— Я ждала тебя.
Он кивает, желая выразить взаимность, но тот молчит, слушая хриплое дыхание Венеры.
— Как тебя сейчас зовут?
— Для тебя я всегда буду Алексом.
Она усмехается, и мужчина все-таки признается:
— Виктор, — корчится тот. Кажется, ему не очень нравится это имя, а старушка лишь одобрительно кивает. — Я рад, что ты прожила такую счастливую жизнь. Все-таки я не ошибся насчет Джейка.
Венера улыбается, вспоминая все эти годы, прожитые с ее мужем. Вспоминает ту вечеринку, где она впервые увидела парня, который теперь оброс седыми волосами. Она даже не ставила его всерьез, но кто мог знать, что они проживут вместе столько лет, обретут детей и много внуков? Кажется, Алекс и вправду был прав. Сейчас боль от того расставания ничтожна мала, но тогда это было целой катастрофой.
— Спасибо тебе, Алекс. Этой жизни я благодарна.
Хранитель кивает и прижимает к себе морщинистую ладонь, которая когда-то так страстно прикасалась к ее на тот момент молодому телу. Он любит ее по-прежнему — изменилось только лицо, а глаза все те же, прекрасные и любимые.
— Теперь ты все-таки поняла, в чем главная задача твоей миссии? — спрашивает Алекс, гадая, догадалась ли та.
И по ее легкой улыбке все сразу понятно.
— Любовь, — щебечет та, посмеявшись, как смеются милые бабушки. — Я поняла это еще тогда, Алекс.
— Вот как.
Старушка кивает, довольная собой и своей проницательностью.
— И кажется, пришло время прощаться, так ведь?
Алекс замолкает, медленно и уверенно кивая. Он смотри на нее — такую спокойную, будто не беспокоится о своей скорой смерти. Смотрит на нее, запоминая все изгибы и морщинки, ведь она уйдет — останется лишь душа, которая в следующей жизни станет совсем другой. А Венера Эстер одна и теперь Алекс в какой-то степени понимает Франческу, так постыдно загубившую земную душу.
Венера спокойно облокачивается о спинку стула, видимо принимая и ожидая свой уход. Конечно, Алекс не может не быть с ней в этот важный момент — они уйдут вместе, как и всегда делали это. Он проводит ее в тот путь, поможет отпустить эту прекрасную жизнь и войти в новую.
А она лишь благодарит себя за то, что попрощалась с Джеком, которого безумно любит — она поблагодарила его за все, что он сделал и за его присутствие. Конечно, со стороны это будет странно, но когда он найдет здесь ее бездыханное тело, то все поймет. Венера думает, как хорошо, что она обняла своих детей и внуков — наверняка все заметили ее странное поведение, но она уже тогда знала, что здесь ее ждет Алекс. Она чувствовала, что время уходить, как чувствовала в тот день, когда ушла от своего хранителя.
Она отпускает свой любимый Сиэтл, из которого уехала так давно. Прошло так много лет, а она все не забывает, какие прекрасные годы прожила там. Вспоминает бутик, который обрел огромную популярность после того показа — но спустя столько лет о нем уже все забыли.
Вспоминает ее любимую Эми, которая счастливо прожила с Генри ни один десяток лет — жаль только, что тот умер, не дождавшись ее. Хотя та умерла спустя месяц — кажется, диагнозом был инфаркт, но Венера знала, что та скончалась от любви. Она безумно горевала по ней, но кажется, скоро забудет ее.
Она искренне любила всех их и прощалась с ними. И почему-то это было просто.
Венера ведь задавалась этим вопросом, думая, что прощаться с жизнью намного сложней. Но ей почему-то на душе так легко, словно она умирает каждый день. Ей просто хорошо, потому что она понимает, что это все. Что смерть снова заберет ее воспоминания, облегчив уход. Поэтому не о чем волноваться.
— Что решил? Рискнешь? Или так и будешь вспоминать Венеру Эстер, которая будет уже каким-нибудь Патриком или темноволосой Ариэль?
— Но такой же прекрасной. — Он собрал ее седые волосы, которые когда-то были как золото, за ухо.
Алекс лишь смотрит вперед, ловля редкие лучи солнца, совсем не беспокоясь о своих решениях.
— Конечно. Еще тогда, — говорит он, сильнее сжимая ладонь старушки Венеры.
— И какое оно?
Но он лишь молчит, и Венера понимает, что не получит ответа. А нужен ли он, когда до конца остались считанные минуты, которые она хочет провести в тишине и в присутствии Алекса?