Я думаю. Допустим.
— А что за Рози? — спрашиваю я. — Какая-то моя реинкарнация?
Я настолько пытаются вникнуть в его рассказ, что уже безоговорочно верю Алексу, даже не замечая этого.
— Да. Юбилейная — сотая. Помню эту веселую малышку Рози. — Алекс переводит взгляд вниз и мечтательно улыбается, словно эти воспоминания очень дороги ему. — Как-то раз я даже играл с ней, но, естественно, она об этом никогда не помнила.
— И как она… Или же я… Как Рози умерла? — Почему-то именно этот вопрос комом застревает у меня в горле.
— Ее убила родная мать. Девочка-альбинос… В те времена, да еще и в Салеме — это был скандал. Ее мать не выдержала напора и просто утопила в реке. Всем сказала, что девочка убежала сама. Это было ужасно. Но таков был твой опыт — твоя судьба... Сколько бы ни старался, но я не имел права ее спасти. — Алекс хмурит брови, словно от резкой боли. Кажется, ему и вправду была дорога эта Рози. Или была дорога я?..
— И к чему ты это говоришь? — спрашиваю я, привыкнув к присутствию зеленоглазого брюнета и сделав глоток уже немного остывшего американо.
— К тому, что ты наверняка заметила мои расширенные зрачки, правда? — Я молчу, попивая кофе. — Так вот, спешу тебя напугать. Зрачки расширяются у хранителя, когда душе, которая под его защитой, угрожает опасность. — Алекс многозначительно кивает.
Внутри все сжимается, словно прямо сейчас сюда упадет метеорит, который сотрет меня и других людей с лица Земли — все мечты, боль, чувства и даже самые глупые идеи в голове, которые, как правило, быстро пропадают.
— И что это значит? — с дрожью в голосе спрашиваю я, осматривая кафе, словно выискивая атомную бомбу.
Алекс облизывает губы и улыбается, словно только мне страшно.
— Сзади тебя сидит серийный убийца. Не оборачивайся, — резко и монотонно говорит Алекс. — На его счету уже три девушки, одну из которых еще даже не нашли… Он убивает красивых и молодых. А ты, как на зло, подходишь. Так что это опасно, — завершает тот свою речь, многозначительно кивнув на кружку, дрожащую от моих рук. — Вкусный?
Я медленно киваю, пытаясь проглотить образовавшийся внутри ком. Кажется, сердце сейчас упадет в пятки, пока я всматриваюсь в широкие зрачки Алекса, окруженные зелеными лестными границами. Цепляюсь взглядом за них как за спасательный круг, словно так мне станет легче.
— Такое случается часто. Можешь не бояться.
— Что ты сделаешь, если со мной что-то случится? Как будешь защищать? — таким же дрожащим голосом спрашиваю я.
Он переводит взгляд в окно, словно вспоминая что-то. Наверное, у него их достаточно, раз он помнит каждое мое перерождение. Даже не верится…
— Тебе еще не время умирать, поэтому — буду защищать тебя всеми силами как человек, — как-то по-человечески и «по-простому» пожимает плечами Алекс, словно это единственный выбор. — У меня нет суперсилы или же способности останавливать время… Но у меня есть чувство долга и понимание, что ты нуждаешься в защите хранителя. Ну, и еще кое-что. — Что-то подсказывает мне, что этот мужчина не так прост. Возможно, в его шкафу намного больше скелетов, чем можно себе представить?
Я верю ему. Или хочу верить?.. По крайней мере эти зеленые глаза успокаивают, и я чувствую с ними связь — будто они более ценные, чем мне казалось.
— А если не сможешь? Бывает всякое!
— Смогу, Венера, — ухмыляется тот, и все остальные пререкания мигом пропадают, как свежая выпечка с утра на прилавке.
В один момент мужчина в черной шапке «преступника» выходит из кафе. Я будто чувствую, что это тот самый — ощущаю за ним шлейф насильника и убийцы, в носу остается неприятный запах, который перебиваю остатком американо.
Зрачки Алекса тут же сужаются, а на лице появляется удовлетворенная улыбка.
— Ну, я свое дело сделал, — говорит тот и только собирается уходить, как я кладу свою руку на его.
Ледяную ладонь. Словно глыба льда тает мод моей рукой.
— Подожди, — говорю я.
Не могу его отпустить. Мои вопросы требуют ответов. К тому же сейчас голова более ясная, чем вчера.
Тот улыбается так загадочно, словно знал, что ему не придется уходить из кафе в неизвестном направлении.