Алика взяла её, их пальцы ненадолго встретились.
— Разница в том, — она сделала глоток, оставив на стекле след своих губ, — что мои призраки настоящие.
Огонь догорал, превращаясь в груду золы, когда они наконец разошлись. Самвел шёл к своей хижине и чувствовал, как что-то внутри него — то, что он годами замораживал деньгами и властью — начало медленно оттаивать.
А над деревней занимался новый день, алый, как след от её губ на стекле.
Глава 5. Каменные стены и хрупкие границы
Утро началось с удара гонга – деревенские мастера уже приступили к расчистке храмовых руин. Самвел, привыкший просыпаться под звуки будильника, моргнул, ослепленный лучами солнца, пробивающимися сквозь щели бамбуковых стен.
— Вставай, соня, — Алика стояла над ним, держа в руках чашку дымящегося чая с лимонным сорго. — Сегодня встречаем архитектора из Денпасара.
Он потянулся, чувствуя, как затекли мышцы после ночи на жестком полу.
— Ты хочешь сказать, что я, Самвел Кобо, буду тратить свое время на переговоры с каким-то провинциальным строителем?
— Нет, — она ухмыльнулась. — Я хочу сказать, что ты будешь мне переводчиком. Местные только на балийском говорят.
***
Архитектор оказался тощим мужчиной с седыми усами и потрескавшимися от солнца губами.
— Храм XII века, — бормотал он, обходя руины. — Камни нужно везти с горы Батур, раствор делать по старинному рецепту...
Самвел переводил, удивляясь собственному терпению. Он, привыкший диктовать условия на переговорах с министрами, теперь уговаривал старика снизить цену за работу.
— Скажи ему, что если он сделает все к сроку, я куплю его сыну билет в Дубай, — прошептал он Алике.
Она резко повернулась:
— Мы не подкупаем людей здесь.
— Это не подкуп, — усмехнулся он. — Это инвестиция в будущее.
Алика закатила глаза, но когда архитектор, услышав предложение, расплылся в улыбке, ей пришлось скрыть собственную.
***
Вечером, сидя у костра, Алика склонилась над картами храма, ее рыжие волосы выбивались из беспорядочного пучка. Самвел наблюдал, как огонь играет на ее веснушках.
— Спасибо, — неожиданно сказала она. — Я не справилась бы без тебя.
Он наклонился ближе:
— Я еще не все свои козыри показал.
Алика отодвинулась, ее взгляд стал осторожным:
— Я не собираюсь отплачивать тебе постелью, если ты об этом.
Самвел рассмеялся:
— О, поверь, я придумаю, как взять с тебя плату.
Их взгляды встретились, и между ними пробежала искра, от которой даже ночной воздух казался горячее.
***
Неделя пролетела в бешеном ритме. Камни для храма уже везли из каменоломен, местные мастера начали восстанавливать резные орнаменты. В честь этого Алика устроила ужин — простой, но наполненный смехом и музыкой.
— Ну что, филантроп, — она подняла бокал с местным вином, — теперь ты герой деревни.
Самвел не ответил. Вместо этого он резко встал, взял ее за руку и потащил к своему джипу.
— Куда?! — засмеялась она.
— Покажу, как живут настоящие герои.
Джип медленно поднимался по извилистой дороге, огибая рисовые террасы, которые под лунным светом казались серебряными ступенями, ведущими прямо к звездам. Алика сидела, свесив руку в открытое окно, ловя пальцами теплый ночной воздух.
— Ты знаешь, когда я впервые приехала сюда, — начала она неожиданно, — я думала, что бабочки здесь размером с птиц. Первую неделю вздрагивала от каждого шевеления в кустах.
Самвел усмехнулся, ловко объезжая выбоину на дороге:
— И когда перестала бояться?
— Когда поняла, что они боятся меня больше, — она повернулась к нему, и лунный свет скользнул по ее веснушкам. — Здесь все живое учит тебя осторожности. Даже цветы умеют кусаться.
Они проехали мимо ночного рынка, где торговцы сворачивали свои палатки. Запах жареного сате смешивался с ароматом цветущего плюмерии.
— А почему до сих пор одна? — неожиданно спросил Самвел. — В деревне наверняка были желающие.
Алика замерла на секунду, потом тихо ответила:
— Был один. Местный дайвер. Он... не вернулся с погружения два года назад.
Тишина в машине стала густой, как тропическая ночь. Самвел почувствовал, как что-то сжалось у него внутри.
— Прости, я не знал...
— Ничего, — она махнула рукой, но в ее голосе дрогнуло что-то неуловимое. — Жизнь здесь учит отпускать. Океан, вулканы, муссоны — все напоминает, что мы всего лишь гости.
Самвел неожиданно свернул на обочину и выключил двигатель. Повернулся к ней: