— Ты же знаешь, я люблю тебя, — зашептали губы в его плечо.
— Знаю, и я люблю тебя, Лайя, — девушка подняла взгляд, смотря в такое родное лицо друга. Друга, которого любила всегда, с самого детства, кого привыкла видеть рядом, в ком отчаянно нуждалась.
Пальцы девушки прошлись по кудрявым волосам, погладили щёку, замерли у края губ. Бёрнелл поднялась, не отрывая взгляда от глаз Нолана, мягкие губы раскрылись, запечатляя лёгкий поцелуй, в самый уголок, на грани дружбы и любви. Поцелуй, такой быстрый и невинный, но прожигающий до костей, попадающий в самую душу.
— Я хотел бы ещё посидеть у воды, Ласточка, — мужчина мягко отстранился.
Бёрнелл поднялась, еще раз обернулась, глядя в спину друга, внутри что-то сломалось, оборвалось. Хотелось кричать, биться в истерике, заставлять, умолять, но она просто шагнула вперёд.
Видение растаяло вместе с одиноким мужчиной, задумчиво смотрящим на скатывающиеся по камням беспокойные потоки воды.
***
Чёрный Замок, Северная Башня.
Портал Локида схлопнулся с глухим треском, как от обиженного хлопка двери, прошелся сквозь две неживые статуи, выросшие посреди комнаты. Два вампира, два искренне ненавидящих друг друга существа, две искалеченные души стояли друг напротив друга, испепеляя взглядом, но не решаясь сделать последний ход.
— Ты помнишь, Влад, когда-то я предлагала тебе быть союзниками? — Батори притянула стул, устало опускаясь на него. — А теперь мы оба хотим убить друг друга.
— С той лишь разницей, что сделать это могу только я, — Дракула отзеркалил её движение, усаживаясь напротив.
— Упиваешься своей властью? — простой вопрос, без упрёка.
— Хочу ли я убить ту, которая на моих глазах разодрала горло моей невесте? — риторический вопрос, Елизавета понимающе кивнула.
— А ведь я хотела быть с тобой, Влад, — голос стал мягче, больше напоминая человеческий, в изумрудных глазах промелькнуло нечто едва уловимое и тут же исчезло.
— Будешь рассказывать про чистую любовь ко мне в прошлом?
— Не веришь мне? — алые губы искривились в подобии усмешки. — Я восхищалась тобой, единственным из всех правителей, королей и князьков, что знала. Влад III Дракула, великий потомок знатного рода! О тебе говорила вся Европа, тебя боялись даже турки, я уважала тебя, Влад. Видела, что ты сделал для своей страны, как из кучки обнищавших деревень, где царили голод и разбой, она вдруг стала единым княжеством, где правил суровый, но справедливый Господарь.
Влад молча смотрел на вампиршу, верил ли он ей? Это уже не имело никакого значения, и он просто ждал.
— Мне только одно непонятно, Дракула, — женщина грустно улыбнулась, снова подняв свой горящий взор на него, — отчего ты должен жить, а я умереть? Разве мы с тобой не похожи? Оба готовы на любые жертвы, чтобы вернуть своё.
— Похожи, Эржебет, — вампирша недовольно поморщилась от звука старого имени, — но скажи мне одну вещь, если я отпущу тебя, ты откажешься от мести, оставишь нас в покое?
Смысла лгать не было, порой, твой враг знает тебя лучше самого близкого друга. Елизавета покачала головой, Влад поднялся, обнажая меч.
— В этом и вся суть, — Дракула приблизился к ней почти вплотную, касаясь холодным клинком кожи на груди, но женщина не шелохнулась.
— Спасибо, — прошептала Батори прежде чем обжигающая сталь пронзила сердце насквозь.
За дверью послышался сдавленный вздох — всё это время там, никем не замеченная, стояла недавно очнувшаяся от забытья Лайя. С каждой секундой она понимала, что не должна слышать этих слов, приказывала самой себе «уходи», но каждая фраза была как гвоздь, вбиваемый в ступни, мешая сдвинуться с места или хотя бы вздохнуть.
Дракула повернулся на звук, распахивая дверь, но его встретил только поток холодного воздуха да нотки девичьих духов.
— Сука! — злясь на самого себя и ситуацию в целом, выругался вампир.
За несколько мгновений он оказался внизу, собираясь подняться в спальню и найти Лайю, но его окликнули сзади — Генри. Мужчина хотел справиться о состоянии Нолана, но вампир не сказал ничего нового и Тетриец понурил голову.
— Ты не удивляйся, Генри, — послышалось сбоку и оба мужчины обернулись, — нашему Тёмному Князю нынче не до друзей, он ими разбрасывается, как фантиками на ярмарке.
Локид медленно вышагивал к ним, поигрывая стаканом с виски в руке, на лице — надменное выражение, напополам с презрением, Дракула кивнул Генри, чтобы тот оставил их вдвоем.
— Хочешь мне что-то сказать? — ледяные глаза Влада столкнулись с двумя пылающими омутами.
— Как ты догадался, друг? — издевательски процедил бес, отбрасывая стакан в стену, вампир лишь слегка приподнял бровь, глядя на рассыпавшиеся осколки.
— Чувствую, разговор будет искрить разумными доводами, — Дракула остался стоять на прежнем месте, пока Ноэ нарезал круги вокруг.
— Ты мне тут про разум еще поговори! — Распалялся бес, — может, напомнить тебе, что я изначально был против того, чтобы ты оставлял Замок? Может напомнить о последствиях твоего «разумного решения»?! — Ноэ выплевывал слова в лицо друга, не скупясь ни на жесты, ни на эмоции, а Влад всё стоял, как каменное изваяние, отражая каждый выпад.
За годы, плена, воин заточения, бесконечной череды предательств, смертей и прочих прелестей бессмертного существования, Дракула научился контролировать себя, умел одерживать верх над собственными эмоциями. Но даже самоконтролю Высшего вампира есть предел и бес неумолимо к нему приближался, упорно не замечая ни раздувшихся ноздрей, не играющих желваков на жестком лице.
— Или рассказать тебе, как мы с Лео и Стефано отбивались от этих тварей, пока ты реализовывал свой гениальный план? — тычок в грудь, пылающий взгляд, — рассказать, как Стеф погиб прямо перед моими глазами, спасая меня?!
Вот она, точка невозврата. Эффект от произнесения имени погибшего товарища был подобен взрыву динамита в закрытом помещении. Лёд треснул, являя наружу всё то, что тщательно сдерживал под своей броней. Фатальная ошибка.
Дракула взревел, хватая друга за грудки и впечатывая спиной в стену с такой силой, что камень пошёл трещинами.
— Хочешь припомнить мне мои ошибки, друг? — под серой кожей расползлись чёрные дорожки вен, а глаза налились алым, любой смертный бы застыл в ужасе от подобной картины, но Локид, казалось, не замечал, кто стоит перед ним.
— Я просил тебя не спускать с неё глаз! — новый замах руками, готовясь оставить новый след в форме тела беса на каменной кладке, но Локид успел среагировать, отбросив руки Дракулы заклятьем.
— Ты не понимаешь, что здесь творилось! — заорал Ноэ, набрасываясь на вампира, но у него не было ни малейшего шанса — скорость всегда была на стороне Влада.
Аккуратный пуфик от удара заклинания обиженно разлетелся поролоном и щепками, наполняя воздух запахом жжённой ткани.
— Не понимаю, что нас предала эта девка Мириам, которую, ты к слову и нанял?! — когтистый палец уперся в грудь беса в оскорбительном жесте, на лице и предплечьях Локида снова проступили руны — он готовился к атаке.
Кто знает, сколько невинной мебели полегло бы, пока бес и вампир тщетно попытались выяснить, кто из двоих неправее, но в многострадальной гостиной появились Лайя и Сандра.
Не сговариваясь, каждая послала магическую волну в своего мужчину, отбрасывая тех друг от друга на добрый десяток метров и вырастая между ними.
— Какого, мать его, лешего тут происходит? — Бёрнелл буквально светилась изнутри, извергая потоки новой Силы наружу, Влад невольно приоткрыл рот, залюбовавшись грозной колдуньей.
— А это у нас новая традиция вечера, — саркастично протянула Сандра, осуждающе глядя на мужчин, — кулачные бои и битьё посуды.
— Да помолчи ты, ведьма, — встрял Локид, но стушевался под двойным напором Бёрнелл вкупе с Дракулой, и виновато посмотрел на Сандру — та лишь дёрнула носиком.
Вампир и бес поднялись, отряхивая одежду, но по-прежнему не глядя друг на друга.
— Вы посмотреть пришли или по делу? — осведомился Влад, приближаясь к Бёрнелл, — рад, что ты пришла в себя, любовь моя, — прошептал у самого уха, но девушка не ответила.