Выбрать главу

– Ты имеешь в виду, что их нужно поймать на живца?

– Именно.

– А что с Кратчли? – спросил Эддоус. – Если Нед участвовал в кражах, то он обычный преступник и должен сесть в тюрьму.

Услышав этот вопрос, Тесс напряглась и обратила на Иана умоляющий взгляд.

– Ты же видел Неда. У него явные проблемы с психикой. Даже если он и помогал Бэнксу, его нельзя рассматривать как обычного злоумышленника.

Наблюдая за Тесс, Иан почувствовал, как его сердце сжалось. Трудно было оставаться циничным, видя ее неподдельную заботу, поэтому он решил помочь ей защитить раненого ветерана.

– Да, я согласен.

– И даже если он виновен, мы не можем просто так вышвырнуть Неда из замка. Ты слышал, как он сказал, что Бэнкс может убить его за то, что он проговорился нам.

– Он может оставаться в Фалуэлле еще несколько дней, пока мы разрабатываем план.

– Спасибо, – воодушевленно поблагодарила она.

Его обещание, похоже, достаточно обнадежило Тесс, так что немного позже она даже смогла поужинать, хотя большую часть времени просто играла с едой. В течение вечера Тесс два раза настаивала на том, чтобы проверить Неда. Лишь убедившись, что он спокойно спит, она смогла пойти с Ианом в его спальню.

Но когда она готовилась ко сну, все ее мысли были заняты одним ветераном.

– Что будет с Недом, если он и правда участвовал во всех этих преступлениях?

– Его арестуют, и ему придется предстать перед местным мировым судьей. Если его привлекут к ответственности, то запустят судебный процесс.

– Должно же быть что-то, что мы можем сделать для него. Судебного процесса можно ждать неделями, а то и месяцами, и все это время он будет в тюремной камере. Он болен, Иан, и ему требуется надлежащая медицинская помощь. Я не позволю ему так страдать, и я не дам, чтобы его посадили в тюрьму, где он легко может умереть.

Иан распознал в этом голосе присущее ей упрямство.

– Ты ведь понимаешь, что не можешь спасти каждую бедную душу, которая попадается на твоем пути.

– Возможно, но я могу хотя бы попробовать. И ты тоже.

Она бросила на него испытующий взгляд.

– Я знаю, что ты поступишь справедливо и поможешь Неду. Ты очень умен и найдешь способ спасти его.

Иан недовольно покачал головой, понимая, что Тесс снова применяет к нему свое искусство убеждения. Но он вовсе не собирался с ней спорить.

– Почему бы нам сначала не узнать, в какой степени он виновен, а потом уже думать о том, как его спасти?

– Я не могу ничего с собой поделать, – сказала она со вздохом. – Я очень переживаю за него.

– Я знаю, милая. Желание позаботиться обо всех у тебя в крови.

Он затушил огонь в лампе и лег в кровать рядом с ней. Понимая, что ее мысли витают вовсе не вокруг занятий любовью, Иан придвинул Тесс ближе к себе, чтобы просто обнять ее. Но она игриво подняла голову в ожидании его поцелуя.

Сладкая страсть, которую она показала ему в течение следующего часа, похоже, была основана не на благодарности, а на искреннем желании.

Они оба очень быстро уснули после этого, но Тесс проснулась еще до рассвета, а это значило, что Иану тоже нужно было вставать.

Жар у Неда спал, и он выглядел намного бодрее, чем вчера. Он съел тарелку постной овсяной каши и попросил еще порцию. Несмотря на это, его нервы были такими слабыми, что он вздрагивал от малейшего звука или движения. А еще он очень волновался при каждом упоминании о Джолли Бэнксе.

Однако в конце концов они смогли вытащить из него признание, и Нед рассказал, что он стоял на страже, пока Бэнкс и его банда все прошлое лето и осень грабили дома мирных жителей.

По крайней мере, Нед утверждал, что знает, когда Бэнкс планировал вернуться в пещеру за сундуками с украденным добром, – в воскресенье вечером, то есть через три дня, так как именно тогда таможенники были наименее бдительными.

– Джолли хотел отложить это еще на неделю, когда закончится полнолуние, но он переживал из-за герцога. – Нед окинул Иана внимательным взглядом, а затем продолжил: – И поэтому решил поторопиться.

Когда Тесс и Иан покинули комнату, чтобы Нед поспал, она дала волю своей ярости.

– Это так нечестно! – выкрикнула она, а ее глаза потемнели от гнева. – Они использовали его для своих грязных целей, а теперь его могут посадить в тюрьму или даже повесить.