Он медленно убирает руку, внимательно смотря на мою реакцию. А я все изучаю его черты лица, которые почему-то кажутся мне знакомыми: угловатые щеки, скулы, выразительные глаза, тонкие губы и родинка над бровью… Наверное, со стороны сейчас я выгляжу нелепо.
— Вы в порядке? — вдруг произносит он, поправляя свой головной убор. Кажется, будто он улыбается, но его лицо каменное. Будто говорят одни глаза.
Меня как молнией бьет. Словно секунду назад я была в трансе, потому что только сейчас вспоминаю, что тороплюсь. Что на улице идет дождь, который застилает глаза и смывает к чертям весь макияж.
— Да, спасибо, извините, — бурчу я и улыбаюсь напоследок.
После загорается зеленый свет, и я сломя голову бегу через дорогу, вытирая мокрый лоб. Все вокруг как нормальные ходят с зонтами — и лишь я, как всегда, решаю выделиться. Хотя на самом деле просто даже не удосужилась посмотреть, что творится за окном.
Перейдя дорогу, я быстро вызываю такси и жду на углу здания под красной крышей. Вспоминаю про незнакомца и выхожу из укрытия, чтобы посмотреть, где он. Прошло секунд тридцать с того момента, как я буквально убежала от него.
Но того не было. Словно исчез среди огромной улицы. Либо скрылся в толпе людей, либо же его спрятал дождь. Я пожимаю плечами самой себе и снова укрываюсь под крышей.
Но мои мысли все равно не может покинуть он и его черты лица. Может, и вправду я его видела в городе раньше, просто не придавала значения? Хотя мужчина довольно странный, даже на первый взгляд скрытный, поэтому, наверное, не стоит думать об этом.
Лучше я подумаю о работе и о том, как буду оправдываться перед Глорией, ведь такси приедет через семь минут.
***
Я вбегаю в бутик как ошпаренная, снимая на ходу верхнюю одежду. Тяжело дышу, потому что по лестнице поднималась почти бегом. За кассой стоит Франческа, которая прямо как швейцарские часы — даже не помню того дня, когда она опаздывала.
— О, явилась, Венера Эстер! — восклицает та, разведя руками. — Почти на два часа опоздала ведь.
Я раздосадовано хмурюсь и быстро переодеваюсь, стараясь не привлекать внимание посетителей.
— Я знаю, знаю! Глория сильно меня убьет? — с надеждой спрашиваю я, оглядываясь. В такие моменты так и кажется, что твой босс прямо за спиной.
Франческа усмехается.
— Сильно или не сильно, не знаю, но сегодня тебе повезло. Она куда-то уехала на дня два, так что магазин, можно сказать, на нас. Поэтому завтра не смей опаздывать! — грозит она, и я облегченно выдыхаю.
— Господи, знала бы ты, как я торопилась! Даже чуть машина не сбила, — говорю я, переодевшись и встав напротив кассы, наблюдая за потенциальными покупателями, которые пока не нуждаются в моей помощи.
— Жаль, что не сбила. Может, перестала бы опаздывать, — улыбается та. Да, Франческа любит черный юмор, но, к сожалению, юмор — не ее фишка. Но я никогда не говорю ей об этом — просто слушаю и иногда подыгрываю. Как бы там ни было, явно не мне учить ее шутить.
— Кстати, мне помог какой-то мужчина, — задумчиво начинаю я, переносясь в тот момент, когда меня буквально обокрали зеленые глаза, забрав на секунды все внимание.
— О, неужели это начало нового твоего романа?
— Да погоди!.. В смысле, он был такой странный.
— Это Сиэтл, здесь определенно есть такие люди, — пожимает плечами та.
— Да, но он… Даже не знаю, — вздыхаю я. — Такое ощущение, что я видела его раньше, но не обращала внимания. Странное чувство.
— Будто бы тебе стерли память? Дежавю?
— Да, что-то типа такого! — восклицаю я.
Франческа прислушивается ко мне, подарив все внимание моему рассказу.
— У меня тоже такое было... Как-то увидела девушку — и ее я определенно знала, пыталась вспомнить неделю, но тщетно. Ну, сейчас я ее больше не вижу, да и лицо уже забыла. Так что просто забей, бывает. Видимо, игры нашего мозга, — говорит Франческа, повертев указательным пальцем у виска.
Я киваю, но скорее машинально, потому что в голове все еще обдумываю эту ситуацию, хотя понимаю, что Франческа права.
Меня прерывает высокая девушка с миниатюрной черной сумочкой и на высоких каблуках. Она обращается ко мне с просьбой, чтобы я показала ей новую коллекцию, после чего натягиваю улыбку и иду вместе с ней к витрине, заметив, что та хромает, словно у нее мозоли. И с этого момента я погружаюсь в работу, забыв обо всем на свете — даже о завтраке, который пропускаю.