— Ты издеваешься? — Влад грубо сгреб беса под локоть, заставляя встать и прервать ворожбу, — ты не мог наложить печать?
— Не успел, — всё также сухо ответил разноглазый, вырывая руку из стальной хватки, — она не могла уйти далеко, вокруг щит, она слаба, — в разноцветных глазах тлели угольки, — а теперь не против, если я продолжу спасать жизнь нашему другу? Или прикажешь бросить его подыхать?
Не обращая внимания на испепеляющий его взгляд, Локид снова опустился на корточки, продолжая чертить руны. Влад их узнал — Ноэ запечатывал остатки Сил в теле Нолана, давая ему шанс на восстановление.
Сандра робко встала между двумя мужчинами, словно живой щит, защищающий их от гнева друг друга.
— Ноэ, пожалуйста, скажи, что с ним всё будет в порядке, — тихо спросила ведьма, озвучивая общую мысль, бес покачал головой.
— Честно говоря, я вообще не знаю, как он смог выдержать такой поток, — Локид сжал губы, завершая последние руны.
— Это же наш лев, в нём стойкости побольше, чем в нас троих вместе взятых, — разноцветные глаза отчего-то сверкнули недобрым огнём в ответ на реплику Дракулы, но тот смолчал.
Почему он злится на него? Сандра переводила непонимающих взгляд с пылающего гневом беса на непроницаемо-спокойного вампира.
— Влад, надо перенести Лайю и Лео в спальни и заняться ранеными, сейчас мы им нужнее, — ведьма попыталась отвлечь Дракулу от выжигания дыры в затылке Ноэ.
— Так мы и сделаем, а ты, — палец грубо ткнулся в плечо беса, — найди Елизавету и приведи в Северную Башню, — пролязгал Влад и развернулся на пятках, не дожидаясь ответа.
— Ноэ, — ведьма сделала неловкий шаг к Локиду, всё еще сидящему на корточках, но тот резко встал, не давая ей себя коснуться.
— Займись рыжиком, — бросил он, не глядя на неё, и тут же исчез в очередном портале.
Сандра до боли закусила губу, оставаясь одна рядом с недвижимым телом Нолана. Девушка ласково потрепала рыжие кудри, стёрла запёкшуюся кровь у края губ.
— Возвращайся, Симба, обязательно возвращайся.
Чёрный Замок впервые за несколько десятилетий закипел работой, казалось, люди были повсюду — в каждой комнате, в каждом закутке лежали раненные, сновали туда-сюда лекари. Сандра буквально валилась ото сна и усталости, но не щадя себя, помогала каждому пострадавшему Тетрийцу, не забывая постоянно проверять состояние друзей.
Влад же взял на себя обязанность координатора, пытаясь привести в порядок весь тот хаос, что творился на территории Замка.
— Мистер Басараб, — подошел к нему очередной Тетриец, кажется, Роберт, — что делать с трупами?
Всего на долю секунды Влад опешил, но тут же подобрался.
— Всех сжечь, — ответил он бесцветным голосом, — проследите, чтобы ни одной твари не осталось, — Роберт кивнул и уже собирался отвернуться, но Влад его остановил, — на Западной стороне, есть одно тело, — Дракула замялся, нельзя было допустить, чтобы Стефано сожгли вместе с этой нечистью.
— Варкулак? Стефано? — Роберт понимающе посмотрел на вампира, — я видел его, он сражался, как настоящий герой, мистер Басараб. Ваш друг спас многих из нас этой ночью, нам принести его в Замок?
— Да, — в горле неприятно запершило, — я сам всё сделаю. — Дракула поспешил отвернуться, делая вид, что высматривает что-то, воспитанный Роб не стал навязывать своё присутствие и бесшумно удалился.
Влад опустился в кресло, всего на миг закрывая глаза, устало провел ладонью по волосам. Сейчас нельзя было расслабляться, нельзя было думать, Дракула выиграл не одну битву и из каждой вынес простой урок — война, это время действовать, размышлять можно после. А подумать было над чем.
Дверь его кабинета резко распахнулась, впуская беса, не утруждавшего себя стуком. На лице Локида играло неопределенное выражение — не то радости, не то высочайшего презрения.
— Я нашел её, она в башне, — сухо доложил он.
Влад рывком встал со своего места, направляясь к двери, Локид проследовал за ним.
Путь в Северную Башню не занял много времени, оба мужчины спешили, оба не выносили этого кричащего молчания между собой. Злость Локида была почти осязаема, пока Влад, казалось, покрывался всё более толстой коркой льда. Два лучших друга, две противоположности летели по бесчисленным каменным ступеням вверх, в самую высокую точку Замка.
Отворив массивную дверь, мужчины вошли в небольшое помещение, освещенное лишь парой свечей, да светом Луны из окошка-бойницы. Чёрный камень, сырость и темнота — лучшее последнее пристанище для вампира.
Елизавета стояла к ним спиной, обхватив себя тонкими руками, длинные волосы рассыпались по спине спутанными лентами. Сейчас её можно было принять за обыкновенную женщину, уставшую, отчаявшуюся.
Услышав, как они вошли, вампирша медленно обернулась, являя им наглядное свидетельство отличия обращенных вампиров от перерожденных — едва успевшие затянуться раны и ожоги растянулись от шеи к ключицам, уродуя грудь и белоснежные руки. Батори криво улыбнулась, ловя на себе взгляды мужчин.
— Считай, Лайя мне отомстила, — женщина развела руками в стороны, гордо выпрямившись, без стеснения демонстрируя безобразные отметины, — Светлая кровь оказалась несовместима со мной.
— Косметолога посоветовать? — съехидничал Ноэ.
— Благодарю, думаю, он мне не понадобится, — вампирша неотрывно смотрела в глаза Дракуле, будто здесь были только они.
— Она ведь выжила, Влад? — Горький смешок, ни грамма страха или раскаянья.
— Да, но не известно вернётся ли, — честно ответил Дракула, не сводя кроваво-красных глаз с её лица.
— Вернётся, — вампирша отвернулась, болезненно улыбнувшись, — здесь ты. Елизавета манерно стёрла струйку чёрной крови, засочившейся по виску, глядя куда-то мимо друзей.
— Если ты думаешь, что это даст тебе право на амнистию, — прорычал рядом Локид, но женщина его перебила новым смешком.
— Я так не думаю, — уверенный, твердый взгляд.
Влад знал, что она так скажет, он видел — Елизавета готова умереть, она уже мертва.
— Ты или я? — Бес кивнул на меч, свисающий с бедра друга, Дракула помедлил, изучая лицо напротив.
— Выйди, Локид, — вдруг пробасил он, не глядя на друга.
— Чего?! — Разноглазый непонимающе уставился на Дракулу.
— Я сказал, выйди и оставь нас одних, — не просьба, приказ.
Локид скрежетнул зубами, гневно взирая на обоих вампиров, и поспешил удалиться, сопроводив исчезновение оглушительным хлопком исчезающего портала.
***
Где-то в пустоте Междумирья.
Глаза резал слишком яркий свет, такой, будто в ясный июльский день слишком долго смотришь на солнце. Девушка поспешила прикрыть глаза рукой, с трудом разлепляя веки, сознание начало потихоньку возвращаться, задаваясь вопросом: почему ничего не болит?
Поднявшись на ноги, Бёрнелл поспешно ощупала шею, где ожидаемо коснулась бы огромной рваной раны, но её не было — только гладкая, тёплая кожа. Глаза начали привыкать к свету и девушка осмотрела себя — тот же кашемировый свитер, та же юбка до середины бёдер, только теперь пропитанные насквозь уже высохшей кровью. Реставратор прислушалась к ощущениям — боли не было, наоборот, во всём теле ощущалась какая-то небывалая лёгкость и Сила. Вдруг ужасно захотелось попробовать её, ощутить, как та протекает сквозь тело, наполняя изнутри. Бёрнелл прикрыла глаза, вспоминая ощущения, как когда могла вызвать пламя, и повторила их — тело тут же отозвалось приятной дрожью. Открыв глаза, девушка обнаружила серебристый свет вокруг своих ладоней, он мерцал и переливался всеми цветами радуги, стоило той только пошевелить пальцами.
— Захватывающее зрелище, не так ли? — послышалось где-то сбоку и реставратор развернулась, встречаясь глазами с собеседником.
— Юстин! — Лайя бросилась к нему, заключая в крепкие объятия, от чего мужчина слегка опешил.
— Рад Вас видеть, мисс Бёрнелл, — Райт улыбнулся, мягко отстраняясь и осматривая ту с ног до головы, — я же говорил, Вы — необычайная девушка! Глядите, Вы не только не погибли от рук Батори, но и приобрели новую Силу, — щеки Бёрнелл налились розовым.