Эрик смотрел на это со стороны, но не вмешивался. Хотя пару раз я слышала, как он просит профессора уделить внимание и другим. Ну да, он же друзей к соревнованиям готовит.
Главное, что меня Эрик не трогал. Ни Эрик, ни Миранда, которуя я вообще почти не видела. А вот возросшую ненависть от других студентов ощущала. Видимо, им тоже хотелось персональных тренировок с Хельтом. Но извините, вы сами не хотели вставать со мной в пару.
В общем, к концу недели я немного морально восстановилась и даже уже успела понадеяться на нормальные выходные, вот только не бывает у меня все так просто.
— Престье? — обратилась ко мне одна из администраторов общежития, когда я в субботу возвращалась в комнату после завтрака.
— Да.
— К тебе родители приехали.
— Что⁈
— Ждут в холле первого этажа. За территорию мы тебя не выпустим, но в холле общайтесь на здоровье.
— Родители? — обратилась ко мне шедшая рядом Талиса. — Здорово! Я даже завидую, очень соскучилась по маме и бабушке…
Я посмотрела на девушку, пытаясь цензурно выразить мысль о том, что завидовать тут нечему.
С одной стороны, мне было абсолютно все равно, что обо мне подумает семья. Но с другой… В общем, я все равно забежала в спальню, проверила свой внешний вид, поправила одежду, расчесалась, и только потом отправилась вниз.
Мне не надо было видеть родственников, чтобы понять, что они приехали всей компанией. Их голоса отлично разносились эхом по всему коридору, особенно недовольные вздохи Сабрины.
— Я есть хочу, почему мы сначала не заехали в кафе?
— Мы приехали к Николь.
— Тут жутко, темно… Почему нам не разрешили встретиться с Николь в кафе?
— Потому что студентов этой академии нечасто отпускают в город, особенно первокурсников.
— Это что, тюрьма? Хотя чему я удивляюсь, я же слышала об этой академии.
К сожалению, эхо коридоров не только отлично разносила разговоры моей семьи, но и прекрасно транслировало мои шаги, поэтому появиться незамеченной мне не удалось. Стоило только выйти из-за поворота, как взгляды всех четверых родственников устремились в мою сторону.
— Николь, доченька, как я соскучилась! — начала первой мама, и, кажется, даже слезу пустила. Она как и всегда выглядела шикарно, официально и дорого: белый брючный костюм, украшенный жемчугом, черная шляпа и элегантные перчатки.
— Николь, — в тон маме повторил отец и даже раскрыл объятия. Он для визита выбрал рабочий фрак.
— Привет, — я полностью проигнорировала попытку обняться и неловко встала рядом. — А вы как тут?
— В смысле? У тебя же был день рождения! Мы приехали тебя поздравить! — всплеснула руками мама.
— Правда оно было в прошлые выходные, но говорят, ты была наказана, — с широкой улыбкой змеи проговорила Сабрина.
— Зато сегодня мы встретились, — Алан все-таки подошёл ко мне и слегка приобнял.
— Да, к сожалению, получить два наказания на подряд даже в этой академии сложно, — буркнула я.
— Что? — сразу попыталась переспросить Сабрина.
— Ничего, — улыбнулась я.
Алан встал рядом с сестрой, и я в очередной раз отметила, как они похожи. Светло-русые почти белые волосы, зеленые глаза, мягкие черты лица. Несмотря на то, что Сабрина была на год младше брата, их можно было легко принять за двойняшек. К тому же они предпочитали одинаковый стиль в одежде: на Сабрине даже сейчас было платье с длинной струящейся юбкой и с декольте, подчеркивающем все прелести сестры. Алан же выбрал официальный костюм цвета слоновой кости. Мда, моя мама все-таки отличалась от них. Не могу представить Сабрину в брючном костюме.
— Николь, как у тебя дела? — отец подошел ко мне ближе.
— Все хорошо.
— Нашла друзей?
— Познакомилась с хорошей девочкой.
— А с мальчиком? — улыбнулся брат, но отец укоризненно на него посмотрел.
— Я приехала сюда учиться.
— А вот это правильно! — бойко проговорил родитель. — Как тебе тут? Как преподаватели? Как учеба?
— Все хорошо, справляюсь.
— А за что тебя наказали? — присоединилась к разговору мама.
— Ничего особенного. Ты же знаешь, что девочки иногда спорят. А тут и это запрещено.
— У, сестренка, ты бы тут из наказаний не вылезала, — обратился Алан к Сабрине, но та лишь недовольно сверкнула глазами в его сторону.
— А у тебя большая комната? Она такая же мрачная, как и первый этаж? — сестра в очередной раз брезгливо осмотрела обстановку.
— Комната небольшая, но уютная. И отдельная.
— А разве может быть иначе? — удивилась Сабрина.
— Нуууу, дешевые тут общие.
— Это как? — кажется, Сабрине стало плохо.
— Очень просто. Лучше расскажите, как съездили в Брейхан?
— Ой, скучно, — нарочито наигранно сказала мама, даже зевнула. — Отец постоянно работал, Алан и Сабрина все время проводили за учебой…
Я внимательно посмотрела на сестру, загар который отчетливо говорил о том, что если она и брала книгу в руки, то только на пляже.
— Тебе бы там все равно не понравилось, — снова улыбнулась Сабрина, и от ее тона у меня внутри начала подниматься буря.
— Да что мы все о нас. У нас же для тебя есть подарок! — отец постарался перевести тему и достал из сумки подарочную коробочку.
— Ой, спасибо! — неожиданно для всех закричала я и даже кинулась отцу на шею. Ну а что, только им строить из себя плохих актеров?
— Эм, пожалуйста… — удивленно протянул отец. — Но ты ведь даже пока не знаешь, что там.
— Ну как это не знаю? — я буквально выхватила коробочку из рук и принялась отдирать бантик. — Конечно тиара с камнями из Брейхана. Как я узнала, что вы туда поехали, сразу поняла, за чем. Сабрине на девятнадцать лет ты ведь подарил именно такую! И я помню, как ты тогда рассказывал, что эти камни достать очень сложно. Что ты их за полгода заказывал! А сейчас, видимо, заказать не получилось, и ты сам туда поехал! Как это мило, папа! Спасибо! Я именно о такой и мечтала.
На последней фразе я, наконец, оторвала бантик и демонстративно открыла коробку. Естественно, там была не тиара, и вообще ни что-либо с камнями из Бронкса. Там были сережки с красными рубинами. Да, они тоже дорогие, но с тиарой Сабрины не сравнятся. И я изначально знала, что там будет что-то гораздо дешевле и проще.
В воздухе повисла неловкая пауза. Точнее для родителей она была неловкая, я же просто ждала, когда они уйдут.
— Николь, я не знал, что ты хочешь тиару… — растерянно проговорил отец.
— Уже не хочу, — равнодушно ответила я и подняла на отца серьезный взгляд. — Вы же приехали меня поздравить?
— Да… — все еще растерянно проговорил отец.
— Вы это сделали. Спасибо за сережки. Думаю, вы можете ехать. Сабрина есть хочет, а чтобы успеть в нормальный ресторан, надо поторопиться. Поблизости их нет.
— Николь, ты расстроилась? — аккуратно начала мама. — Мы всей семьей выбирали эти сережки. Думали, они тебе понравятся.
— Они мне нравятся.
— По тебе видно, что нет.
— Тебе кажется.
— Николь, а ты не думаешь, что надо быть более благодарной? — недовольно пробурчала Сабрина. — Знаешь, чтобы мне ни дарили, я всегда рада. Я ценю любой подарок в первую очередь за внимание. Ты же не ценишь никогда и ничего. Мы потратили полдня только ради того, чтобы приехать к тебе. Мы выбирали подарок. Мы все делаем, а ты только нос воротишь. Как была неблагодарной, так и осталась!
— Все сказала? — обратилась я к сестре.
— Да. И, между прочим, ту тиару отец заказывал вместе с моими бабушкой и дедушкой.
— А у меня их нет. Зато у меня есть мама. Ой, или тоже нет? — я повернулась к родительнице, а та растерянно захлопала глазами.
— Николь, как ты смеешь? Тебе не стыдно? — взревел отец.
— А что я такого сказала? Мои бабушка и дедушка умерли, и Сабрина об этом вспомнила. А я вспомнила ее маму.
— Нет доказательств, что моя мама мертва! — зло ответила сестра.
— Нет. Но это не мешает тебе называть мою маму — мамой.
— Николь, перестань! — сердито проговорил отец.
— Сабрина, Николь, пожалуйста, — Алан все это время стоял молча, но сейчас не выдержал. — Николь, по тебе было изначально видно, что ты не рада нас видеть. Так что чтобы мы не подарили, или чтобы мы не сделали, ты бы все восприняла в штыки.