Агата часто-часто закивала, опасаясь, что насильник передумает. Удерживающие ее руки ослабли, Грег чуть приподнялся, и она повернулась к дивану.
Ей хватило двух секунд, чтобы выхватить осколок, а затем замахнуться и всадить его толстяку в бок. Тот отпрянул, девушка кинулась сторону.
— Вот, дрянь! — Грег осел на пол, держась за рану. — Лови, уйдет! — Его голос был хриплый и сдавленный.
Агата надеялась, что ублюдку сейчас очень и очень больно.
Тощий кинулся следом. Он был быстрее и, забежав вперед, перекрыл путь к отступлению. Осколок был в руках, но она прекрасно понимала, что без эффекта неожиданности против двух мужчин ей не справиться. Только и оставалось, что медленно отступать к стене, наблюдая за тем, как грабители приближаются к ней. Она поправила задранный топик, юбку. Вряд ли эти уроды планировали оставлять свидетелей. Девушка видела их лица, а значит, если в этом мире не умеют стирать память, то она — обречена.
Но, по крайней мере, будет драться до последнего.
— Ты пожалеешь, подстилка дракона! — Прошипел сквозь зубы Грег, морщась от боли. — Убью, тварь!
О да, ему было больно, еще как больно. Агата злорадно улыбалась. Пусть только подойдет, и она сделает все, чтобы нанести еще один удар или, если повезет, два.
За спинами нападавших раздался спокойный, чуть насмешливый голос:
— Убьешь? Хорошенько подумал?
Вильгельм был абсолютно невозмутим и смотрел на разворачивающуюся перед ним сцену с явным интересом.
Грабители бросились наверх одновременно. Тощий был быстрее, а вот Толстому не повезло сразу. Дракон настиг его в одно мгновение, двигаясь так, что практически невозможно уловить глазом. Это выглядело как метнувшаяся черная тень. Раз — вот он уже стоит рядом с Грегом. Два — молниеносный удар, слышится хруст и полный боли визг.
Агата смотрела, как толстяк орет, корчась на полу, не в силах даже ползти.
— Переломал ему позвоночник, чтобы не убежал. — Пояснил ей Хозяин в ответ на обращенный к нему взгляд. — Невежливо отпускать гостей без разговора.
Второй был пойман в коридоре. Стоило Вильгельму вновь ускориться и броситься в погоню, как Агата побежала следом.
Она успела как раз в тот момент, когда молодой парень оседал на пол, не в силах вздохнуть от болевого шока. Он открывал и закрывал рот, как выброшенная на лед рыба, и глупо хлопал глазами.
— Их было двое?
— Трое, и они что-то говорили про охранный контур. — Ответила Агата. Она неотрывно смотрела на задыхающегося грабителя. Жалости не было.
Вильгельм кивнул, очевидно, сразу понимая, о чем идет речь. Агата пошла следом. Страх отступил, но адреналин после пережитого требовал выхода. Она не могла отказать себе в удовольствии понаблюдать, как Хелвин разделается с последним из этих ублюдков.
Третий оказался ничем не приметным лысым низенькими мужчиной среднего возраста. Он стоял у открытого окна, держа в руках медальон: красный камень на длинной серебряной цепочке.
Вильгельм замер в нескольких шагах.
— Положи на место, и будешь жить.
— «Жить» из уст Дракона понятие растяжимое. — нервно выдохнул грабитель, не двигаясь с места.
— Положи камень, иначе и это весьма щедрое предложение будет скоро аннулировано.
Грабитель словно бы колебался, но Агате показалось, что в его глазах загорелось безумие. Он осторожно повертел цепочку, словно бы решая — отдавать или нет, а затем, чуть приподняв, враз надел на себя.
Хелвин витиевато выругался. Комната на мгновение озарилась вспышкой света, окутывая фигуру надевшего медальон черным дымом. Улыбаясь как сумасшедший и нервно посмеиваясь, он забрался на подоконник и, не раздумывая ни секунды, прыгнул в окно.
Вильгельм обернулся к Агате. Глаза его стали полностью черными, как во время возбуждения. Черты лица странным образом исказились. Всю его фигуру начал окутывать точно такой же черный дым, как несколько секунд назад клубился вокруг взломщика. Он что-то хотел сказать девушке, но в последний момент передумал и, неспешно подойдя к окну, выпрыгнул наружу.
Агата немного потопталась на месте. Кажется, на сегодня пора было завязывать с впечатлениями. Первоначальный запал посмотреть, как хозяин будет разделываться с теми, кто вломился в дом и попытался ее изнасиловать, куда-то прошел. Руки начали подрагивать, выдавая крайнюю степень нервного напряжения. Но ведь эти двое не просто так выпрыгнули из окна? Кругом были только камни, внизу простиралось глубокое ущелье. Ведь не могли же они хором решить самоубиться?
Осторожно проходя по комнате и мимоходом отмечая, насколько здесь все перевернуто, Агата подошла к окну.