По крайней мере, именно Алекс сейчас тащится за мной вдоль незнакомых улиц знакомого города, держа за руку, чтобы я не упала. Именно он поддерживает меня в прямом и переносном смысле, жалея меня и мое состояние. Но я ни о чем не жалею — расслабиться в пятницу это долг чести.
— Может, все-таки на такси? — вдруг спрашивает Алекс, когда мы останавливаемся у парка, который я узнаю.
— Ты чего? Совсем чуть-чуть ведь осталось! — восклицаю я, ткнув пальцем куда-то вперед, тщетно надеясь, что в той стороне мой дом.
Алекс вздыхает, сильнее прижимает меня и ведет дальше, пока я пытаюсь рассмотреть таблицу на доме, чтобы понять, какая эта улица. Но приятный воздух заставляет расслабиться, отчего я не могу даже сфокусировать взгляд.
— Слушай, — начинаю я, почувствовав прилив сил для разговора, — а ты, вообще, пьешь?
Алекс усмехается. Снова.
— Я живу как человек. Могу пить и есть. Но мне это неинтересно, я пробовал все на свете сотни раз.
Я чуть поднимаю голову, чтобы взглянуть в глаза земному хранителю. Даже пьяная вижу, как они красиво сверкают и играют красками природы.
— И как тебе?.. Ну, жить как человек?
Мужчина задумывается, словно он несколько веков размышляет над этим. И вправду, если бы меня спросили о таком, вряд ли бы я смогла дать быстрый ответ. Жизнь человека непроста — очень непроста, чтобы рассказать про нее так просто. Но все же я в ожидании смотрю на Алекса, на его родинку и темные волосы.
— Сложный вопрос даже для хранителя… Человеческая жизнь очень интересна. Это как игра, в которой ты можешь делать все, что пожелаешь. Человеческая жизнь непредсказуема, чем манит себя еще больше. На Земле есть все — боль, счастье, удовольствие, страх. И все из этого, ты не представляешь насколько, интересно! Тут все чувствуешь, — как-то по-особому улыбается Алекс. Словно самой счастливой улыбкой на свете. — И люди тоже интересные. Все разные — абсолютно разные. Кто-то любит, ненавидит или забывает. У всех есть чувства — и они тоже разные, Венера. Это нереально — жить на Земле. Вы, земные души, не цените это, потому что для вас это обыденно. И я понимаю вас… И порой люди странные. Например, как день может быть длинным, если он всегда одинаковый? — смеется Алекс, а я подхватываю его, вспоминая, как говорила это почти каждый день в подростковом возрасте. Может, именно поэтому он запомнил эту фразу? — Люблю эту планету. Жаль, я не помню свои земные жизни.
— Что, ты не помнишь? — удивляюсь я. Хотя мне до сих пор не совсем понятно, как становятся хранителями и кто они в прошлом.
— Ну до хранителя земных душ я тоже был кем-то. Но мы должны забыть это как прошлую жизнь.
— Почему?
— Чтобы она не мешала нам сейчас. Я принял решение стать хранителем, поэтому воспоминания о земной жизни мне ни к чему. И я с этим полностью согласен, — четко говорит Алекс, словно ставит точку.
Я хочу задать вопросы, но голова сейчас взорвется, поэтому воздерживаюсь от этого потока. К тому же уверена, что впереди у нас много времени. Слишком много.
Спустя некоторое время мы уже подходим к дому. Наверное, идем как улитки, но мой разум воспринимает это как со скоростью света — особенно без руки Алекса, которая затекла, поэтому я решила пожалеть его и пойти самой. Ноги еле перебирают, но чувствую удовольствие от ночной прогулки с интересными собеседниками — сияющей луной и таким же светлым Алексом.
— Ну что ж, — протягивает хранитель, встав напротив входа. Я не могу рассмотреть его четкие черты лица — лишь улыбку. — Бьюсь об заклад, ты потеряла бумажку с номером.
Я судорожно начинаю вспоминать, где же оставила ее. Кажется, о ней не вспоминала всю неделю, поэтому даже не представляю, где она может быть. Но Алекс, похоже, об этом знает, видя мои растерянные глаза.
— Ладно, я сам тебе позвоню.
— Ты знаешь мой номер? — удивляюсь я. Алекс же, кажется, удивляется оттого, что я удивляюсь. И вправду, подобным ситуациям удивление уже давно неуместно.
Я киваю, не убирая улыбки с лица. Почему каждая пятница не может проходить таким образом?
— Слушай, а если бы не штука с памятью, я бы никогда тебя не знала? — спрашиваю я, когда Алекс уже собирается уходить.
Этот вопрос его явно озадачивает. Но он важный, потому что мысль о том, что я никогда не узнала бы этого замечательного мужчину, просто убивает. Хоть он и появился в ней совсем недавно, я уже не представляю, каково это — не мучить себя тайнами хранителя земных душ, мужчины с невероятно красивыми глазами.
Он кусает губу, смотря вверх — на Луну, словно ищет помощь, как я.