. Чем ближе мы подъезжаем к тому дому, тем больше разрастается внутри паника. Зато совесть довольна. Блаженно щурится и молчит, зараза, впервые за сегодняшний день.
Любишь кататься, люби и саночки возить, как говорится. Косякнул Рогов - расхлебывай. Никто тебя не толкал в этот странный бизнес. Сам подписался, денег захотелось.
– Ты хорошо подумала? – наконец спрашиваю я, когда до места “изоляции” остается всего ничего, каких-то пару-тройку кварталов.
– Педальку дави, и не действуй мне на нервы, – отвечает Вика, теребя пальцами ремешок сумочки.
– Правда тебе может не понравится, – я вновь предпринимаю попытку предупредить ее о том, что предстоит увидеть.
– Рогов, не беси! – поворачивается ко мне. – Долго еще?
Качаю головой и сворачиваю в арку, которая соединяет двор и проезжую часть.
– Приехали, – глушу мотор и поворачиваюсь всем корпусом к девушке.
– Это не похоже на медицинское учреждение, – протягивает она, окидывая взглядом дворик. – Скорее на…
– Жилой дом. В котором… – начинаю я, но осекаюсь.
Дверь ближайшего подъезда открывается и оттуда выходит Стас. Не один. В обнимку с молоденькой, по виду вообще студенточкой, девушкой. Держит ее за руку, в какой-то момент притягивая для поцелуя…
❄Глава 6. Вика❄
Этот день длится бесконечно долго. Так долго, что мне кажется, будто бы земной шар перестал крутиться вокруг своей оси и замер в одной точке. В точке безысходности, в которой я брожу мыслями по кругу и не могу найти в большом городе собственного мужа.
Его сотовый отключен, и мой мозг взрывается от тысяч предположений, среди которых есть вполне себе бытовые – о том, что я забыла положить ему в сумку зарядное устройство, и совсем странные – о том, что его похитили инопланетяне для опытов.
Последнее, кстати, было бы предпочтительнее…
Подбивая баланс, выслушивая привычные причитания Валентины Ивановны о своей нерасторопности, я медленно перебираю все дни, которые провела вместе со Стасом. Счастливые и не очень воспоминания нанизываются, как бусины на нитку, на мое раздражение, и я вдруг отчетливо понимаю, что совсем, СОВСЕМ не довольна жизнью с ним.
Вообще не довольна своей жизнью – кажется, будто бы это совсем не я, а кто-то другой носит такое же имя, такую же фамилию, как и я, но мной совсем не является.
Я отрастила волосы – так, как нравилось Стасу. Села на диету, от которой начала чувствовать себя несчастной. Долгими вечерами оставалась дома одна, чтобы дождаться его из очередной командировки или с работы, где он очень полюбил задерживаться после свадьбы. Устроилась на приличную, по его мнению, работу, откинув в сторону свои желания и стремления.
И только сейчас, в тот день, когда я искала его по всему городу и не могла найти, я поняла вдруг, что больше так жить не хочу и не могу. Потому что от меня – той самой Вики, которая любила погулять с подружками, хлопнуть петардой, натянуть на статую Ленина колпак деда Мороза – ничего не осталось. Я стала скучной и серой версией самой себя, и все это только для того, чтобы угодить человеку, мужчине, которого вижу все реже и реже, несмотря на то, что наши пальцы обрамляют совершенно одинаковые кольца!
— Красильникова! — раздалось кваканье рядом.
— Ой, — удерживаюсь пальцами за стул, понимая, что еще немного, и могу брякнуться с него от неожиданности. — Ква! То есть – да!
— Вот адрес, где припаркована машина с номером, который ты мне дала утром, — Валентина Ивановна кладет передо мной бумажку, на которой написана улица и дом в центре города. — Стой, стой! — видя, что я буквально вскакиваю с места, она удерживает меня за рукав. — Шубу-то хоть возьми, на улице не май – месяц.
Через мгновение выхожу на улицу и тщетно пытаюсь вызвать такси. Кажется, что сегодня телефонная связь решила объявить мне войну, другого варианта я просто не могу придумать! Все отказывается работать!
Выключаю сотовый телефон, решая добраться до места на автобусе, и вдруг замираю, потому что прямо на меня в упор смотрят холодные, ненавистные, горячие, жгучие и притягательные глаза чёртова Рогова.
Шиплю сквозь зубы, как кошка, которой наступили на хвост, удивляясь чувству юмора вселенского мироздания – ведь только вчера я вспоминала этого наглеца, влюбленного в себя также сильно, как маленькие собачки – в благоухающие сладости.