Она лишь не была уверена в том, что хочет знать ответ. Ведь могло выясниться, что все это время он был ее анонимным благодетелем. Тесс даже думать не хотела о том, что находится перед ним в таком огромном долгу или же что она так сильно недооценивала его. Сделав глубокий вдох, Тесс спокойно приступила к долгожданному разговору.
– Недавно мне довелось узнать, что мистер Дэниэл Гримшоу – это твой личный адвокат.
– И что же?
– Это я к тому, что последние несколько лет он был одним из крупнейших вкладчиков в две мои важнейшие благотворительные организации.
Сначала Иан никак на это не отреагировал. Когда он все же поднял одну бровь, намекая тем самым, чтобы она продолжала, Тесс тут же заявила о своем подозрении:
– Я допускаю, что все это время эти взносы делал ты, заставляя Гримшоу действовать от твоего имени.
Молчание Иана говорило само за себя, но Тесс все же хотела окончательно убедиться в своей догадке.
– Ты отрицаешь это?
– Нет.
Она нахмурилась.
– Почему ты решил приписать все заслуги Гримшоу?
Иан не спешил отвечать, явно не желая объяснять свою причастность к этому делу.
– В то время это казалось мне мудрым решением. Если бы я использовал псевдоним, тебе сразу бы стало интересно, кем же является этот анонимный спонсор. Поэтому я попросил Гримшоу делать пожертвования, чтобы ты могла представить, кто же это такой.
– Это объясняет, как ты замаскировал свой альтруизм, но не дает ответа на вопрос, зачем ты поступал так.
Увидев непоколебимость Тесс, Иан в конце концов решил обосновать свой поступок.
– Ты настолько добросовестная, что могла бы отказаться от моих взносов, зная, откуда взялись эти деньги.
Не веря своим ушам, Тесс удивленно подняла брови.
– Ты думал, что я настолько правильная и консервативная, что отказалась бы от средств, которые могли бы накормить и одеть бедных женщин и детей, лишь потому, что я знала о твоей дурной репутации?
Иан молчал.
– Мне кажется, у тебя были на это другие причины, – спокойно сказала Тесс. – Ты не хотел, чтобы я узнала, что у тебя на самом деле есть сердце.
– Так и есть, – иронично улыбнувшись, согласился он.
– Но ты ведь оказывал не только финансовую поддержку, – добавила она. – Ты помогал и другими способами, не так ли?
– С чего ты это взяла?
– Вчера я разговаривала с Патриком Хеннесси.
Иан сжал челюсти.
– Хеннесси должен научиться держать свое слово.
– А он и сдержал. Он отказался рассказать мне то, что не должен был. Мне пришлось изрядно постараться, чтобы он признался, что именно ты скрываешься за именем своего адвоката.
От такой ее решительности губы Иана изогнулись в циничной улыбке.
– Я не удивлен, что ты все же это выяснила, Тесс. Ты всегда была слишком любопытной и смышленой.
– В этом случае я вовсе не была смышленой, – ответила Тесс. – Ты обманывал меня на протяжении нескольких лет. И я бы хотела знать почему.
– Я уже сказал тебе.
– Нет, не сказал. Не совсем. – Она подошла к нему ближе и протянула руки в бессознательной мольбе. – Почему ты всегда так оберегаешь меня, Иан? С момента нашей встречи мы всегда были больше врагами, чем друзьями, и ты четко определил свое отношение ко мне и моему безнадежному идеализму, выказав презрение и насмешку.
– Ты была обручена с моим кузеном.
Этого объяснения все еще было недостаточно, и лицо Тесс напряглось от досады.
– Но я никогда не была членом твоей семьи.
Иан прищурил глаза.
– Я уже говорил тебе, что Ричард просил меня присмотреть за тобой, если с ним что-то случится.
Тесс замялась, понимая, что он прав.
– Даже если и так, это не объясняет того, что ты жертвовал такие огромные суммы. Ста фунтов было бы вполне достаточно. Ты же вложил в мои организации тысячи.
Иан вздохнул и посмотрел в сторону, будто бы избегая ее испытующего взгляда.
– Мы уже говорили об этом, Тесс. Именно я отправил Ричарда на войну, поэтому тебя не должно удивлять, что я хоть как-то пытался загладить свою вину. В каком-то смысле все мои взносы были своего рода возмещением за то, что ты потеряла своего суженого.
– Ты лишь обеспечил ему военное звание, но ты не виноват в том, что он погиб.
– Да, моей прямой вины в этом нет, – мрачно согласился он.
– Тогда ты не должен чувствовать себя виноватым. Ричард сам хотел воевать на передовой. Ты не заставлял его это делать.