Кивнув своим спутникам, Елизавета прошла внутрь, отдавая Ченуи свою накидку, но оставив платок, прикрывающий грудь и плечи. С нескрываемой брезгливостью Младшая повесила накидку в самый дальний угол и зашагала вглубь просторного помещения, продвигаясь к широкой мраморной лестнице.
— Слышала, нападение на Дракулу не увенчалось успехом, — говоря Ченуи даже не поворачивала головы, всё также продолжая вышагивать вдоль коридора, слегка покачивая узкими бедрами.
— От взора Высших ничего не укроется, — бесцветно ответила Батори.
— Баал Демон был убит, — продолжила Младшая, — в Нави готовится восстание, низшая нечисть хочет Князя на трон.
Батори слегка запнулась, мысль о том, что смерть Баала сможет повлечь за собой подобные последствия, ей пока не приходила в голову. Хотя толоки об этом ходили с самого появления Влада в Тёмном Мире.
— Авторитет Высших падает, Эрджи, — женщина поморщилась от подобного сокращения собственного имени, — надеюсь, ты пришла с добрыми вестями к Хозяину.
На этот раз Ченуи соизволила повернуть свою маленькую головку к вампирше, ослепительно сверкнув зубками в её сторону. Девушки остановились у входа в купальни, Младшая церемонно поправила платье, прежде чем потянуть за ручку.
Изнутри купели доносился звонкий женский смех, отражаясь от мраморного купола и возвращаясь вниз, смешивался с журчанием воды, пущенной из сотен серебряных краников. Купальне Высшего мог бы позавидовать даже Османской Султан, славившийся любовью к подобного рода развлечениям.
Елизавета сделала круг головой: восточная мозаика по стенам, хаммамы и термы по обе стороны необъятной купели, всё это неизбежно возвращало её в воспоминания о прошлой жизни. Жизни, где она была окружена дорогими тканями и украшениями, где никто не смел поднять головы в её присутствии. Жизни, где она была центром Вселенной своего мужчины, как того и заслуживала. Батори с усилием подавила нарастающий внутри огонь ненависти и перевела взгляд вперёд.
Натаниэль, Истинно Высший Вампир, был полностью поглощён грациозными движениями красоток, с трёх сторон окруживших его и ведущих свою развратную игру ловкими пальцами под водой. Пройдя вглубь купели, Ченуи легко избавилась от шелковой ткани, и, полностью обнажившись, вошла в воду, оставляя Батори в одиночестве у самого бортика просторного бассейна.
— Мой Господин, — вампирша едва склонила голову в поклоне, привлекая к себе внимание Высшего.
— Здравствуй, Эрджи, — не отрываясь от игр с водной нимфой, поприветствовал её мужчина, — с чем пожаловала на этот раз?
Елизавета стиснула челюсти, наблюдая за сценой перед собой, но быстро подобралась и ответила.
— Боюсь, этот разговор не для чужих ушей, — бесцеремонно брошенные слова Батори мгновенно прервали водные забавы. Нимфы резко развернулись к вампирше, шипя и оголяя ряды заостренных зубов.
На этот раз Натаниэль удостоил вампиршу почти безразличным взглядом. Сбросив с себя руки девушек, мужчина в несколько молниеносных гребков оказался у края бассейна, сложив руки на бортике и подперев ими голову. Губы искривились, Высший осмотрел Батори с ног до головы своими неестественно яркими глазами, где не отражалось ничего кроме блеска воды.
— Присоединишься к нам? — дьявольская улыбка, такой было почти невозможно противостоять.
Натан умело воздействовал на эмоции собеседников, легко ловя тончайшие изменения в настроении и подстраивая их под собственные нужды. Высший любил людей, их эмоции были столь ярки и многообразны: отчаянье, смущение, гнев, обида, всё то, что так чуждо Высшим Вампирам, жалкие, но по-прежнему занятные рудименты в психике низших существ. Вампир любил их пить, их страсти, их похоть, их кровь.
Высший Вампир на то и Высший, что способен управлять более низшими представителями своего вида, и чем древнее Вампир, тем больше у него силы. Однако, к удивлению Натана, Батори не шелохнулась, противясь его зову.
— Выйдите все, — коротко бросил он через плечо, на этот раз более заинтересованно разглядывая гостью.
Не заботясь о прикрытии наготы, нимфы бодро повыскакивали из воды, оставляя мокрые следы по всему периметру. Лишь Ченуи накинула роскошное кимоно и, одарив на прощание Елизавету хлестким взглядом, вышла из купели.
— Так и с чем пришла, Эрджи? — Натаниэль грациозно откинулся назад, погружая волосы в тёплую воду.
— Мне нужна Ваша помощь, Господин, — Елизавета чинно приподняла подбородок и, дождавшись кивка вампира, продолжила, — я хочу уничтожить Дракулу и всех, кто ему помогает.
Секундная тишина, и вдруг пространство разразилось мелодичным смехом Высшего.
— Вот прям всех? — мужчина саркастически приподнял брови, — до меня в последнее время дошли слухи, якобы в Нави всё больше и больше Тёмных ждут возвращения Князя на трон.
— Для начала я хочу убить его женщину и трех друзей, что постоянно околачиваются рядом, — невозмутимо ответила вампирша.
— Я видел ведьму Стихий и Локида, сына Верховника в его свите, кто третий?
— Просто человек, ничего особенного, — пожала плечами Батори, вспомнив рыжего юношу у столба.
— Ничего особенного, говоришь? — новая усмешка, — каким-то образом, все, кто оказываются рядом с Дракулой, являются ой какими непростыми фигурами.
Высший сделал пару широких гребков, разрезая идеальную водную поверхность. Фигура Дракулы немало раздражала его ещё в прошлом, но тогда он быстро исчез со всех карт, а теперь… Теперь Князь, казалось, уверенно прокладывает себе дорожку на самую вершину Тёмного Мира, а этого допустить нельзя, никак нельзя. Уже сейчас, среди молодых вампиров ходят слухи о Великом Правителе, что должен стать во главе их клана, подвинув Истинно Высших. Нет, на это Натаниэль де Ла Мот-Фенелон пойти никак не мог, уж слишком ему нравилась его размеренная, сытая жизнь.
Высший вернулся глазами к гостье, с выражением вежливого почтения, ожидающей его решения. Ему нужно было укрепить своё положение, а способов для этого было не так много, и все они упирались в устранение Дракулы. Неужели, эта юная вампирша может быть ему хоть как-то полезна? В голове промелькнула занятная идея.
— Милая, Эрджи, — на вампирской скорости Натан покинул бассейн, молниеносно вырастая прямо перед Батори, — скажи мне, дорогая сестра, зачем я должен помогать тебе, опять?
Мокрые пальцы Высшего коснулись щеки вампирши, пара капель, упавших с его кожи, поползли по шее вниз, теряясь в ткани накидки. Натаниэль стоял перед ней полностью обнажённый, что отнюдь не смущало Батори, видевшую не одну сотню мужчин в своей спальне. Её горящие затухающим огнём глаза смотрели твёрдо, прямо в лицо Высшего.
— Потому что Вы так же, как и я, хотите смерти Дракулы, — Натаниэль тихонько цокнул, мотнув головой.
— Когда-то ты говорила мне тоже самое, и я дал тебе свою кровь, Эрджи. Никто до тебя не получал для обращения кровь Истинно Высшего существа, — пальцы мужчины зацепились за край ткани, скрывающей плечи Елизаветы, — ты много лет ждала возрождения Дракулы, копила силы, и что в итоге? Едва не погибла сама, в то время, как вся его шайка цела и невредима, и, кстати, вышла на контакт с Мойрой, чтобы найти тебя.
Глаза Елизаветы слегка увеличились и она громко сглотнула.
— Так, скажи, зачем мне тебе помогать? — край ткани слегка отогнулся под прикосновениями вампира.
— Я покажу Вам, Господин, — отчеканила Елизавета.
Батори сделала широкой шаг назад, хватаясь слегка подрагивающей рукой за конец накидки и резко срывая с себя ткань. Теперь вампирша стояла перед ним неприкрытая, с зияющими, отвратительного вида ранами наружу. Натаниэль отшатнулся, брезгливо поморщившись, но Батори даже не повела бровью.
— Дракула всадил меч Архангелов прямо мне в сердце, — тонкие пальцы вампирши грубо впились в край раны, игнорируя едва терпимую боль, — думал, что убил, но я осталась жива. Знаете, почему?
Жёлтые глаза Елизаветы смотрели прямо на Высшего, потрясенного уставившегося на собственную грудь, где только что стрельнуло болью, ровно в том же месте, где разрывали рану пальцы Батори. Впервые за десятки веков вампир ощутил это почти забытое чувство — боль.